Чтение онлайн

— Вот ты где, — сказал он, подал мне изящный пакетик и поцеловал в щеку. — Очень жаль, но мне пора возвращаться в офис. Появились неотложные дела.

— О, ненавижу, когда это случается, — попыталась пошутить я.

Сейчас или никогда, но пора пригласить кого-то на свидание первой.

— Не хочешь поужинать со мной в четверг? — промямлила я.

— Что-что? — спросил он, достав очень дорогие на вид очки из кармана пиджака.

— В четверг вечером… — еще медленнее произнесла я. — Не хочешь сходить со мной на ужин?

— О, я не могу в четверг, — ответил он, оглядываясь в поисках такси. — Как насчет среды?

— Я не могу в среду! — отрезала я, надеясь, что он не, спросит почему. — Может, завтра?

— Тогда давай в субботу? — предложил он. — Всю неделю я ужасно занят. Устроим пикник в парке? Там может быть много народу, но это всегда весело.

Прежде чем я успела согласиться или отказаться, он клюнул меня в щеку (это точно был только клевок), вскочил в такси, остановившееся рядом в пробке, и показал жестами, что позвонит. Я помахала ему на прощание и увидела, что он уже с кем-то разговаривает.

— Не думаю, что это плохо, — сказала Дженни с набитым лазаньей ртом.

Я потребовала, чтобы в тот вечер мы остались дома и сделали ужин сами, к ее огромному неудовольствию. Зато теперь она уплетала у за обе щеки то, что «мы» приготовили.

— Он предложил среду, ты не смогла. Пять дней — небольшой перерыв между свиданиями, особенно если вы только начали встречаться. А теперь показывай ручку!

Я отказалась предъявлять Дженни ручку до тех пор, пока мы не обсудили миллион самых разных интерпретаций поведения Тайлера. Приглашение на обед — хорошо. Он мог пригласить кого угодно, но выбрал меня. Поход в «Тиффани» — очень хорошо, как ни посмотри. Предложение устроить пикник — мило, явно больше напоминает любовное свидание, чем дружескую встречу. Формальное прощание — вероятно, он перегружен работой, а я придаю этому чересчур много значения.

— Я просто подумала, что, может… не знаю… он захочет увидеть меня до выходных. — Я пожала плевами, растягивая моццареллу ножом и вилкой. — После прошлой ночи.

— Ты так хороша в постели, что решила, будто он не может дождаться новой встречи? — улыбнулась Дженни, перемешивая спагетти.

— Строго говоря, для него это будет четвертый раз. — Я высунула язык и достала пакетик «Тиффани» из укромного места. — И нет, я так не думаю, а просто не знаю. Наверное, все было вовсе не так замечательно, как мне казалось. Скорее всего я уже никуда не гожусь.

— Ну не преувеличивай! — взвизгнула Дженни, разорвав тонкую оберточную бумагу и достав из пакетика великолепную цепь из белого золота с кулоном в виде звезды, усыпанной бриллиантами.

— А где моя ручка? — выдохнула я, уставившись на цепочку и не осмеливаясь к ней притронуться. — Я что, украла чей-то чужой пакетик? Но я была не настолько пьяна!

— Ручка здесь тоже есть. — Дженни вытряхнула все из пакетика на стол. Я поморщилась от шума, когда из мешочка выкатилась ручка. — Там записка — скорее, скорее прочитай ее!

Я взяла клочок бумаги и приготовилась читать.

— Вслух! — потребовала Дженни, сопроводив требование барабанной дробью.

— «Восходящая звезда для моей восходящей звезды. Тайлер», — прочитала я.

Это было невероятно романтично. Должно быть, он…

— Хватит думать, давай говори! — завопила Дженни, выхватив у меня записку.

— Должно быть, он пошел и купил это, пока я была в туалете, — выдохнула я. — Меня и ручка-то потрясла, но это?! Не могу поверить, что он такое сделал. Нужно ему позвонить…

— Напиши сообщение, — сказала Дженни, все еще держа в руках украшение. Мне казалось, что, если я заберу его у нее, оно растает как сон. — Ты же не хочешь перестараться. До субботы вы не увидитесь, так что напиши эсэмэс. Коротко и шаловливо. «Спасибо, не могу дождаться, пока и ты развернешь свой подарок в субботу»… что-то вроде того.

— Дженни! — возмутилась я, все еще завороженная блеском украшения. — Я не могу такое написать. Это слишком. Я должна сказать просто «спасибо» или что-то вроде того.

Дженни скорчила рожицу.

Я тоже.

Дженни скорчила другую рожицу, выхватила у меня телефон и убежала в ванную комнату.

— Дженни, чертовка, отдай мне мой гребаный телефон! — закричала я через дверь.

Вернувшись с торжествующим видом, Дженни отдала мне телефон.

— Что бы ты делала без меня, куколка?

— Скажи, что ты этого не сделала!

— Сейчас не время скромничать.

Дженни лениво прошлась по гостиной и плюхнулась на диван, запустив руку в открытую пачку чипсов «Доритос».

Я боялась заглянуть в отправленные сообщения, о поскольку дело было сделано… «Эй, мне понравился подарок, может, у меня тоже скоро будет сюрприз, который ты захочешь развернуть. Целую, Энджел». Я покачала головой, а Дженни захихикала, выглядывая из-за спинки дивана.

— Если честно, это не так развратно, как я думала, — вздохнула я, откладывая телефон и толкнув Дженни, чтобы та подвинулась на диване.

Наевшись и опьянев от романтики чужих отношений, она в конце концов заснула напротив телевизора. Удостоверившись, что подруга крепко спит, я взяла ручку, цепочку и записку, отнесла все к себе в комнату и разложила на кровати. Это действительно был самый милый поступок, который кто-либо совершал по отношению ко мне за всю мою жизнь. Я попыталась вспомнить о лучших моментах наших отношений с Марком и с грустью поняла, что за десять лет, помимо не самого красивого предложения, я могу насчитать лишь несколько таких приятных эпизодов. Один раз мне доставили букет из роз на занятия, когда мы впервые встретили День святого Валентина раздельно, потом он расставил цветы в каждой комнате в доме, когда мы поселились вместе, ну и, наконец, в каждую годовщину наших отношений мы сажали гигантский подсолнечник в садике при нашей квартире. Мне потребовалось немного времени, чтобы уловить во всем этом некую закономерность, и еще меньше, чтобы осознать: за последние три года мы ни разу даже не посадили подсолнечник. Вероятно, Марк был занят тем, что разбрасывал семена где-то еще.

После пятнадцати минут бесстыдного разглядывания подарков Тайлера я аккуратно завернула их в бумагу и положила обратно в пакетик. А потом я столь же осторожно нырнула под одеяло и позволила себе еще пятнадцать минут бесстыдно поразмышлять о других подарках Тайлера.

Хоть меня и ангажировали для написания блога, время для писательских трудов оказалось слишком раннее. Нужно было столько всего вспомнить: вчерашний обед с Тайлером, приглашение на второе свидание от Алекса, находку цепочки и все остальное, но я не знала, с чего начать. В итоге я бросила печатать ерунду типа «съешь еще этих мягких французских булок, да выпей же чаю» [27] и оделась. С макияжем я явно выглядела лучше, к тому же теперь могла накрасить глаза, не заглядывая в рекомендации Рейзора. Я не брала в руки тушь уже два дня и не наносила румяна на щеки целых три. Не говоря уж о том, что я надела укороченные леггинсы и платье-футболку от «Твенти эйт твелв», даже не подумав о том, видна ли из-под него моя задница. Сидя в четырех стенах, музу я так и не дождалась, поэтому взяла свою (великолепную) сумку, засунула в нее ноутбук и направилась исследовать прекрасный внешний мир.

Мюррей-Хилл — отличное место, откуда можно начать бесцельную прогулку по Манхэттену. Сначала я подумала, что, вероятно, стоит заскочить куда-нибудь и выпить кофе, но, продвигаясь все дальше к центру, просто не могла остановиться, а все шла вперед, вперед, наискосок, вперед. Солнце пробивалось в узкие переулочки между домами и заливало светом проспекты. Куда бы ни повернула, я видела нечто обычное, но совершенно для меня удивительное. Офис стоматолога Джеффри Уокера, епископальную церковь на Пятой авеню, корейский гастроном, забитый хлебом «Вандер брэд», конфетами «Милк дадс» и ванильной колой. В конце концов я добралась до Бликер-стрит, но вместо того чтобы развернуть бурную деятельность (в том числе с кредитными картами) в Сохо, я решила проследовать в Виллидж. Магазины становились все меньше и все занимательнее, я останавливалась у зоомагазинов и умилялась при виде каждого щенка. Я копошилась в музыкальных киосках, пока на меня не начинали бросать хмурые взгляды напряженные парни в футболках с изображением Игги и «Студжис» за невероятно высокими прилавками. Я бродила по аптекам и недоумевала, неужели столько лекарств может понадобиться человеку для самолечения. И наконец я нашла источник вдохновения.