Чтение онлайн

Так я стала жить одна. Отметили с девочками новоселье. Я работала, частенько забирала к себе маленького Яромира, сына Марины. Мне нравилось с ним быть. Маленькое существо, еще не нашедшее свое место в этом мире и пока еще полагающееся на взрослых. Делающее первые шаги, улыбающееся всем и каждому новому дню. Но имеющее свой характер и желания.

Я глядя на него очень желала иметь свою семью и детей. Но больше всего я мечтала о том, чтобы у моих детей были голубые глаза, так мною любимые, самые дорогие и родные.

Я даже не задумывалась о том, что у него могло сложиться все иначе, и всегда пресекала мысли об этом, чтобы не травить себе душу. Я верила всем своим страдающим сердцем о том, что наша встреча была уготована свыше.

Так я и жила в ожидании чуда.

Екатерина стала работать в местном кафе поваром, мы частенько всей компанией там зависали. В личной жизни у нее, как говорят, все горело. Постоянные встречи свидания, расставания. Но никогда не доходило до слез и истерик, мы потешались и шутили над ее отношениями, на что она нам отвечала, что не нашелся еще тот человек, по которому ей стоит так убиваться.

Девочки хоть и знали о моих переживаниях, но никогда не озвучивали своих мыслей вслух, не давали советы и не лезли в мою жизнь. Они знали, если я захочу, я сама заведу разговор.

У Марины с Алексеем, жизнь текла спокойно. Я всегда удивлялась, они не ругались, даже если и было что-то, никто не знал. Леша всегда находил решение, или же шел на компромисс. Всегда исполнял прихоти Марины и Ярика. Но тут его направили в командировку. Подруга была сама не своя. Мы проводили Лешку, а она стала какой-то нервной. Мы спрашивали, может быть, что-то случилось?

– Не знаю, я девочки. У меня плохое предчувствие, что-то должно произойти, но я не знаю что именно. Нас немного пугали ее слова, ее интуиция никогда не подводила.

Буд-то бы заразившись от нее, я стала беспокойной. Мне даже кошмары стали сниться непонятного содержания. То я плачу, то куда-то бегу, но остаюсь на одном и том же месте. Иногда видела саму себя, бледную во всем черном. И чтобы это могло значить?

Позже я поняла суть своих снов.

Я была на работе(работала я в бухгалтерии нашего районного военного госпиталя) когда услышала разговор, врачей хирургического отделения, с командиром взвода, в котором работал Леша.

– Поверьте, Сергей Сергеич, я связывался с ними. У них просто не было шанса остаться в живых.

– А кто из наших, оказался под обстрелом Виталий Тимофеевич?

Взрослый мужик, а так тяжело вздыхает, подумалось мне, лицо бледное, губы в суровую линию, а в глазах боль. Я знала, что его сын два года назад погиб, мы были соседями. Кирил Витальевич Горских, погиб смертью храбрых, подорвавшись на мине, при этом оттолкнув своего друга и сослуживца, чем сохранил ему жизнь, а сам… его отец тяжело перенес такую утрату. Но со своего поста не ушел и продолжал нести службу родине. И теперь, как и тогда два года назад я видела этого человека под грузом боли и утраты.

– Новиков Алексей, Сазонов Евгений и Шаранов Игорь. Все мои….!!!

У меня на тот момент когда я услышала эти фамилии сознание померкло, в ушах шум, а перед глазами, Лешка…Новиков Алексей, Марина, Ярик. Я дальше не помню, но я так не бегала давно. Я знала что Когда Марина узнает я буду ей нужна. И еще одна мысль билась в моей голове. А если бы это была, я, и я узнала о том, что Ромы нет…

Нет, он есть, и я его найду. Вбегая в подъезд и забегая на этаж Новиковых, я стала колотить в дверь что есть мочи, может со стороны я и казалась кому то безумной, только я ни о чем не думала. Дверь не открывали. А я уже и ногами колотила.

Соседи вышли не поняв в чем дело. Я и на них и на их вопросы не отвечала, лишь бы только она открылась эта проклятая дверь.

Я чуть не завизжала от облегчения, когда дверь все таки чуть приоткрылась, я ее рванула на себя, а из-за нее, на меня, прямо бес сил, бледная лицом и без сознания рухнула Марина.

Сделать подарок

Жизнь, штука сложная, нам ее никак не изменить.

Моя подруга в одночасье потеряла, мужа и смысл, хотя у нее кое-что осталось.

То ради чего стоит жить, ради кого стоит бороться. Даже с самой собой.

Я не знала, как именно Марина перенесет такое горе, она хоть и сильная, но ранимая натура, но я также знала то, что ни за что ее не оставлю одну, и всегда буду рядом.

Поначалу она закрылась от всего и ото всех.

На нее по было страшно и больно взглянуть, и мы от нее не отходили ни на шаг. Самым лучшим лекарством для нее сейчас было время.

Говорят ведь что оно лечит. Но времени у нее как такового не было, а был сын. Он в первое время за нее боялся, хотя, что может понимать ребенок в свои четыре то года.

А потом как то все наладилось. Она пришла в себя, да еще бы. Видеть, как страдает твой ребенок, это уже что то.

Я даже не знала, что она примет такое решение.

Но однажды, спустя полтора месяца после похорон, мне позвонила мама Марины и сказала, что та уехала.

Куда, зачем, она не сказала, даже ни с кем не попрощалась, только маленькая записка, адресованная мне, Кате и родным. Да и в ней то толком ни слова.

Только то, что она уезжает, Яромир с ней. Вернется или нет ни слова. Даже то куда она отправилась, не сказала.

Мне было не по себе. Если бы она сказала хоть слово, я бы уехала с ней, приняла бы любое ее решение. В этой жизни сложно выжить одной.

Я погрузилась в себя, и долго размышляла, над тем, почему она так поступила.

Разумного вывода я не нашла.

Чтобы не зацикливаться на этом, я нашла утешение в работе.

Так однажды придя с работы, перекусив на скорую руку, я села писать отчет по работе.

В это самое время в квартире раздался звонок в дверь. Я поспешила открыть. Звонили уж слишком настойчиво.

Открыла дверь, да так и замерла на месте.

Не верилось глазам, сердце же заходилось и билось как у пойманного зверька.

– Рома, ты? Почему то шепотом спросила я?

– Привет! Впустишь.

– Да конечно, проходи,- мне не верилось в то что он пришел, в то что он рядом, так хотелось, его обнять, почувствовать что это правда, и он рядом.

Меня ни что не останавливало, поэтому я прижалась, к нему. Даже дверь не закрыла, забыла о ней.

Рома закрыл дверь, и крепко и цепко, прижал свою Лизоньку к себе. Она только и была этому счастлива.