Чтение онлайн

Когда моей кожи коснулся холодок, я решила, что нахожусь в раю. Плед еще оставался горячим, поэтому я отпихнула его, оказавшись на голой земле. Время шло, холод становился сильнее, и обманывать себя дальше я уже не могла. Это место не было раем, мое путешествие продолжалось, а вокруг раскинулся очередной негостеприимный мирок.

Я заставила себя подняться. Это оказалось непросто, тело едва подчинялось моим приказам. Получилось только перевернуться на спину, бухнувшись на рюкзак. На обожжённую кожу падали хлопья снега, заставляя меня морщиться от неприятных ощущений. Меня окружал хвойный лес, вместо привычного красного бывшего зеленым. «Здесь наверняка водятся опасные дикие звери», - пробежала ленивая мысль. Лежать, постепенно накрываясь пушистым одеялом было приятно, только холодно, но с каждой минутой это имело все меньше и меньше значения.

Когда я сомкнула уставшие веки, в правой руке появился зуд. Будучи сначала незаметным, он нарастал. И если сперва я могла его игнорировать, все быстрее отдавая жизнь холоду, то уже скоро я не смогла сдержаться и непослушными пальцами попыталась почесать плечо через блузку. Несколько волдырей из множества покрывших ожоги, стали лопаться, разрывая едва образовавшуюся тонкую новую кожу. Пальцы стало колоть множеством острых иголочек, но я продолжала чесать все сильнее зудевшее плечо.

Но вместе с болью пришли и воспоминания. В голове будто рассеялся туман, обнажив, кто я и как тут оказалась. Чья-то рука легла на мне на плечо, и я увидела, будто наяву стоявшего рядом со мной Хокена и то, как его глаза стали фиолетовыми. Воспаленная кожа с волдырями и струпьями стала слезать с меня, отваливаться клочьями, обнажая глубокую синеву. Такой привычный мне шестой палец отвалился и растворился, не успев коснуться снега. С мороком, так долго укрывавшим меня уходили усталость и боль. Холод беспокоил меня все меньше, к концу «превращения» исчезнув совсем.

Новая я деловито расправила плед и, усевшись удобнее, оборвала рукава у блузки и обрезала ножом штаны. Она сняла также жилетку и сложила ее в рюкзак. Потом она сняла ботинки и отставила в сторону, и, задышав, наконец, полной грудью, стала обдумывать свое положение, опустив ступни ног в снег, казавшийся ей теперь мягким и немного теплым. Все это время мой ум был будто поделен на две части. И, когда одна из них окончательно угасла, уступив другой, я почувствовала себя…иначе. Трудно описать, но я будто бы вышла на свободу после долгого заключения. «Почему я все еще жива?», - спрашивала я себя, не в состоянии найти ответ на вопрос. Тогда я решила зайти с другой стороны: «Что произошло после того, как я вошла в ту злополучную дверь?».

На это ответить было уже легче. Я дважды умерла и оба раза воскресла. При этом я никак не могла припомнить, чтобы мсье Сван рассказывал нам о таком способе перемещения между мирами или хотя бы упоминал вскользь. Вспомнив о наставнике, я достала карту, которая на этот раз не стала притворяться чистым листом. На ней был изображен лес, в котором я, по всей видимости, и находилась. Среди кривовато нарисованных деревьев была обозначена хижина лесника, недалеко за границей леса расположилось море и гавань, в которой обозначенная красной точкой и находилась нужная мне дверь. Результат меня удовлетворил, но прежде чем идти через лес, раскинувшийся, судя по карте на огромном пространстве, нужно было определиться с направлением.

Все деревья казались одинаковыми. Я вспомнила об определении сторон света по солнцу, но тут же усомнилась в этой идее, вспомнив три солнца в предыдущем мире. Когда я уже почти смирилась с тем, что мне придется вновь умереть для перехода в другой мир, в голову постучалась неплохая мысль: залезть на одно из деревьев и посмотреть с какой стороны море. Находясь внизу, было трудно определить высоту деревьев, смыкавшихся у меня над головой, поэтому я выбрала обладателя самого толстого ствола, рассудив, что растет оно дольше всех, значит должно быть и самым высоким. Лезть было неудобно, но, в конце концов, я взобралась практически на самую верхушку и то, что предстало моему взгляду, было поразительным.

Далеко во все стороны простиралось зеленое море, но с одной из сторон оно обрывалось, открывая вид на узкую морскую кромку. Запомнив направление, я спустилась и начала движение. Лес вокруг меня казался одинаковым, деревья походили друг на друга и, боясь заблудиться, я еще дважды влезала на верхушки. Окончательно убедившись в том, что я продолжаю двигаться в правильном направлении, я слезла с дерева в третий раз. Пройдя еще немного, я, к своей радости, наткнулась на хижину лесника, что лишний раз подтвердило правильность выбранного пути.

Называть плотный деревянный сруб хижиной язык больше не поворачивался. Над крышей вился дымок, а в единственном окне виднелся свет. Я решила, что тот, кто обитает в этом домике, сможет накормить меня и дать немного еды в дорогу, если, конечно, он окажется дружелюбно настроенным к чужакам. О противоположном исходе я старалась не думать, зная лишь то, что если меня убьют, я перемещусь в другой мир, а так или иначе это тоже было бы результатом.

Прежде чем стучать в дверь я решила заглянуть в окошко и посмотреть, сколько человек обитает внутри, и кто они. Позднее я благодарила себя за подобную предусмотрительность, ведь то, что я увидела внутри, повергло меня в полнейший ужас. На большом столе боком ко мне была растянута нагая девушка со спутанными светлыми волосами. Помимо нее в помещении находились еще двое мужчин, один сидел в уголке и натачивал топор, а второй, вооружившись тонким ножом, стал медленно и осторожно надрезать кожу у нее на ноге.

Я очень хотела думать, что незнакомец просто лекарь и совершает эти действия из необходимости. Но стоило только увидеть его перекошенное безумием лицо, чтобы прекратить себя обманывать. Когда девушка раскрыла рот в немом крике, я узнала в ней первую и едва сдержала свой испуганный вскрик. Я понимала, что одна с двумя крепкими мужчинами не справлюсь и, скорее всего, займу место голубоглазой девушки, когда они закончат начатое. Сердце металось в груди испуганной птичкой, но я хотела ей помочь.

В голове зарождался план. Я почти ползком обошла домик кругом и нашла дверь, которая открывалась наружу. Как можно тише, сдерживаясь, что не перейти на бег я устремилась в чащу. Отойдя недалеко, но так, что хижина скрылась из виду, я выбрала большую ветку и прыгнула на нее, повиснув. Я с силой раскачивалась на ней, пока она не сломалась с глухим треском. Надеясь, что в домике звук никто не услышал, я тихонько по своим следам вернулась обратно. Еще раз заглянув в окно, я убедилась, что мужчины продолжали заниматься своими делами и «участница №1» еще цела. Лишь несколько порезов прибавилось на ее светлой коже.

Я достала из рюкзака книжку и несколько самовоспламеняющихся свечек. У меня не было большого опыта в разведении огня, но я отчаянно желала, чтобы у меня получилось. Несколько вырванных из «Смерти дракона Малцкозндзара...» страниц перекочевали в промежутки между бревнами. Я взяла ветку, которую принесла из леса и аккуратно, стараясь не нашуметь, подперла дверь. Придав огню засунутые страницы, я также втиснула туда и сами свечки, которые горели не переставая.

Труднее всего было ждать, притаившись под окном. Деревянный сруб был влажным после снегопада и занимался плохо. С каждым новым, слабо сочащимся кровью надрезом на теле первой, сердце мое колотилось все быстрее, и я уже начала думать, что его звук скоро станет слышно внутри. Когда появилась струйка дыма, я выдохнула и приступила ко второй части плана. Руки дрожали, пока я доставала из рюкзака мешочек со снежинками. Взяв его в руки, я надела рюкзак на спину, готовая в любой момент побежать. «Пора», - решила я и локтем выбила стекло.

Тот, что орудовал ножом, вскинул на меня блеклые глаза, полные животной злобы и побежал к двери, которая пока не поддавалась. Косматый низкий мужчина, точивший топор, обратил на меня внимание не сразу. Пока я нетвердой рукой сжимала снежинку с остро наточенными лезвиями, он медленно поднимался, будто не понимая, что происходит. Хотелось зажмуриться и проснуться в своей кровати в пансионе, но попасть с закрытыми глазами у меня вряд ли бы получилось. Глубокий вдох и выдох, я метнула в него оружие, метя между маленьких близко посаженных глазок, но промахнулась, попав в ухо. Отвисавшая массивная челюсть моего противника с силой захлопнулась, когда он вышел из оцепенения и с рыком кинулся на меня, размахивая топором. Я лихорадочно нащупала следующую снежинку и с силой кинула ее в него, чтобы просто замедлить. Это у меня получилось, он вдруг осел, и я увидела, что круглый металлический диск с зазубринами почти целиком вошел ему в грудь.