Чтение онлайн

Возвращаясь с прогулки домой увидела, что на встречу ко мне шел Кеша!

Кеша? Что он здесь делает? Неужели Марк объявился?

Черт! Он же не знает, что я беременна. Что делать? Может спрятаться.

А в моем положении уже и не побегаешь особо, и конечно же он меня заметил.

— А я как раз от вас, Лайма сказала что ты скоро приде… Что это? — указал он мне на мой живот.

— Э… живот, — ну а что он у меня спрашивает?

— Ты беременна?!!! — казалось, его бы меньше удивило цунами в Москве, нежели тот факт что я беременна.

— Ну, как видишь, — меня развеселило его лицо.

— Это Макса или Марка?

— Чтооо??? Ты совсем что ли! С Марком у меня ничего не было! — его слова так задели, что я и не поняла, как подтвердила, что беременна от Макса. Черт!

Он еще пребывал в шоке от известия.

— Слушай, Кеша. Я сразу хочу тебе кое-что сказать, я понимаю, Макс твой друг и все такое, — он как-то неоднозначно кивнул мне в ответ, — в общем, о моей беременности ему ты говорить не будешь. И вообще, никому.

— Это как это? Ты ему не сообщишь?

— Нет.

— Я понимаю, ты обижена, Ника. Он поступил с тобой не красиво. Но ребенок… Он не виноват. Он же спросит тебя об отце, и что ты ему ответишь?

— Он у меня ничего не спросит.

— Как это? Ты зря так думаешь, Ника. Любой ребенок хочет видеть своего отца.

— Может не будем тут это обсуждать? Как-то на улице не хотелось бы.

В итоге, мы сели в его машину. Никуда ехать я не захотела. А тут нам как раз не помешают.

— Что ты имела ввиду, что ребенок не будет искать отца?

— Я его отдаю на усыновление. — я решила не скрывать свое решение от Кеши.

— ЧТО????????????????

— Ты что так кричишь! Да, я так хочу и это не обсуждается. Поэтому даже не пытайся.

— Ника, я конечно понимаю, ты обижена на него, но все же.

— Кеша…

— Просто послушай..

— Нет, это ты послушай, вот ты его друг. Вот скажи, сколько раз он спросил у тебя обо мне? — а в душе что — то ёкнуло. Возможно, Макс искал меня, и просил об этом Кешу. Возможно ли такое, что бы Кеша приехал именно из-за этого.

Его ответ не оставил мне шансов.

— Нет. — твердо произнес он, опуская голову, как будто он в этом виноват. — Не спрашивал.

Что бы продолжить разговор, мне надо было прийти в себя после очередного разочарования. Я отвернулась к окну, еле сдерживая слезы.

Минут через пять, я уже взяла себя в руки. И решила продолжить.

— Вот ты и ответил на главный вопрос. Я ему не нужна. А мне не нужен этот ребенок. Поэтому, все по честному.

— И ты не будешь искать ребенка, скажем лет через пять-десять.

— Я уверена, что не буду. Поэтому, можешь не пытаться отговорить меня. И Максу не говори. Если ему не нужна я, то ребенок уж подавно от меня ему не будет нужен.

Я с такой уверенностью в голосе это сказала, а вот моя рука, с силой сжимаемая в кулачек, начала кровить. Но боль я от этого не чувствовала. В душе было больнее. Намного больнее. Ведь говоря эти слова, я сама пыталась задушить свою наивную надежду на возможность счастливого будущего с Максом. А она, умирая, причиняла мне адскую боль в сердце.

— Если ты все же решишь ему рассказать, я уеду и затеряюсь, и вы меня не найдете. Сразу говорю, у меня это получиться.

— Ника, послушай…

— Кеша, если ты будешь и дальше настаивать на этом, мы с тобой больше не будем общаться.

— Черт, Ника! Но это же не правильно..

Я резко открыла дверь машины и начала выходить из нее.

— Стой! Все, все! Я молчу. Обещаю, Максу не скажу. А ты…. Просто, пообещай мне, хотя бы еще раз подумать о том, что бы оставить ребенка. Я буду тебе помогать. Не буду успевать я, пришлю помощников.

— Никого не надо, Кеша. Помогать мне не придется. Я буду одна. Без ребенка. Пока.

— Ника! — он тоже вышел из машины, — пожалуйста. Позвони мне, если тебе понадобиться хоть какая-нибудь помощь. Любая.

Я кивнула, говорить больше сил не было.

Быстро закрыла дверь и пошла в направлении своего подъезда. Меня начало трясти. Все что я спрятала глубоко в душе, чувства к Максу, обида на него же, вновь вышли на свободу и стали причинять нетерпимую, неподъемную боль. Зайдя в квартиру, сразу отправилась в свою комнату и закрылась. Рухнула на кровать спиной и разревелась.

Лайма стучала. Билась в дверь. Но я не могла встать и открыть ей. Я ничего не хотела. Больше всего я хотела бы перестать чувствовать что либо вообще. Но что надо для этого сделать, я не понимала.

Моя истерика не заканчивалась, а все больше набирала обороты. Я проклинала себя, свою наивность, свою доверчивость, что была такой глупой дурой, что поверила ему. Его обвиняла в том, что оказался таким козлом! Что встретился на моем пути. Обманул! Предал! Да еще и ребенка мне заделал.

Так как, лежала я на спине, подушкой пыталась приглушить свои стоны отчаянья. Лайма с той стороны двери пыталась меня успокоить, но я за своими плачем и всхлипами не разбирала ее слов. Ровно до того момента, когда ощутила боль в районе живота.

–

Ааййй…! Ааааа!! — не смогла я сдержать стон боли.

Как будто изнутри ножом прошлись, нет не резали, а сильно надавили и резко полоснули. И так несколько раз. Мысли о своей несчастной судьбе сразу отошли на второй план, уступая место физической боли.

Я попыталась встать с кровати, согнувшись пополам дошла до двери и открыв ее еле прошептала

— Лама, кажется, я рожаю.

— Что?! *трехэтажный мат* Сейчас. Ложись быстро! — Схватив меня за руку она начала идти в сторону кровати. Я как могла, так шла за ней.

Стоя у кровати я почувствовала как с внутренней стороны бедра стала мокро и тепло.

— Черт, по ходу я действительно рожаю!

— Ложись! Я пошла звонить в скорую!

— Никакой скорой, Лайма! Ты забыла? Акушерки, звони им. — меня немного отпустило от схваток и я смогла понятно все объяснить.

— Да, совсем забыла. Ты это…пока не рожай…сейчас они приедут, и тогда, хорошо?!

Я хмыкнула на ее заявление. Как будто это от меня зависит!

Я прилегла бочком на кровать, и понемногу взывала от боли, когда начинались схватки.