Чтение онлайн

— Антон! А почему ты - царь? Это, что партийная кличка, чтобы враги не догадались, кто есть кто?

— Обижаешь, Юлёк! Какая кличка! Царь - это моя фамилия, доставшаяся мне по наследству от моего отца, а ему, естественно, от его отца - моего деда.

— Не знала, что бывают такие фамилии! Кролик - слышала такую фамилию, Козик - слышала, Поросёнков - слышала. Царь - не слышала! Первый раз в жизни слышу. Она, исподволь, стараясь не пялиться во все глаза, рассматривала парней. Дэн - чернявый, высокий, острый взгляд, казалось, он всё держит под контролем, ничто не скроется от его цепкого взгляда. Антон - на царя совсем не похож. Характер, как показалось Юльке, мягкий, уступчивый. Русые волосы, серые глаза - самая заурядная внешность. Но что-то было в нём притягательное, что - она не могла понять.

— Ну, — потёр руки Дэн, — попили, поели! Именинница, врубай музон! Да погромче! Восемнадцать не каждый день исполняется!

— Ещё по одной? А, девульки? Для настроения! — Серёга разлил по фужерам шампанское, плеснул в рюмки водку, — дорогая Юленька, поздравляю тебя с днём рождения, от себя лично. Общие поздравления мы уже слышали. Ты очень красивая! Оставайся такой же красивой и весёлой!

— А ещё у неё красивые ножки! Парни, вы заметили? — «проявился» молчавший до этого Влад.

— Нет, не заметили! — Серёга ехидно прищурился в сторону Влада, — у нас на глазах чёрные повязки. Юля, а где твои родители? В другой комнате?

Юлька помотала головой:

— К бабушке уехали, чтобы нам не мешать, — она хотела сказать: «Не мешать нам с девчонками, веселиться», но вовремя прикусила язык.

Серёга залпом опрокинул в себя водку, поднялся, подошёл к Юльке, чуть тронул её за плечо:

— Пойдём музыку организуем!

— Пойдём! — она вспорхнула со стула. Они вышли в узкий коридор, она впереди, он за ней, зашли в её комнату. Она сунулась было к ноутбуку, но он задержал её. Развернул её за плечи к себе, оттеснил к стене, так, что Юлька оказалась прижатой к ней. Навис над Юлькой, упершись обеими руками в стену, как бы ограничивая её свободу.

— Попалась, птичка! Теперь не выпорхнешь!

— А я закричу и позову на помощь! — Юлька, ну, конечно же, не собиралась этого делать. Ей нравилась его игра. Учащённо колошматилось сердце, эхом отзываясь в горле.

— А я не разрешаю тебе этого делать! — он впился губами в её губы, а она и не думала сопротивляться. Это был её первый поцелуй. Казалось, он длился вечность, а она хотела, чтобы вечность продолжалась ещё и ещё.

— Тебе понравилось? — его ноздри хищно раздувались, — да? Понравилось?

— Вот ещё! — фыркнула она, не готовая признаться не то, что ему, но даже себе в том, что да! Ей очень понравилось! — Нет! Не понравилось! Ни сколько!

— Врёшь! — на выдохе, торжествующе произнёс он, — врёшь! Понравилось! — Он снова склонился над ней, и снова впился губами в её губы так, будто хотел её выпить всю, чтобы, кроме него, никому не досталось даже самой маленькой капелюшки.

— А сейчас? — он оторвался от неё, ноздри хищно раздувались, он крепко изо всей силы, прижал её к себе так, что она почувствовала, как ниже пояса в неё упирается нечто живое и трепещущее от возбуждения.

Дверь распахнулась настежь.

— Вот они! Мы музыку ждём, а они чёрте чем занимаются! — Лера, в обнимочку с Дэном, ввалились в комнату, — хватит обжиматься! Музыку давай!

— Дэн, Лера! Дайте с человеком пообщаться! — Серёга ослабил хватку, воспользовавшись этим, Юлька вывернулась от него.

— Где ты тут человека увидел? А, Сергей? Скажи, пожалуйста! Не человек, а девушка! — она потянулась к ноутбуку, выдернула шнур из розетки, сунула ноутбук в руки Серёге.

— Ну, да! Не прав! Дэвушка! Канэшно же дэвушка, а нэ чэловик! — он шумно втянул воздух носом, так будто ему трудно было дышать, — да ещё какая девушка! У-ух! — он передёрнул плечами, будто от пронизывающего его, до самых костей, холода.

Подхватил комп, отнёс в комнату, где они отмечали Юлькин День рождения. Врубили музон. Серёга подошёл к Юльке, присевшей на подлокотник кресла, стоявшего в углу комнаты, включил торшер, приткнувшийся к креслу, резко рванул Юльку за руку, так, что та чуть не упала.

— Эй, Серёга! Поосторожнее! Я же упаду! — Юлька вцепилась ему в руку, чтобы не упасть.

— А я тебя поймаю! — выдохнул он ей в ухо, отчего в ухе защекотало, а сердце снова тревожно забилось, точно испуганная птица вспорхнула на ветку дерева.

Он положил её руки себе на пояс, поверх рук обхватил её за спину и крепко прижал так, что она почувствовала, как бьется его сердце: волнующе - тревожно, так ей показалось.

— Эй, Серёга! Полегче! Я не твоя собственность, чтобы прибирать меня к рукам! — она смело взглянула ему в глаза, дёрнулась, порываясь освободиться. Так, для приличия, а не потому, что ей этого хотелось.

— Ты почему такая дерзкая, Юлия? Дерзкая и красивая! «Ах, какие ножки! До чего хороши! Не пугайся, крошка! Проводить разреши!» — совершенно не в такт музыке, заорал он во весь голос. Правую руку убрал с Юлькиной спины и, изображая, что держит в руках дирижёрскую палочку, прокричал, перекрывая звук музыки:

— Все вместе! All together! — повторил на английском зачем-то, — «Ах, какие ножки! До чего хороши! Не пугайся, крошка! Проводить разреши!»

Ребята, взявшись за руки, окружили парочку хороводом и скандировали: «Ах, какие ножки! До чего хороши! Не пугайся, крошка! Проводить разреши! Ну! Проводить разреши!» Потом плавно перешли на: «Как на Юлькины именины испекли мы каравай! Каравай, каравай, кого хочешь, выбирай!»

— Юлька! — верещала Лерка, как оглашенная, — выбирай! Пока есть возможность, из троих! Потом поздно будет!

Юльке стало безумно весело! Так весело, что хотелось просто сесть на пол и хохотать, хохотать, не останавливаясь, несколько часов кряду. Но! Она не могла себе этого позволить, как не может себе этого позволить любая приличная девушка.

— Почему это из троих! — закричала она, удивляясь силе и звенящему тембру своего голоса, — почему из троих? — произнесла она уже тише и топнула красивой ножкой в новеньких золотистого цвета колготках, — их же четверо!

— А ты не знаешь! — ехидно парировала Лерка, — потому, что Дэн - мой парень! Так, Дэнчик? — она обвила за шею Дениса, почти повисла на нём, первая впилась губами в его губы, потом, с сожалением, оторвалась от него, выдохнула:

— Дэн? Это так? — ей надо было услышать подтверждение её слов, — Так, Дэнчик?

Чернявый не успел ответить на Леркины слова.

— Она уже сделала свой выбор! Попрошу не вмешиваться в наши отношения! — Серёга крепко держа Юльку за руку, попытался прорваться через окружавший их хоровод. Ребята, хохоча, не выпускали их. Наконец, он прорвался, выдернул из хоровода Юльку, подошёл к столу, сел, усадил Юльку к себе на колени, плеснул ей шампанского, себе водки:

— Ну! Поздравлять будем именинницу или как?