Чтение онлайн

***

Резко скрипнула дверь - Максим мгновенно проснулся, но не подал вида. Так и есть, пригнувшись, чтобы не долбануться о притолоку, в комнату вошёл Максимилиан, покосился в сторону кровати Максима, увидел его спящего, сгрёб кучу набросанной на кровать одежды и бросил её на стол, а не на пол, как предполагал Максим, сбросил с ног обувь и, не раздеваясь, улёгся на кровать. «Не получилось! — радостно ворохнулось сердце Максима, — ничегошеньки у тебя не получилось! Максимилиан мне друг, но Рита мне дороже!» — мысленно переиначил он известную фразу Сервантеса. Ему, вдруг, стало легко, он понял - Максимилиану ничего «не отломится» от неё. Максимилиан резко сел на кровати. Максим, в свете луны, сквозь полуприкрытые веки наблюдал за его действиями. Максимилиан разделся, небрежно бросил одежду на пол. Лёг на кровать, длинные ноги зябко торчали из-под слишком короткого для него одеяла. Поворочавшись немного, затих. Через несколько минут с его кровати послышалось ровное дыхание - заснул.

Максим полежал ещё недолго в кровати - сна не было. Поднялся, торопливо оделся и вышел, беззвучно притворив дверь. Бледная луна с интересом рассматривала его сквозь кроны деревьев. Максим поднял голову вверх, взглянул на бледно-жёлтую и, как ему показалось, грустящую в одиночестве на небе, луну: «Взгрустнулось? — сочувственно произнёс он белому диску луны, фыркнул, и, сотрясаясь хохотом, от нелепого каламбура, пришедшего в голову, добавил, — ещё и взбледнулось?» Он обхватил себя за плечи, постоял так несколько секунд, вздрагивая от нового приступа смеха. И пошёл по темноте спящего пионерлагеря. «Надо объясниться! — обдумывал он свои действия, на ходу, — ситуация может кардинально поменяться. Долговязый шаг за шагом, всё ближе и ближе подбирается к телу, обидевшейся на меня, девчонке. Конечно, я сглупил, пошёл на поводу мужской физиологии. Но всё ещё можно исправить. Пока, — уточнил он сам себе, — надеюсь, пока ещё можно исправить. Девчонки такие влюбчивые! Марго, не дай, бог! Тьфу - тьфу - тьфу! Может влюбиться в два метра сухой дранки. Придётся срочно принять меры, не допустить разворачивания событий в ненужное мне русло». Он подошёл к тёмному прямоугольнику окна Ритиной комнатушки. Постоял, спрятав руки в карманы, нерешительно покачиваясь с пяток на носки, вытащил правую руку из кармана и тихонько постучал в окно. Ответа не было. «Спящее царство!» — Максим огляделся по сторонам - темно, тихо и сонно. Он ещё раз, на этот раз уже сильнее, постучал в окно. Через несколько секунд, шторы занавешивающие окно заколыхались, раздвигаемые невидимой Максиму рукой. Из окна выглянуло испуганное лицо Риты: «Что случилось?» — безмолвно спрашивали её огромные глаза на бледном лице. «Выйди! — шевельнул он губами и выразительно махнул рукой, — поговорить надо!» Рита не слышала его слов, распахнула окно и прошептала:

— Что случилось, Максим?

— Выйди! — повторил он тихо, — поговорить надо!

Она сунула ноги в шлёпки и выскочила, в чём была, на улицу. Он подошёл к крыльцу, она метнулась ему навстречу:

— Что случилось, Максим?

Он небрежно пожал плечами:

— Ничего! Всё в порядке! Просто мне надо поговорить с тобой! Это очень серьёзно!

Он смотрел на неё: в свете бледной луны, она казалось призрачной, почти невесомой. Прозрачные тоненькие ручки взметнулись над головой, пытаясь привести в порядок, всклокоченные во время, сна волосы. Смешная пижамка делала её похожей на Мальвину - героиню детской сказки. Штанишки чуть ниже колен, с рюшечками по низу, свободная кофточка с точно такими же рюшечками по вороту и низу рукавов - фонариков.

— Ты такая… — произнёс он и замолчал.

— Какая? — дёрнула она плечом, — ты за этим сюда пришёл? Чтобы уточнить какая я?

Луна, как показалось Максиму, сверху, с неба, ехидно взглянула на него. «Наверное, луна обиделась на мои слова!» — некстати пришла ему в голову сумасшедшая мысль. «Что, съел? — почудилась ему её злорадная насмешка, — ничего у тебя не получится! Ничегошеньки! Ни-че-го!» «Врёшь! — пробормотал он и показал ей фигу в кармане, — получится!»

— Что ты бормочешь? — сердито воскликнула Рита и зябко обняла себя руками за плечи.

— Ты такая… — снова повторил он и хотел добавить, — такая смешная в этой пижаме, — но не посмел - разозлится и уйдёт, а ему надо, просто необходимо, исправить своё шаткое положение в её, крошки Марго, жизни. Поэтому, он произнёс, стараясь, чтобы его голос звучал романтично и нежно. — Ты такая хрупкая, беззащитная и очень красивая! — добавил он фразу - ключик, открывающий сердца девушек, пусть даже прежде крепко-накрепко запертые на замок. — Замёрзла? — он расстегнул толстовку, снял, подошёл к ней, набросил ей на плечи. Его руки так и остались у неё на плечах, она не сопротивлялась, сердито не сбрасывала его руки. Подняла голову и взглянула ему в глаза: «Зачем ты пришёл среди ночи, вызвал меня? И сейчас мы стоим ночью вдвоём. Что это значит?» «Только одно, — ответил его взгляд, — ты мне нравишься! Если бы был другой ответ, разве я стоял бы здесь, сейчас рядом с тобой!»

— Прогуляемся до речки? — предложил он.

— Вот так - в пижаме?

— Переоденься, если хочешь, я подожду.

Она кивнула, сняла наброшенную на плечи толстовку, отдала её Максиму и пошла к себе в комнату.

— Марго! — окликнул он её шёпотом.

Она остановилась, на мгновенье, обернулась и взглянула ему в глаза.

— Ты выйдешь? — прошептал он.

Она, молча, кивнула, поднялась на крыльцо и скрылась в дверях своей комнатушки - клетушечки. Минут через десять, вновь появилась на крыльце, одетая в узенькие, обтягивающие джинсы и просторную тёплую толстовку - длинную, до середины бедра. Волосы тщательно расчёсаны и забраны в «конский хвост».

Он радостно двинулся ей на встречу:

— К речке?

Она, всё также молча, кивнула.

Он взял её за руку, она поспешно выдернула свою:

— Не надо, Максим!

— Темно, споткнёшься за корни деревьев и растянешься, я просто хочу тебя подстраховать, — он снова взял её за руку и крепко сжал, как будто боялся, что она вырвется и исчезнет в лесу, растворится, затеряется в темноте.

Она не сопротивлялась. Молчком они дошли до берега неширокой, но бурной речушки.

— Я покажу тебе моё любимое место, — он повёл её за собой.

Они прошли вдоль обрывистового берега и поднялись на возвышенность. Огромный плоский камень - валун лежал почти у самого обрыва, изъеденный ветрами и дождём, он угрюмо смотрел вниз на небольшую, бурлящую речку. Максим достал из кармана ветровки, прихваченный с собой холщовый лоскут, расстелил на неровную поверхность валуна, сел и протянул руку Рите, увлекая её за собой:

— Садись!

Она примостилась на краешек валуна, боязливо посматривая вниз на клокочущую речку.

— Садись нормально! — он чуть сдвинулся - левее, освобождая ей место. Пространства на валуне хватало ровно настолько, чтобы на нём расположились два человека. Он, со спины, осторожно обхватил её за руки и усадил глубже на камень. Теперь они сидели совсем близко, рядом. Максим искоса взглянул на неё: полуопущенные ресницы, выбившаяся прядь каштановых волос. В ней было что-то (он не мог понято, что именно) то, что заставило его соскочить среди ночи и пойти к ней.

— Красиво, тихо и таинственно, — шёпотом произнесла она, недолго помолчала, потом добавила, — и немножко страшно!

— Страшно? — удивился он, — Кого ты боишься? Да я за тебя кому угодно глотку перегрызу!

Она повернула голову в его сторону, уголки губ чуть приподнялись в улыбке, а глаза оставались грустными.

— Не веришь? — он взял её за руки, чуть выше локтей, вдруг, резко, порывисто притянул её к себе, потом отпустил, положил свои руки на колени, крепко сцепил в замок, — извини, не сдержался. Марго, — продолжил он, внимательно изучая пальцы своих рук, — я знаю, глупо получилось! Ничего не скажешь! Не знаю, что на меня нашло! Мне Милка не нравится, и никогда не нравилась. Пьяный был, вот и получилась эта нелепица.

— А мне какое дело! Как считаешь нужным - так себя и ведёшь! С кем хочешь - с тем и целуешься.

— В том-то и дело, — Максим всё также рассматривал пальцы своих рук, — мне нравишься ты, а не она! Для этого я тебя и позвал, чтобы прояснить ситуацию для себя, — он помолчал, потом добавил, — для нас обоих. Тебе длинный нравится? — он резко сменил тему.

— Максимилиан? — уточнила она.

— Ну, конечно! Кто же ещё!

— Хороший он парень - Максимилиан. Он может понравиться любой девушке.

— Другие девушки меня не интересуют. Я спрашиваю, ТЕБЕ он нравится? Если он тебе нравится по-настоящему, то я отойду, и не буду путаться у вас под ногами.

— А как узнать, что настоящее, а что нет? — Рита поднялась с валуна, подошла близко-близко к обрыву, к самому краю, наклонилась, вглядываясь в черноту бурлящей воды.

— Осторожно! — воскликнул Максим.

Она вздрогнула и пошатнулась. Максим рывком бросился к ней, крепко обхватил её руками:

— Осторожно! Ты что! — он повернул её лицом к себе и заглянул в глаза, — ты же можешь упасть! Нельзя быть такой неосторожной, — продолжил он, вдруг, севшим, охрипшим голосом и чуть прикоснулся губами к её губам.