Чтение онлайн

— Вперед.

Он протянул руку. Леро разлепила глаза, вцепилась в руку, поднялась, побрела.

— Осторожно.

Они пошли вдоль стены — слева серая стылость камня, справа — холод и мрак каменного плато. Ветер усилился; багровые точки кустов, уже едва различимые в наступающем мраке ночи, ходили мелкими волнами; острые зубья скал наверху гудели. Через пару минут они дошли до буро-сиреневых зарослей мха, который странным образом не растворялся в густеющих сумерках и выделялся на камне ярким пятном. Леро остановилась, оглядела мшистый ковер, полюбовалась искрами перламутра прозрачных цветков на корявых стеблях-подвесках.

— Такой пушистый! А почему так трещит, когда трется?.. — она потянулась к камню.

— Не трогай! — Кламмат схватил Леро за локоть и рванул от стены. — Потому что пропитан кислотой, как большинство местных растений. Кислота кипит на камнях и трещит. Леро, ты глупая девчонка! Подумать, немного? Ты не дома! Ты на кислотной точке.

— Он такой лапочка... — растерялась Леро.

— Леро, ты глупая девчонка, повторяю тебе! Тебе сколько лет? У вас в Ноль-восемь-четыре дети вообще взрослеют? Лапочка.

— Я не подумала что-то... Устала ужасно, голова вообще на кусочки. Он ее что, из воздуха? Он же на камне...

— Разумеется, — Кламмат воткнул ствол в небо. — Облачность сто пятьдесят метров — выше здесь не бывает. Набирает долго и медленно, но набрал — мало не покажется.

Они пошли дальше.

— Ну, и что там? Где он там?.. Долго еще?..

— Леро, стоять, — Кламмат замер. — Арбалет.

— Я ничего не вижу! — Леро подпрыгнула. — Где? У тебя есть фонарь? Обычный?

— Какой фонарь?

— Ну как! — Леро разозлилась. — В комплекте! Что, нет фонаря? Обычного?

— А, вон что, — ответил Кламмат не сразу. — Леро, какой фонарь? — он усмехнулся. — Зачем мне фонарь?

— Дурацкий у тебя комплект! Столько всякой ерунды, а дышать невозможно. И сослепу сдохнешь!

— Три штуки, — Кламмат отвернулся во мрак и замер, вглядываясь. — Сто пятьдесят метров. Опасно.

— Убей их сам, если тебе фонарь не нужен! — Леро протянула ему арбалет.

— Леро, я не могу сидеть и ждать пауков.

— Мы.

— Мы... Не можем сидеть и ждать пауков. Они могут висеть так до завтра.

— А давай здесь останемся! До завтра!

Кламмат обернулся.

— Почему нет? Дыра за ночь никуда не денется. Мы в зоне, у нас приоритет. Если я правильно понимаю... Если он первый сунется, он труп.

— Ну?

— А пауков будет видно. Хотя бы. И передохнём. Хотя бы. Я падаю. Я вся в клочья. Дышать нельзя. А ночью облаков нет! Мне больно ужасно. Я сейчас упаду и буду реветь.

Леро упала на колени. Арбалет выпал из рук, звякнул. Кламмат подошел, присел, достал из-под клапана салфетку, вытер у Леро с губ кровь.

— Дышать здесь нельзя без разницы — есть облака или нет. Поэтому надо идти. За ночь нам надо спуститься метров хотя бы на триста. Я тоже почти на пределе.

— Ну нейтрализатор включи! У тебя есть ведь!

— Леро, я тебе говорил. Пока хоть как-то дышу, не буду. Сейчас тем более. Он создает шум. Технологический артефакт, от которого не избавиться. Как трассы разряда от карабина. В оптику видно еще пару секунд — такие лохматые спицы... Мой личный опыт — либо без него, либо полный гермокомплект. Если без него невозможно — значит, в откат.

— В бою?

— Он у расселины. Ты видела, где она начинается?

— Да. Из еще оврага какого-то.

— По-другому в нее не попасть. Теперь смотри диспозицию. Сейчас приоритет наш.

— Да я поняла. Сейчас наш. Но он может туда уйти.

— Они уже там. Мы будем идти вдоль скалы до последнего, но потом нам придется спускаться. А у входа приоритет будет у них. Потому что они уже там.

— И что же нам делать?

— Использовать местность и нервы. Прогноз, — Кламмат тронул панель стереомата, — равный.

— Это у тебя там?

— Это у меня там. За час нам надо или их убить, или перейти через скалы. Если мы останемся здесь до утра, капсулы могут оказаться без дела.

Он вытер у Леро с губ кровь.

* * *

Сумерки быстро превратились в непроглядную ночь — темнота как будто упала с неба. Только что рядом стелилась стена, с разводами пушистого мха — будто наляпаны огромные кляксы сиренево-бурых чернил, — с мутно-хрустальными чашечками цветков — будто специально рассажены по маленьким пещерам-горшкам, — и вот ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Кламмат шел впереди, в трех шагах, и его было только слышно. Хруст камней под подошвами стих. Леро наткнулась на ранец. На плечо мягко легла рука.

— Еще раз, главное — тебе не выпасть за радиус.

— Как я за него выпаду, если я его не вижу? — Леро хмыкнула. — И какой еще радиус, кстати?

— Три метра, радиус внутреннего предела, — Кламмат взял ее за правую руку. — Я уже говорил. Обулась?

— Забери железку свою дурацкую, — Леро сунула в темноту арбалет. — Мне уже надоело с ней таскаться! Зачем она мне сейчас? Завтра и дашь. Там ведь они тоже будут? С той стороны?

— Сейчас выйдут звезды и все будет видно.

— Что все будет видно?

Кламмат, не отвечая, повел Леро во мрак. Тучи не расходились; темнота была полная, Кламмата не было видно вообще, хотя он шел рядом и Леро слышала каждый камешек под подошвой, каждый стук кольца карабина, каждый сдержанный вздох Кламмата. Пока они шли небыстро, дышать было почти не больно, но вот Кламмат ускорил шаг, и Леро, поспевая за ним, начала задыхаться. Нос, рот, горло, легкие, грудь — до сих пор жжение можно было терпеть, но вот оно превратилось в огонь, который обжигал все сильнее, с каждым резким движением. Больнее всего было кашлять; Леро терпела, терпела, терпела, наконец закашлялась, бросила осточертевшую трубу арбалета, повалилась на землю, сплюнула сгусток слизи и крови.

— Ты хотела здесь ночевать.

— Сам дурак... — Леро поднялась, шатаясь, пошла.

Кламмат прошел дальше — камни хрустнули под ногами, — остановился — стихли.

— Все, — раздался голос из ничего.

— Что?

— Дальше вперед не пройти.

— Я ничего не вижу! — Леро топнула от бессилия. — Ай... Дура... Ноги...

— Я вижу. Направо вниз. Ноги выше, плашмя — здесь острые камни.

— Мне все равно. У меня и так от ног ничего не осталось. Так больно, что уже не болит ничего.