Я (не) буду вашей истинной!
Шрифт:
– Что теперь? – спросила я, едва узнав собственный голос.
– Пошли, – Алекс кивнул в сторону выхода из подворотни.
Возле огромного чёрного Хаммера, который стоял на обочине, я остановилась, не скрывая удивления. Машина была огромной, угрожающей, словно вырванной из какого-то постапокалиптического боевика.
– Вы серьёзно? – я обернулась к ним, вскинув брови. – Это откуда у вас?
Алекс ухмыльнулся, наклоняясь к водительской двери.
– Подарок судьбы, – ответил он небрежно, словно это был обыденный вопрос.
– А если серьёзно? – я прищурилась, явно не довольствуясь такой загадочной формулировкой.
– Ключи были у знакомого, а знакомый — в нужном месте. Всё просто, – Кир ответил спокойнее, но его тон не позволял задавать лишние вопросы.
– Слишком просто, – пробормотала я, с недоверием глядя на машину. – Вы что, угнали её?
– Не угнали. Одолжили, – Алекс открыл дверь. Его тон, полный иронии, только усиливал подозрения. – Хотя тебе вряд ли от этого легче.
Кир покачал головой и обошёл машину, открывая заднюю дверь.
– Даша, садись назад. Там безопаснее, – его взгляд был таким спокойным, что мне даже не захотелось спорить. Слишком устала. И, признаться, быть ближе к ним сейчас вызывало только раздражение.
Я вздохнула, отбрасывая странное ощущение тревоги, и села на заднее сиденье. Мягкий кожаный салон пахнул новизной, а панель управления впереди переливалась множеством огоньков.
Забралась на заднее сиденье и, щёлкнув замками на дверях, заблокировала ручки. Пусть даже не думают садиться ко мне! Их места — впереди. Кир молча устроился за рулём, а Алекс сел рядом с ним. Никаких попыток спорить или возражать не последовало, что, честно говоря, удивило. Таким составом и двинулись.
На душе было тяжело, и усталость накатывала волнами. Тело ныло, словно из него выжали последние силы, а душа... душа просто устала кричать. Сняла обувь, подложила сумку под голову и вытянулась на сиденье. Пускай сами решают, как дальше быть. Теперь это их проблемы.
Машина плавно двигалась по шоссе, убаюкивая мерным шумом двигателя. В салоне звучала инструментальная музыка, что-то лёгкое, без слов, словно специально подобранное, чтобы не напрягать и так взвинченные нервы. Постепенно мои глаза начали закрываться, а мысли растворяться в этом странном покое.
– Ты голодная? – голос Кира прорезал тишину. В его тоне слышалась искренняя забота, которая сейчас только раздражала.
– Нет, – пробурчала я, не открывая глаз.
Конечно, голодная, но он должен был догадаться.
– Ая-яй, Даша, – вмешался Алекс, его насмешливый тон подействовал, как щёлканье по носу. – А у нас, кажется, был пункт про честность? И какой пример ты нам подаёшь?
Я резко открыла глаза, готовая что-то съязвить, но его ухмылка только подлила масла в огонь.
– Учителя хорошие были, – огрызнулась я, потом выдохнула и сдалась. – Хочу есть!
– Вот это уже больше похоже на правду, – хмыкнул Алекс, и его голос в этот момент прозвучал почти тепло.
Не заметила, как снова уснула. Кажется, мы где-то останавливались, но этот момент прошёл мимо меня. Всё, что осталось в памяти, — это отдалённый звук открывающейся двери и тихие шаги, а потом снова тьма.
Проснулась от головокружительного запаха еды. Пахло так, словно кто-то специально готовил, чтобы пробудить меня из самого глубокого сна. Поднявшись, я увидела, что на улице была ночь, а мы мчались по какой-то магистрали. В какую сторону? Понятия не имела, да и не важно. В ногах обнаружился пакет с эмблемой какого-то кафе. Долго раздумывать не пришлось — я моментально полезла внутрь.
– Курочка... картошечка... – выдохнула я, едва сдерживая слюни. Запах вызывал приступ счастья, который я давно не испытывала.
Начала уплетать за обе щеки, чувствуя, как голод медленно уступает место удовлетворению. В пакете оказался морсик, и это стало вершиной блаженства. Ещё немного — и я бы мурлыкала, как сытый кот. Настолько погрузилась в процесс, что не сразу заметила, как на меня смотрят.
Взгляд Кира через зеркало заднего вида застал меня врасплох. В его глазах было что-то тёплое, почти нежное. Поймав мой взгляд, он подмигнул. Сердце на секунду пропустило удар, но я быстро демонстративно отвернулась, буркнув что-то себе под нос. Едой их вину не искупить.
Покончив с поздним ужином, я снова растянулась на сиденье, чувствовала, как тело поддаётся долгожданному сну. Допросить их всегда успею. Интуиция подсказывала, что дорога будет долгой, возможно, с пересечением границ и даже сменой документов.
Когда сон уже почти захватил меня, я ощутила лёгкое движение. Меня накрыли чем-то мягким. Одеяло? Эти двое действительно вели себя заботливо, только... чересчур запоздало. В глубине души это вызвало странное чувство. То ли благодарность, то ли раздражение. Я решила, что разберусь с этим потом. Пусть они пока думают, что я расслабилась. Но я ещё попорчу им нервы. Обязательно.
Глава 16
Как же она меня раздражала! Словами не описать. Всё в ней было не так, начиная от слишком откровенного платья, которое, казалось, держалось на честном слове, и заканчивая ярким, кричащим макияжем. Каждое её движение, каждый жест будто нарочно кричали: "Посмотрите на меня, я — совершенство!"
Почему я так злилась на эту девицу? Она ведь ничего плохого мне не сделала. Наоборот, яркая, сексуальная, симпатичная... прямо ходячая реклама счастья и уверенности.
Но как же бесило её хихиканье! Эти взгляды, которые она бросала, эти улыбки, которые она дарила, словно это её личная миссия — свести с ума всех мужчин в радиусе пяти метров.
И, конечно, Алекс! Сидит, улыбается ей, рассказывает что-то — и смотрит так, будто перед ним звезда первой величины. Это было невыносимо.
Я отвела взгляд. Мне ведь всё равно. Чего же тогда внутри закипает кровь? Почему руки тянутся схватить что-нибудь и запустить этим прямо в его довольную ухмылку? Или в её притворно-наивную улыбку.
Кир куда-то исчез. Если бы он был рядом, мне, конечно, было бы совершенно плевать на выходки Алекса. Кир всегда уравновешивал мои эмоции, его присутствие напоминало мне, что нужно держать себя в руках. Но сейчас я была одна. И всё вокруг, начиная от знойного курортного вечера, пронизанного запахом соли и дыма, до лёгкой джазовой мелодии, звучавшей из ресторана, — казалось раздражающим.
Мы добрались до черноморского побережья и устроили короткую передышку в этом маленьком ресторанчике. Уютное местечко с деревянной террасой, увитой виноградной лозой, и мягким светом фонарей. Казалось бы, наслаждайся моментом. Но Алекс, чёрт бы его побрал, сидел у барной стойки и беззастенчиво "окучивал" брюнетку.