Я (не) буду вашей истинной!
Шрифт:
Кир прищурился, и я увидела, как в его глазах вспыхнуло что-то новое, будто мои слова задели глубоко спрятанную струну.
– Ты думаешь, что мы тебя оставим? – спросил он, его голос стал чуть грубее, и в нём послышалась едва уловимая боль.
– Нет, – быстро ответила я, боясь, что он не так поймёт. – Просто… Иногда мне кажется, что я жду чего-то, чего, возможно, никогда не будет.
Кир молчал, но его взгляд был слишком пристальным, и я почувствовала, как мои щёки начинают гореть. В этот момент я услышала знакомый, низкий голос Алекса:
– О чём это вы так серьезно шепчетесь?
Он подошёл к нам, держа в руках бутылку воды. Его бровь была слегка приподнята, а на губах играла привычная усмешка, но в глазах была скрытая тревога.
– О нас, – коротко ответил Кир, даже не оборачиваясь.
Алекс поставил бутылку на землю, внимательно посмотрел на меня, а затем на Кира.
– Кажется, я что-то пропустил, – заметил он, подходя ближе. – Даша, ты не хочешь поделиться?
Теперь оба смотрели на меня, и от их пристальных взглядов у меня перехватило дыхание. Я чувствовала себя как под микроскопом, но в то же время понимала — они оба здесь, рядом, и ждут только моего откровения.
– Я просто хотела знать, – начала я, подбирая слова, – куда мы идём. Что нас ждёт дальше.
Алекс посмотрел на Кира, а потом снова на меня. Его улыбка исчезла, и в глазах появилось то самое тепло, которое всегда заставляло меня таять.
– Ты думаешь, что для нас это просто? – спросил он тихо. – Ты думаешь, что мы не планируем ничего?
Кир слегка сжал мои руки, стоя за моей спиной.
– Даша, – добавил он, его голос был низким, спокойным, но в нём звучала такая сила, что мне стало тепло на душе. – Мы давно решили для себя, что будем с тобой всегда.
– Тогда почему… – начала я, но Алекс перебил:
– Ты хочешь услышать слова? Ладно, слушай. Я люблю тебя. Чёрт возьми, люблю настолько, что иногда не знаю, как это выразить.
Слёзы начали собираться в моих глазах, но Кир наклонился ближе:
– Мы оба любим тебя, – сказал он. – Просто каждый по-своему. Но это не значит, что ты для нас ничего не значишь. И что у нас нет будущего.
Я не смогла удержать слёз, и они тихо потекли по щекам. Алекс подошёл ближе и, мягко проведя пальцами по моей щеке, вытер их.
– Не плачь, – прошептал он. – Проси, все, что захочешь. Сделаем. Обещаем.
*** Подпевая телефону, раскатала очередной рулон обоев. Утро началось с вдохновения: встала, выпила кофе, посмотрела на старые обои и решила — пора менять. Сама. Поехала в магазин, всё купила, и вот уже половина комнаты была готова.
Хлопнула входная дверь, раздались шаги. На пороге замерли Кир и Алекс. Их лица выражали одновременно изумление и лёгкую тревогу.
– У нас ремонт? – Кир поднял бровь, оглядывая комнату.
– Ага, – отозвалась я, вытирая руки о старую футболку. – Нравится?
– Безумно, – сухо ответил Алекс, скрестив руки на груди. – Почему нас не дождалась?
– Хотела сюрприз сделать. Получилось? – хитро улыбнулась я, хотя в глубине души начала сомневаться в своей затее.
Мужчины переглянулись, закатали рукава рубашек и направились ко мне. Кир сел на корточки, забрал у меня кисть, а Алекс, сев рядом, принялся помогать намазывать клей на рулон.
– Да к чёрту это всё, – вдруг откинул кисть Алекс, резко вставая. Его взгляд стал серьёзным, напряжённым. Он полез в карман и достал маленькую коробочку.
– Даш… – голос Алекса дрогнул, он поднял глаза на меня. – Я её уже месяц ношу. Думал, ничего не боюсь. Но тут... ступор, как в первый раз.
Кир, сидевший рядом, внимательно следил за каждым движением Алекса. Его взгляд был спокойным, но с лёгкой тенью напряжения. Затем, неожиданно, он полез в карман своей рубашки. Моё сердце замерло.
– Ты не один такой, – тихо, но твёрдо проговорил Кир, доставая похожую коробочку. Он чуть приподнял уголок губ, словно знал, что этот момент будет одновременно удивлять и сбивать с толку.
Я, ошеломлённая, переводила взгляд с одного на другого. Увидев вторую коробочку, у меня на мгновение перехватило дыхание.
– Подождите, вы… оба?.. – прошептала я, не зная, смеяться или плакать.
– Конечно, оба, – с теплотой в голосе ответил Кир, раскрывая свою коробочку. Там сверкало кольцо, такое же изящное, как и у Алекса, но с другим, более строгим дизайном. Он посмотрел на меня, его взгляд был мягким, но решительным. – Мы решили не устраивать соревнования. Ты сама всё сказала — ты не можешь выбрать. Так что мы сделаем это за тебя. Вместе.
Алекс усмехнулся, бросив взгляд на Кира, затем снова перевёл глаза на меня.
– Всё верно, – сказал он, его голос стал твёрже. – Ты наша. И это уже не обсуждается.
Я растерянно заморгала, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Это был момент, о котором я не могла и мечтать, момент, где сливались любовь и понимание. Губы дрогнули, и я, сама не осознавая, шагнула к ним навстречу.
– Вы оба… – слёзы наполнили глаза, но я улыбалась. – Я люблю вас. Так сильно.
Алекс, не дожидаясь моей реакции, аккуратно надел кольцо мне на палец. Затем, без слов, кивнул Киру. Тот, глядя мне в глаза, повторил жест, добавляя второе кольцо к первому. Это выглядело так естественно, словно они всю жизнь репетировали этот момент.
– Всё решено, – сказал Кир, обнимая меня с одной стороны. Алекс подошёл с другой, и я оказалась между ними, чувствуя их тепло и поддержку.
– Я немного обманула вас, – прошептала я, закусив губу, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.
Алекс, нахмурив брови, тут же отстраняясь.
– Когда? – его голос звучал одновременно с интересом и настороженностью.
– Как ты могла? – Кир смотрел на меня с лёгкой усмешкой, но в его взгляде тоже читалось любопытство.
Я сделала глубокий вдох, стараясь набраться смелости.
– Про ремонт, – проговорила наконец, чувствуя, как щеки начинают гореть.
– Ты что-то сделала с комнатой? – спросил Алекс, скрестив руки на груди. Его тон был одновременно строгим и тёплым.
– Нет… не совсем, – пробормотала я, опуская взгляд и снова закусывая губу.
Кир наклонился ко мне ближе, его глаза мягко блестели в свете лампы.
– Здесь больше не будет гостевой спальни? – уточнил он, явно пытаясь выудить из меня правду.
Я кивнула, не поднимая глаз.
– А что здесь будет? Мне не победить твою логику. Не мучай нас, – проговорил Кир, его голос стал почти шёпотом, полный тепла и ожидания.