Чтение онлайн

Чувствуя, что начинает нервничать, Стилет вытащил из красивой коробки, стоящей на столе, настоящую гаванскую сигару и, закурив, продолжил:

–  Когда он отказался с нами делиться, я спустил это дело на тормозах. Не хотел, признаюсь, лишний раз с комитетчиками связываться. Но в своей безнаказанности он решил двигаться дальше. Теперь этот барыга начал кампанию по перетягиванию на свою сторону братвы с целью посадить собственного смотрящего в Питере. Иными словами, он занес руку на святая святых - общак. А такое простить нельзя.

Стряхнув пепел, Стилет проникновенно посмотрел на кореянку и спросил:

–  Ты догадываешься, о ком идет речь и почему я обращаюсь именно к тебе?

–  Да, Артем, - вымолвила Чоя.

–  Теперь ты понимаешь, кто тебя вытащил из изолятора и зачем?

–  Да.

–  Ты сможешь мне помочь?

–  Думаю, Чоя суметь.

–  Ну, вот и славно. А за ценой я не постою.

Стилет встал из-за стола и подошел к Чое.

–  Я верю в тебя. У тебя получится, - по-отечески обняв ее, произнес хозяин комнаты, и в его руке, словно на сеансе у Копперфильда, возник объемный рулончик зеленоватого цвета.
– Здесь тридцать кусков. Это аванс. Остальное - сама понимаешь.

Попрощавшись поклоном, кореянка покинула апартаменты законника, а затем и его трехэтажный кирпичный особняк в Сестрорецке. Из окна Стилет видел, как эта хрупкая черноволосая женщина исчезла за необъятной спиной Кувалды, который услужливо открыл дверцу ее спортивной изумрудной «Тойоты-Селика». «Мал золотник, да дорог», - подумал Стилет.
– «У нее получится».

Оставшись один, он предался воспоминаниям. Перед ним проносились фрагменты его жизни. Вот он на малолетке. Угодил туда в голодные послевоенные годы, за кражу из магазина бутылки с молоком. Вот ему уже девятнадцать - и снова зона. Уже взрослая. И воровал он уже по-взрослому, обнес не одну квартиру немногочисленных в те годы богатеев. Отсидел - вышел. Снова взяли. Снова освободился. Уже в авторитете. Опять зона. Короновали. Небольшой кусочек воли до следующей отсидки. «Как мало было свободы», - думал он.
– «Всю жизнь с этапа на этап. И вот уже старость подбирается. А тут еще такое говно творится».

–  Кувалда, загляни ко мне!
– крикнул Стилет, увидев, что входная дверь в комнату закрыта неплотно.

Перед вором выросла мощная фигура телохранителя.

–  Чего там новенького?
– спросил у него Стилет.

–  Поговаривают, воры сходку готовят. Вроде как по поводу нового смотрящего вопрос решать собираются.

–  Что ж, пусть готовят. Порешаем, - твердо ответил законник, а про себя подумал: «Только бы у Чои все получилось».

–  Есть и хорошая новость.
– Кувалда расплылся в немного глуповатой улыбке.
– Завтра вашу сестру выпустят под подписку. Адвокат все устроил.

–  А это действительно хорошая новость. Значит, завтра будем праздновать Галину свободу. Чего там адвокат говорит, развалить дело удастся, али как?

–  Говорит, что к Новому году развалит окончательно.

–  Будем надеяться, что очкарик не зря свой хлеб кушает.

Отдав распоряжение усилить охрану особняка, Стилет отпустил Кувалду. Затем подошел к одной из четырех дверей, находящихся в комнате, где он принимал Чою. За резной дверью была спальня. Чувствуя смертельную усталость, Стилет потянул дверь на себя и отправился спать.

Белый шестисотый «мерс» и три огромных черных джипа «Навигатор» подъехали к зданию нарсуда Калининского района. Через какое-то время там же припарковался скромный «опель», из которого вылез невысокий мужчина в очочках и направился прямиком к белому «мерседесу». Стекло задней двери шестисотого плавно опустилось, и из салона послышался хрипловатый голос:

–  Ну что, уже привезли?

–  Думаю, что да, - ответил очкарик.

Не вылезая из «мерса», Стилет набрал на мобильнике номер:

–  Пора.

Пока законник убирал мобилу обратно в карман, из джипов выскочили коротко стриженные громилы и, создав небольшое оцепление перед входом в здание суда, застыли в ожидании.

В сопровождении Кувалды Стилет вылез из машины, поручкался с очкариком-адвокатом, и все трое вошли в здание суда. К ним примкнули еще шестеро из тех, что подъехали на джипах и пятью минутами раньше устроили импровизированное оцепление.

А уже через час все они плюс освобожденная под подписку о невыезде баба Галя рассаживались по автомобилям.

–  Здравствуй, сестренка. Считай, полгода не виделись, - не скрывая радости, произнес Стилет, внимательно рассматривая бабу Галю.

–  Что, Артемка, плохо выгляжу, да?
– поинтересовалась освобожденная.

–  Конечно, не Мерилин Монро, но в целом ничего. Неделя саун да соляриев, и можно в Голливуд, - ответил он и обнял сестру.
– Кстати, в Голливуд можно и прямо сегодня. Точнее, в «Голливудские ночи», что на Невском. Вечером у меня там арендован зал. По случаю твоего выхода.

–  Ты - чудо, братец.
– И уже далеко не молодая женщина по-детски чмокнула Стилета в щеку. А потом спросила:

–  Поговаривают, что у тебя проблемы с «положением»?!

–  Есть немного. А тебе откуда известно?

–  Тюрьма что земля, тоже слухами полнится.

–  Ничего, сестра. Нет таких проблем, которые нельзя решить, - произнес Стилет, протягивая бабе Гале открытую пачку «Парламента», и, явно желая сменить тему разговора, сказал:

–  Небось бесфильтровки-то уже поперек горла встали?

–  Чою для этого отписал?
– не отставала любопытная сестра.

–  Галь, давай о делах не сегодня и не здесь, - законник оставил вопрос сестры без ответа.

Через полчаса колесни по городу «мерседес» Стилета и сопровождавший его джип-кортеж припарковались у современного двухэтажного здания. Над входом красовалась зеркальная табличка со светящейся надписью «Арт-салон для новых русских».

–  Здесь, Галина, тебя помоют, причешут и оденут. В общем, тебе самой видней, что нужно делать по части женского марафета. Персонал салона предупрежден, - пояснил Стилет сестре.
– И вот еще что: в салоне тебя будут охранять шесть моих бойцов.

Стилет снова извлек из кармана мобильник и, соединившись, отдал необходимые указания в один из джипов.

–  Видать, братец, проблемы у тебя и вправду серьезные, если ты так о безопасности заботишься. Представляю, что будет вечером в «Голливудских ночах». Не иначе как целый взвод автоматчиков по периметру выставишь.

–  Галь, давай иди. Часа через три мы за тобой заедем. У меня еще встреча с Дедом Хасаном.

–  Деду от Бабы пламенный привет. Жаль, что не могу поехать с тобой. Действительно, надо в порядок себя привести. В таком виде старому шалунишке Хасанке стыдно на глаза показываться.