Я не люблю убивать
Шрифт:
Пять минут бригадир бешено орал в трубку, называя Игоря распиздяем, угрожая увольнением и позорным клеймом на всю оставшуюся жизнь. Но электрик Праскурин демонстрировал непреклонность, трезво понимая, что ничего ему Разин не сделает, не потому что бригадир был невероятно добрым и отзывчивым человеком, а потому что Игорь оказался незаменимым работником.
Год назад случилась одна история.
Бригадир Разин давал своим парням разнообразные задания; бывало, что совсем далёкие от работы электрика. Например, он мог отправить ребят собирать мебель или дать распоряжение дегустировать шоколадные батончики в подвальной конторе, или разгружать радиаторы отопления на стройке. Но он всегда хорошо платил и никогда не обманывал своих работяг, называя их – то какими-то неведомыми стахановцами, когда они хорошо трудились, то ссаными уродами, если парни ленились.
Так вот… в тот день Игорь с товарищами сгрузил с Газели три большие коробки, а также личный перфоратор и другой инструмент. Затем парни перетащил всё в полицейский участок, который находился совсем рядом с Лубянской площадью. Игорёк был назначен господином Разиным старшим в той группе, а в подчинении у него два парня лет двадцати, которых он никогда раньше не встречал. Один парень был белобрысый с белыми бровями, второй – огненно рыжий с рыжими бровями.
Задание было не сложное, но и не простое, а скорее, диковинное, поскольку оконные жалюзи Игорь Праскурин никогда не монтировал и понятия не имел с чем ему нужно столкнуться и в какой из коробок находится схема работ. Но бригадир Разин уверял, что белый и рыжий, непременно справятся с поставленной задачей, потому что они не клоуны из цирка, а гуру монтажных работ; что у них есть неоценимый опыт, охотничий глазомер, золотые руки, но нет рядом самого важного элемента – строгого начальника. Вот этим начальником и суждено стать Игорю.
Электрику Праскурину это льстило. Начальник всё-таки.
И он доверился бригадиру…
Полицейский участок больше походил на неприступную крепость. Сначала трое парней протащили коробки через первую металлическую дверь из арматур, которую охраняли пятеро полицейских в форме и при автоматах. Потом они корячились по лестницам вверх-вниз до второй двери, которая была тоже из металла в клеточку и при охране с оружием. А когда появилась дверь номер три, очень похожая на первые две, объявился человек в штатском, с пышными усами и невероятно злыми глазами – не строгими, а именно злыми.
Усатый, который носил джинсы Армани и вытянутый свитер из фильма «Брат», нахмурился и холодно спросил: «Эй, индейцы криворукие!.. вы точно здесь все россияне?»
И белый парень, и рыжий – быстро кивнули, скорее, от испуга. Игорёк тоже ответил, покачивая утвердительно мясистыми щеками, но вовсе не из страха. Он совсем не боялся мужиков в старых свитерах. Храбрость ему помогала по жизни, во многих ситуациях – и в школе, и в армии, и в общении с бригадиром.
Тогда человек в штатском попросил предъявить документы, не поверив на слово.
Игорь передал усатому паспорт. Белый протянул студенческий билет. Рыжий признался сразу, что он гражданин Казахстана и что проживает сейчас в общаге в Котельниках.
Человек в штатском деловито кивал, проверяя паспорт и студенческий билет с помощью мобильного устройства. Потом он возвратил документы своим владельцам. Но не прошло и пары секунд, как рыжего взяли под рученьки товарищи в форме и поволокли обратно в направлении второй двери, снова по ступеням – то вверх, то вниз, через длинный, тёмный туннель. В том же русле толкали и белобрысого, оказавшегося студентом из Молдавии.
Игорёк остался один. Он хотел было возразить, что собственно, вся работа возлагалась на рыжего и белого, желая непременно покинуть кирпичные казематы. Но получил молчаливый отказ усатого, а далее, вместе с коробками и прочим инструментом был допущен к кабинетам, которые вовсе не походила на полицейский участок. Хотя в этом таинственном месте работали обычные люди. Ну как обычные…
Полвзвода офицеров в форме охраняли двери конторы, другие товарищи – носили гражданскую одежду. От всех них вовсе не разило серой, не пахло чернилами, порохом или кровью. Женщины работали в бухгалтерии и в отделе кадров. Мужчины в классических костюмах сидели за компьютерами и возились с кипами бумаг. И у всех кто там работал, были свои кабинеты, в которых была мебель и узенькие окна, с деревянными небрежно окрашенными рамами, похожими на бойницы – наверное, построенными сразу после пожара 1812 года.
Оказалось, что в коробках, которые в начале пути помогали тащить белый и рыжий, находились пронумерованные и скрученные ламели, соответствующие определённым комнатам и размерам окон. Также в специальной кладовке сложены профиля, поворотные стержни, крепежи и другие механизмы – тоже пронумерованные и тоже соответствующие каждой комнате.
Как в кладовку попала фурнитура для жалюзи, Игорю было неведомо, но чтобы парень не пребывал в облачной прострации, злой усатый мужик заверил, что время его работы не ограничено. Так он сказал: «Пока не сделаешь эту поебень, хуй отсюда выйдешь! Усёк, криворукий?!»
Контора оказалась явно не ментовской. Игорь сопоставил очевидные факты и понял, что здесь служат сотрудники ФСБ – скорее всего, ищущие следы инопланетной жизни.
Игорь всегда был парнем сообразительным. Потому, сделав кислую физиономию, отпросился в туалет и задержался там на пятнадцать минут, чтобы в интернете ускоренно изучить методы крепления тканевых жалюзи к потолку и стенам.
Работа оказалась не хитрой, к тому же очень прибыльной. Вследствие отсутствия белого из Молдавии и рыжего из Казахстана, весь гонорар доставался одному человеку, а бригадир никогда не кидал на деньги – и сей факт вдохновлял стать ответственным и трудолюбивым.
Игорь провозился до позднего вечера, но задание выполнил полностью и качественно. Перед тем как уйти был сложный разговор с усатым, который уверял, что они ещё обязательно встретятся, что никогда нельзя говорить никогда и что белое не всегда оказывается белым, а рыжие, так те через одного пидарасы. Откуда усатый знал столько о рыжих, Игорёк не имел ни малейшего понятия. Ему просто хотелось свалить – пройти через все решётки, вынести собственный перфоратор и скорее нажраться, сидя у телевизора, сняв трусы и носки.
После монтажных работ в странной конторе Игорь пил неделю. Зато бригадир Разин с тех пор стал ценить своего электрика, как никого в команде ахуевших распиздяев. Бригадир понял, что Игорь Праскурин – парень смекалистый, что умеет он вешать жалюзи, собирать на коленках шкафы-купе и шведские кухни, а также может завести с толкача микроавтобус, поскольку силы в этом парне неизмеримо много. Ко всем плюсам Игорь был коренным москвичом, с необходимой в специфических ситуациях пропиской, акающим говором и весьма скромными амбициями.
Бригадир был несговорчивым, но весьма толковым работодателем. Потому многое прощал электрику Праскурину, хотя при первом же косяке поливал Игоря отборным матом, угрожая то лютой казнью, то увольнением.
После телефонного разговора с бригадиром Игорю стало заметно легче. Послать козе в трещину господина Разина – это большое дело! Но отпустило душеньку ненадолго.
Ему почему-то всё время казалось, что в его однокомнатной квартире – хлопает крыльями большая птица. Этот звук сводил его с ума. А ещё грезилась невероятной красоты девушка, с большими, чёрными глазами и с такой смачной задницей. Девушка представлялась ему волшебной жрицей. Игорь засыпал с мыслью о ней и просыпался, вспоминая именно её.