Чтение онлайн

Шилов тяжело выдохнул, сжал кулаки, почувствовал, как греет кожу браслет, и заулыбался. Даже если это магия — она слишком приятная, чтобы не позволять ей пускать корни в сердце.

Взглянул на переодетого Ваню: весь с иголочки в кремовом костюме и черной шелковой рубашке, лакированные туфли смотрели вперед на измятого и растрепанного Антона.

— Как? — он лишь удивленно развел руками.

— Ма-а-агия, — выдохнул загадочно Веня и, тряхнув густой уложенной шевелюрой, двинулся ко входу в клуб. — Идешь?

Антон стоял, как вкопанный. To ли от удивления, то ли от нежелания позориться. Его вид желал лучшего.

— Ла-а-адно, — протянул Веня и, щелкнув пальцами, послал в Антона слабый поток теплого воздуха.

На черном костюме расправились заломы, рубашка засияла снежной белизной, а вместо устаревшей и древней обуви кирпичного цвета на ногах Шилова оказались модные черные туфли. Начищенные до блеска.

— Что не сделаешь ради Камилы, — маг подмигнул и пошел к дверям. Настойчиво постучал и, когда вход раскрыл зев и выпустил подтянутого невысокого мужичка, снова щелкнул пальцами.

Камила дрожала. Всю ночь, а потом утро и день. Боялась, что сделала что-то не так, боялась затягивать болезненный узел все туже и туже. Нужно просто разорвать его. Или клин клином…

Запомнила адрес, что прилетел в ответном сообщении Давида, и поплелась к выходу. Она видела, как Антон пытался выбраться из поместья. Смотрела на его попытки пробить барьер и плакала у окна. Пряталась за шторой, когда он поднимал кудрявую светлую голову, и сжимала кулаки, когда мужчина снова бился бесполезно в магическую стену. Не удержать его волшебством, не хочет он с ней быть. Все правильно. Все. Правильно… И теперь ни мама, ни тети не вмешаются. Она сама сделала выбор и решила его отпустить.

Заказала такси и всю дорогу прижималась к окну машины и прятала лицо. Маска едва скрывала разросшийся венозный рисунок проклятия, кружевной шалью спрятала завитки на шее.

Водитель лишь раз посмотрел и приподнял с интересом бровь, остальное время следил за дорогой. Хорошо, что есть люди способные не лезть не в свое дело.

Магические силы не вернулись: только слабость в мышцах прошла, а рана на стопе до сих пор чесалась и стягивала кожу: края срослись, но воспаление осталось. Пришлось светлой тканью перемотать и залить коньяком. Теперь от Камилы несло, как от пьянчуги.

К вечеру она добралась до места и, опустив голову, сказала на входе приземистого здания, кто ее ждет. Мужчина-охранник, едва выше ее на один-два сантиметра, учтиво поклонился и отошел в сторону.

— Господин Брюсов ждет вас в малом зале.

— Спасибо, — тихо ответила Камила и прижала к груди небольшой вышитый бисером клатч. Платье путало ноги, или ноги не хотели идти, но в коридоре она два раза чуть не упала, а слабая боль в ступнях переросла в жгучую резь.

Высокий черноволосый мужчина в узенькой серебристой маске вышел навстречу и протянул руку. Отличный клуб, куда все приходят анонимно и открывать свою личность не по правилам — выгонят. Брюсов сам предложил это место, услужливо и так своевременно. Будто понимал, что Дэй не хочет показывать лицо.

— Привет, незнакомка, — наклонился галантно, стиснул пальцы на ее кисти и еле-еле коснулся шероховатыми губами кожи.

— Привет, — Камила сжалась и попыталась отнять руку, но Давид вцепился крепче, выровнялся и потянул ее в затемненный зал.

Цветной шар под потолком медленно вращался и отбрасывал на стены веера красок. Музыка неприятно пронзала виски и непривычно отдавалась басами в груди.

— Голодна? — спросил мужчина, пододвигая стул и будто случайно касаясь ее шеи и волос.

— Немного, — ответила Ками и опустила кончики пальцев в прорезь сумочки. Нужно просто поймать момент.

Как удачно она спрятала еще один артефакт там, где мама бы не добралась. Непристойно ведь взрослой женщине по деревьям лазить, потому дуб оказался лучшим сторожем.

И, когда Давид повернулся и подозвал официанта, Дэй быстро вытащила руку и сдавила в ладони красный шарик. Алая пыльца выплеснулась в воздух, метнулась сначала к Камиле и, словно птица, зацепившись хвостом за ее волосы, юрко полетела к сидящему напротив мужчине.

Давид повернулся и глубоко вдохнул. Красная пыльца исчезла, зрачки расширились, закрыв собой и так темные радужки, а ноздри затрепетали. Жертва готова. Оставалось только себя заставить.

Официант долго дозывался до мужчины, а Давид не сводил с Камилы голодных глаз. Зов хорошо работал, особенно если симпатия и желание к противоположному полу и так есть. Просто усиливался эффект. Маги «Анома» часто использовали его, чтобы зачать ребенка от простого человека, но не всегда это приносило результаты. Мама рассказывала, что в тайном и враждебном содружестве были только маги, они следили за чистотой своих рядов и всех, даже родных детей, удаляли и вычищали.

Одно было странно: почему все так просто получилось? Ведь Давид видел ее всего несколько минут. Не могла же Камила ему понравится через сеть, да и лица он не видел, а общались они слишком мало. Разве это возможно? И как могло так случиться, что близкий друг Антона оказался здесь и сейчас перед ней?

Камила отогнала дурные мысли и вцепилась в спасительную вилку. Скрипнула пару раз по тарелке. Еда не лезла. Пить тоже не хотелось. Мутило и корежило. Чтобы освободить Антона, ей придется переступить через себя. Пусть лучше так, чем всю жизнь мучиться угрызениями совести. Она привязала его — ей и разрывать путы.

— Идем, — Давид подал руку и, не дожидаясь ответа, потянул Камилу к себе. Терпкий мускусный запах влетел в ноздри и вскружил голову до темных пятен перед глазами. Стараясь не хромать, Дэй подняла высоко подбородок и плавно пошла следом. Она выдержит. Ей все равно терять нечего.

В зале кроме них танцевали еще двое. Худая девушка и невысокий парень, что были заняты друг другом настолько, что даже когда Камила случайно задела девушку локтем, та даже не обернулась. Еще несколько пар глаз следили за танцами с боковых столиков. Стало неуютно, как тогда на вечеринке, когда Ками впервые вышла в зал, наполненный людьми. Когда столкнулась с Антоном взглядом, и ее чуть не снесло холодным цветом его глаз. Сбежала тогда, потому что не верила, что именно он потянется на зов. Но он, вопреки всему, потянулся. Пришел, обнял, поцеловал… Все это бессовестная магия! Нужно избавиться от нее.

Браслет жег кожу. Невыносимо оттягивал руку, будто требуя ее опомниться, но Камила твердо решила пойти до конца.

Когда Давид вел ее, она не чувствовала своего тела. Все мышцы превратились в обожженный фарфор. Шарниры испортились, резинки растянулись, а гладкая кукольная кожа покрылась трещинами.

— Ты отлично танцуешь и прекрасно выглядишь, — сказал Давид, зацепив губами мочку уха.

Камила молчала и мелко дрожала. В какой-то миг прилив магических сил заставил ее навалиться на мужчину. Давид потянул ее в затемненный угол и прижал к стене.