Я – не он
Шрифт:
– Джанин? Поэтому она уехала?
– Да, но она совсем недалеко от столицы, в укромном месте, но пока мы не можем так рисковать и отправиться к ней, ЦИЛ знает о ней, а значит рано или поздно ОНИ, – она интонационно выделила это местоимение, – Выйдут на нее.
– Кто ОНИ? – я постарался повторить ее интонацию.
– Некоторые представители… эм… – она подбирала слова, чтобы более точно охарактеризовать их.
– Сектанты?
– Хахахах, – опять этот звонкий смех, как-будто мы не мою судьбу обсуждали, а какую-то смешную ситуацию. – Не совсем, хотя можно и так сказать, в некотором роде. Это радикалы, фанатики, следующие своей цели, их много и они будут идти до конца.
– И что же является их целю?
– Локально – ты, глобально – власть.
– Я?
– Давид, потерпи, мы доберемся до укрытия, и ты узнаешь то, что должен.
– То есть не все?
– Как я уже сказала, не уверена, что могу рассказать тебе все, для твоего же блага.
Остаток дороги мы провели в гнетущем молчании, в голове крутились вопросы и догадки, одна страшнее другой, через пару часов мы остановились на заправке.
– Воспользуйся местным телефоном, звонок к тебе домой все равно отследят, но пока они сюда доберутся, нас уже тут не будет, а родителей твоих предупредить надо.
– И что я им скажу?
– Что угодно, главное, чтобы они уехали на время.
– Я понял. – сказал я на выдохе и направился к таксофону.
Трубку подняла мама, ее голос был встревожен.
– Давид, это ты? Включи видеосвязь, хочу быть уверенной, что ты в порядке!
– Мам, я не могу, я звоню с таксофона… – я хотел продолжить, но мама перебила меня.
– Давид, приходили какие-то люди, искали тебя, говорили, что ты нарушил закон и скрываешься! Милый, скажи, что это не так?
– Мам, я пока сам мало что понимаю, главное, верь, что твой сын не преступник, пожалуйста, отправляйтесь с папой в отпуск на пару месяцев, я обещаю, что за это время разберусь со всем.
– Милый, пожалуйста, скажи мне, где ты, мы приедем с папой и заберем тебя. – я услышал, как мама заплакала, но не мог впутать в это родителей, потому что сам не до конца понимал, какой риск ждет меня.
– Мама! Пожалуйста, успокойся и поверь мне! Так будет лучше и безопаснее для нас всех. Я вернусь. – я помолчал немного, но слыша мамины всхлипы, понимал, что она не в состоянии ответить и решил, что надо прощаться. – Мам, мне надо идти, передай все отцу и уезжайте! Я сам найду вас. – я знал, что мама не захочет прекращать разговор и потому, не дождавшись ее ответа, положил трубку.
Еще через пару часов мы были на месте, Эмили съехала с трассы на проселочную дорогу.
– Почти приехали, автомобиль оставим здесь, остаток пути пешком. Возьми сумки с багажника и иди за мной.
– Укрытие – избушка в лесу?
– А я смотрю, к кому-то вернулось чувство юмора? – Эмили удовлетворенно улыбнулась, она была рада, что мой шок начал сменяться принятием ситуации. – Но вообще, ты почти прав, дом действительно в чаще леса, он спрятан от лишних глаз, и в нем почти нет электроники, а значит его будет трудно отследить.
Через 15 минут пешей прогулки, мы были на месте. Дом, хоть и был небольшим, но выглядел вполне прилично, не смотря на общий ретро антураж, было видно, что дом построен относительно недавно. Эмили подошла к входной двери и посмотрела в глазок, который отсканировал ее глаз и одним автоматическим щелчком замка дверь отварилась. Внутри было вполне уютно, старый, но надежный камин, большой мягкий диван, и сотни книг на полке, которые, по всей видимости, давно здесь пылятся.
– Это дом моего дедушки, но он давно здесь не был.
– Это видно по пыльным книгам. – я сказал это с улыбкой, и Эмили ответила мне тем же.
– Ты голоден? На заправке выбор невелик, но кое-что достать удалось, – она принялась раскладывать покупки, – Знаешь, я думала ты другой.
– Другой? Стоп, а почему, ты вообще думала обо мне?
– Ну, да, я думала встречу меланхоличного художника, а передо мной атлет, – она показала на мои накаченные руки.
– Да, отец всегда говорил мне, что спорт укрепляет дух и с детства приучал меня к физическим нагрузкам.
– Твой отец мудрый человек, – заметя мою грусть на лице, она продолжила, – С ними все будет хорошо, Давид. Люди, которые тебя ищут, хоть и фанатики, но не идиоты, они не будут так рисковать, им нужен ты, причем целый и невредимый.
– Надеюсь. И все же, может, поделишься, в чем моя ценность?
– Да, думаю кое-что тебе пора узнать. – она вздохнула, будто подбирала слова, чтобы не напугать меня, – Инициализация работает не так, как думает большинство. Лефарт когда-то изобрел не машину, исчисляющую природные способности человека, а… – она сделала паузу и продолжила, – А аппарат, который показывает предыдущее воплощение души.
Мне потребовалась минута, чтобы осознать услышанное.
– Души? Ты сейчас про реинкарнацию? Это шутка такая? – я ждал, что сейчас вот-вот Эмили опять разразится своим заразительным смехом и переведет все в шутку, но этого не случилось.
– Да. Сначала они не знали, как применить это открытие, ведь сообщив людям о том, что реинкарнация не миф, началась бы паника среди верующих, ученых, фанатиков, и просто среди людей, которые потеряли своих близких, и жаждут, во что бы то ни стало найти их в новом воплощении. Лефарт настаивал на том, чтобы оставить это открытие без открытия, прости за тавтологию, но в итоге…
– …в итоге его просто сместили и продолжили работу без него. – я закончил фразу за Эмили, хоть и не до конца понимал свою роль в этой истории, но она как-будто прочитала это на моем лице.
– Задаешься вопросом, при чем тут ты? Люди, которые ищут тебя: Питер, Роджер и еще 10 000 человек по всему миру с тем же мировоззрением – неонацисты.
– Что???
– А ты думал, они все лысые и на байках? Большинство из них умные и образованные люди, хоть и «слегка» помешанные на идее чистой крови.
– Они ищут последователей своей дикой идеологии?
– Быстро схватываешь.
– То есть в прошлой жизни я был… нацистом?
– Давид, ты должен понять одну очень важную вещь про реинкарнацию! Душа – чистая субстанция, энергия, в которой нет морали, нет зла и добра! Эти представления человек приобретает в течение жизни. Душа – лишь основа для наших талантов и способностей, плацдарм, фундамент, а свой «дом» мы выстраиваем сами. И если в прошлый раз душа воплотилась таким образом, не факт, что в следующий раз все повторится.