Чтение онлайн

Плевать. Не хочу о нем думать, хочу на концерт.

— А-а-а-а, как так, а-а-а-а?

Бум! И следом тук-тук-тук.

— Жень, можно к тебе?

Мама пришла, молочка принесла. Да, она в курсе моего состояния и в этом есть часть ее вины. Но она старается поднять мне настроение с помощью теплого молока и печенек. Не хочу молоко, хочу на концерт.

— Нельзя ко мне, меня больше нет, я умерла.

Видимо мама не поверила и вошла.

— Если тебя нет, то у кого я буду спрашивать, можно ли впустить к нам молодого и очень симпатичного человека?

Зачем маме молодой и симпатичный, когда у нее есть любящий папа. Ай! В голове и без того полное разложение от утраты моей мечты, а тут еще мама со своими ребусами.

— Какой человек?

Скривившись от абсурдного описания и немыслемых выдумок родительницы, отрываю битую об стол головушку и взираю злым вампирским взглядом на маму.

— Женьк, ты чего?

Того, я реву третий час, разочаровавшись в жизни. Развожу руками типо «а сама не понимаешь?»

— Дочь, я думала ты у меня уже взрослая, а ты совсем ребенок.

И тянет руку к голове, чтобы погладить.

— Ай-щь! Не надо меня жалеть, лучше на концерт отпусти.

Насупившись и еле сдерживая слезы, кошусь на нее, скрестив руки на груди.

— Но твоя нога, она же…так, совсем меня заговорила. К тебе пришли, выйдешь?

— Нет, скажи, что я не в настроении принимать визитеров. У меня траур.

— Не груби. Там парень пришел и топчется под дверью, между прочим, он очень симпатичный, ты мне ничего о нем не рассказывала. Кто такой?

Она серьезно? Это не я открывала дверь и я понятия не имею, кто там такой. А мама хитро подмигивает мне и пританцовывает. Ох, тыж, эк ее поразил красавчик на лестничной площадке. Красав…стопэ, а кто ко мне мог придти, если все мои друзья на концерт отправились? Прислали сообщения с обещаниями все заснять и рассказать подробности, после, а кроме них нет ник…

— А он не сказал, как его зовут?

— Михаил и он такой…

Махнув рукой на маму, отворачиваюсь и падаю на стол, мыча от досады.

— Не надо о нем. Скажи, что у меня нога болит и мне нельзя ходить, поэтому я не могу выйти и поговорить с ним.

— Жень, что за глупости? Ты в школу же ходишь.

— В школу хожу, а на концерт ты меня не отпускаешь.

Всхлипнув, кулаком стираю с глаз злые слезы и хлюпаю носом.

— Не сравнивай школу и толпу фанатов. Что будет, если тебя толкнут?

Серьезно? А в школе нет толпы и меня там ни разу не толкнули. Издевается? Да в нашей школе….а, бесполезно ей объяснять, она меня не услышит.

— Мам, уйди, прошу.

Мое «Бум!» продолжило мамино «Ой!». Дверь закрылась и я осталась одна. Стрелки отсчитали еще пятнадцать минут моей убитой горем жизни.

Тук-тук-тук!

— Ты человек-паук?

Мама с неестественно-приторной улыбкой заглядывает ко мне и говорит.

— Нет, но у меня есть к тебе разговор. Думаю, он тебе понравится.

Кто? Скептически смотрю на нее, ожидая продолжения. Что это с ней, то строгая, то уговаривает, а то выступает с интересными предложениями.

— У нас был один разговор и у меня после него голова разболелась. Может не надо?

Голова, скорее всего, от крышки стола болит, но не только опилки прессованные тому виной и мама в курсе дела.

— Этот тебе понравится.

— Откуда такая уверенность?

Подозрения поползли, цепляясь за остатки разума.

— Понимаешь, тот симпатичный мальчик, что к тебе пришел, он сидит у нас в гостиной и…

— Че?! Мам, я же сказала, что…

— Чш-ш! Не кричи так громко! Они там с папой разговаривают. Так вот, вы же вместе хотели идти на концерт, но ты постеснялась признаться мне. Сказала бы сразу, что у тебя появился парень, что вы хотите погулять, сходить послушать музыку, я бы сразу тебя отпустила. Милая, не надо стесняться и рассказывать о своих чувствах мне. Я всегда тебя выслушаю и пойму.

Не помню, в каком фильме видела похожую сцену, только там оба родителя стояли и смотрели на дочь и лица у них были, как при разговоре с душевнобольным человеком. Еще фразочка эта «мы тебя слышим и мы тебя понимаем». Хм, самое главное, что мама все так представила в виде логической цепочки, и так у нее это гладко вышло, что нельзя не поверить. Поверила бы, не знай я всей правды. И с чего она взяла, что мы с ним куда-то собирались идти вместе? И еще, значит, с друзьями нельзя, а с симпатичным и не знакомым можно?

— В гостиной говоришь, сидит, с папой? Ага, счаз я выйду.

— Хорошо, пойду, предупрежу его.

Иди, предупреди, ему это понадобится.

— Ай!

Как только дверь за мамой закрылась, встала из-за стола и тут же плюхнулась назад. Забыла о больной ноге на секунду, вот и поплатилась. Отдышалась и зашагала в зал. В прихожей у нас зеркало большое висит, так вот, я в него специально не посмотрелась, знаю, что выгляжу ужасно, так пусть и Мишка меня такой увидит, это из-за него я так плохо выгляжу.

Ага, сидят и болтают с папочкой, а мамочка чаек с плюшками предлагает. Эх, мама, мама. Купилась на улыбку и глаза.

— Че пришел?

— Женя!

— Евгения!

Строгие замечания родителей пропускаю и не спускаю глаз с Куприянова. Я то, вон, вся горем подавленная и не причесанная, а он весь такой красивый, как на свидание собрался. И рубашка не рубашка, и джинсы модные и прическа, как с обложки.

— Привет, Жень.

— Угу.

Нервничая, сцепила пальцы за спиной, но выражения лица не меняю. Да, я не довольна и че?

— Мы можем с тобой поговорить?

— Угу.

Кивнув головой, показываю на выход из квартиры.

— Женечка, дочь, зачем выходить? Мы с папой на кухню пойдем, чай поставим, а вы говорите. Окей?

Окей? С каких пор моя мама так говорить стала? Ладно, мама с папой сбежали, а мы с Мишкой стоим в большой комнате и буравим друг друга пристальными взглядами.

— Че те надо?

— Не чекай, сколько раз повторять?

— Ни сколько, не утруждай себя. Говори, че приперся и иди куда шел.