Я не твоя!
Шрифт:
— Не дрефь! Я докажу, что ты красивая.
— Что у вас тут случилось?
— Костя, нужно твоё мнение как мужчины.
— Интересно, и что конкретно.
— Посмотри на Дарину, что ты видишь?
— Дарину.
— Блин, Коробкин, ты внимательнее можешь посмотреть. Обрати внимание на детали. — Он очень внимательно рассматривал меня, пытаясь понять, о чём говорит Олеся.
— У тебя тушь немного размазалась.
— Коробкин, вот ты блин, индюк!
— Сама позвала ещё и обзываешься, ты просила, я ответил.
— Слепошара ты!
— Так, ладно, спасибо Костя, иди.
— Дарин, я не этого хотела.
— Проехали, вон Юрий Олегович пришёл. — М-да ситуация лучше не придумаешь. И ведь обидно, безумно обидно.
— Так, давайте бег десять минут, вокруг зала.
— А обгонять можно?
— Можно, если осторожно. — Я решила проветрить мозги с помощью бега, но как говорится, если не везёт, так не везёт во всём. Не знаю, какой круг бежала по счёту, со мной поравнялась Немова, и последнее что я почувствовала, это встречу с полом. Я содрала руку, было так больно и обидно, хотелось плакать, но уж явно не тут это делать. Ко мне кто-то подбежал.
— Ты как? — Голос Кости, я не стала поднимать голову, потому что на глаза и так наворачивались слёзы.
— Мень, ты как?
— Нормально.
— Так, Капица, отведи её к медицинскому работнику, понял?
— Да. — Он хотел взять меня на руки, но я от пихнула его, мы встретились глазами, они у него были карими, не золотистыми, не чёрными, а просто карими.
— Сама дойду. — Я встала и пошла в сторону выхода.
4
— Дарина? Дарина, подожди, это я. — Олеся догнала меня и обняла, а мне было так больно, меня раздавали морально. Мы дошли до кабинета, мне осмотрели руку, сказали, что у меня ушиб и отпустили обратно.
— Не хочу туда идти.
— Давай, здесь посидим. — Мы сели на подоконник.
— Олесь, я домой пойду.
— Хорошо, давай я тогда пойду с тобой, сейчас зайду к Юрию Олеговичу и пойдём.
— Я пока к раздевалке пойду, а ты ключи возьми.
— Давай.
Мы с Олесей пошли ко мне. Папа был на работе, а мама собиралась в гости к какой-то своей подруге. Так что к тому времени, когда мы пришли дома уже, никого не было. Мы поели всяких вкусностей и отправились ко мне в комнату, захватив с собой Мандаринку.
— Как ты себя чувствуешь?
— Рука болит не много, а так нормально.
— Знаешь, я думаю, что Немова и Капица идеально подходят друг другу, оба такие мерзкие.
— Помнится мне, ты совсем другое говорила. — Я удивлённо посмотрела на подругу.
— Каюсь, была не права. — Я ничего не ответила. — Скоро, 14 февраля, кому будем валентинки дарить?
— Мне не кому дарить, а вот ты, я так понимаю, кем-то заинтересовалась.
— Ну, можно и так сказать.
— И кто он?
— Мы его уже обсуждали.
— Когда?
— Давно.
— Блин, Олеся, ты можешь не говорить загадками?
— Саша.
— Соловьёв?
— Да.
— Кто бы мог подумать.
— Что тебя удивляет?
— Ну, как что, после того как вы ругались на крыльце школы, я бы подумала на кого угодно, а на него нет.
— Ну, знаешь, я, наверное, тоже удивлюсь, если мы встретимся лет через десять, а ты замужем за Капицей.
— Чего? Такого никогда не будет!
— Да, я просто так сказала. А вообще, знаешь, что я заметила?
— Ну, и что же?
— Что он цепляется только к тебе!
— Кто?
— Ну как кто? Капица, конечно!
— Олесь, ты опять за свое? Он по привычке, он же привык, что мы как кошка с собакой. Энергию этому придурку деть не куда, вот и все.
— Зря ты мне не веришь. Ладно, пойду я, ой, кстати мы за валентинками пойдём? — Спросила она, когда мы были уже в прихожей.
— Когда?
— Может в воскресенье?
— Хорошо, пока.
— Пока. — Вечером очень долго пришлось объяснять маме, что я всего лишь упала на физкультуре, и что чувствую я себя нормально. Вечер пятницы и суббота за книгами пролетели быстро.
— Я, конечно, понимаю, что подготовка к экзаменам это важно, но если ты не выйдешь на улицу, я выгоню тебя пинками.
— А если это не поможет? — С улыбкой спрашиваю я.
— Тогда пойду за помощью к Егору.
— Мы сегодня с Олесей договорились пойти за валентинками.
— Вот и отлично.
— М-да, умеешь, ты мама настроение испортить. — Сказала я, когда она ушла. Быстро собираюсь и еду в центр. Мы потратили на всё часа 2, пока выбирали валентинки, а потом гуляли по городу.
— Ты решила совсем не покупать валентинки?
— Ну почему же совсем, одну я всё-таки купила.
— И кому ты будешь её дарить?
— Человеку. А ты анонимно Соловьёву отправишь?
— Ну, не подписывать же её.
— А почему бы и нет? А то, как он догадается, что это ты?
— Захочет найти, найдёт по почерку.
— А что если не захочет?
— Блин, Дарина, вот если бы тебе анонимную валентинку прислали, ты бы хотела узнать от кого она?
— Хотела бы.
— Ну, вот и всё.
В школе поставили ящик за ранее, как раз у всех желающих было четыре дня что бы найти кому подписать валентинку и кинуть в ящик, что бы ждать её отправки. В этом году девочки из нашего класса, открывали коробку и разносили валентинки. Меня это особо не заботило. Свою единственную валентинку я вручила Олесе. Девчонки сортировали валентинки по классам.
— Ой, Дарин, тут тебе послание, так мило. — Я посмотрела на Олесю, а она на меня, беру валентинку и читаю "Ты прекрасна! А кто с этим не согласен дебил!". — Опять смотрю на Олесю.
— Я этого не писала. Вот, моя! — Достаёт из кучи валентинку, подписанную.
— Жаль, и по почерку не узнаешь. — Сказала Лера.
— Да, видимо кто-то не хотел, чтобы его нашли, поэтому и валентинка, и надпись эксклюзивные.
— Спасибо Наташ, за очевидность. Лучше скажи, как мы его вычислять будем?
— Не надо ни кого вычислять.
— Дарин, что значит не надо тебе, что не интересно кто это?
— Если бы этот кто-то хотел что бы его нашли, он бы писал от руки. — Девочки пошли разность валентинки по классам, а мы с Олесей сидели на подоконнике.