Чтение онлайн

— С чего ты взяла, Эрлин? — удивленно спрашиваю я.

— С того, что Вы будто нарочито не захотели в кровать со мной ложиться. Выдумали какой-то отчёт! И всё утро ходили, как в воду опущенный!

А вот и первый урок семейной жизни. Никогда не слушайте чужих советов. Даже от тех, кто желает Вам добра. Лучше бы лёг сразу с ней, а там уже, как пошло бы.

Анна Аврора:

— С того, что Вы будто нарочито не хотите в кровать со мной ложиться. Выдумали какой-то отчёт! — голос сорвался, получилось громче, чем следовало.

Меня душили обида и разочарование. Я сама себя была противна. Как же… Как ему могла понравиться вчерашняя ночь, если я только и делала, что мешала ему? Даже раздеть его не смогла, как он просил. Не справилась с обычными завязочками на рубашке. И противилась, когда он своими губами начал… О, Создатель, даже вспоминая об этом, готова провалиться под землю от стыда. А как я отталкивала Витторио, стоило ему навалиться на меня. Да, в начале казалось, что меня просто разорвет на части. В мое тело будто вонзалось раскаленное железо. Но после болезненные ощущения стали терпимее. К удивлению, я даже сумела испытать будоражащие приятные чувства, смешанные с острой болью, приносимые мне с каждым рывком.

К тому же я была уверенна, что Витторио был в восторге. Не то, чтобы я знала, как выглядит мужчина, удовлетворённый от соития с женщиной. Но мне казалось, что это так. Похоже, меня обмануло чутье. Он весь день ходил расстроенный. А сейчас выдумал себе занятие лишь бы отсрочить сон со мной.

— Эрлин… — сказал он не своим голосом.

Святые Эльрата! Что я наделала?! Мне говорили, что жена Верховного Эрла не смеет устраивать истерики. И уж тем более выставлять претензии. А я уже второй раз за день раскисла, растекаясь слезами по подушкам.

— Простите! — подрываюсь с места, не давая договорить ему.

Час от часу не легче. Мало того, что претензию ему выставила, ещё и перебить осмелилась. Сколько правил я успела нарушить за эту минуту? Давно следовало понять, что Витторио не благовоспитанный аристократ, а воин, прошедший войну. Беседы по душам — не его стихия. Я уже не раз видела, как лопается его терпение.

Однако далеко убежать не получается. Муж одним движением возвращает меня в исходное положение.

— Как ты могла подумать такое? — убирает мою непослушную прядь за ухо, он совсем не кажется раздраженным. — Это была лучшая ночь в моей жизни. Ты даже не представляешь, как осчастливила меня.

Он по-свойски притягивает меня за талию к себе на колени. А я теряюсь. Мне кажется, я сейчас растаю от его рук. Внутри всё трепещет от приятного волнения. Если он продолжит меня так держать, то я того гляди прощу ему всё.

— Тогда почему Вы утром были расстроены?

— «Ты». Называй меня в спальне на «ты». — он аж брови насупил.

— Простите… — по привычке ответила ему, обращаясь на «Вы», но увидев его реакцию исправилась. — Ой, то есть прости.

— Молодец, — похвалил меня Витторио, поцеловав в лоб, — я был расстроен, потому что обидел тебя ночью. Прости меня, я не обещаю, что у меня получится, но впредь я постараюсь быть сдержаннее.

— Всё в порядке, Витторио. Ты же мой муж и вправе делать со мной в спальне всё, что пожелаешь.

— Да, — согласился он, — и я желаю, чтобы ты разделяла со мной наслаждение, а не мучилась от боли.

— Мне было бы больно вчера в любом случае. — выдохнула я, опустив глаза.

— Но я мог бы облегчить эту боль. — с сожалением произнес он. — А вместо этого сосредоточился лишь на собственном удовольствии.

— Не злись на себя. Ведь я сама раздразнила тебя раньше, перед боем на арене. Я не должна была…

— Это не важно. Главное, что я должен был. — перебил он меня, приложив указательный палец к моим губам. — Я обещал, что защищу тебя, но не смог уберечь от самого себя. Не сдержал слово.

— Ты поэтому сейчас занялся делами вместо того, чтобы лечь рядом? — спросила я. — Ты наказываешь себя за вчера?

— Нет, я лишь не хотел искушать себя. — признался он, нервно сглотнув. Он перестал смотреть мне в глаза, его взгляд опустился ниже. — Тебе следует отдохнуть после вчерашнего.

Проследив за его взглядом, поняла, что он смотрит на мою грудь. Полупрозрачная ткань выдавала не только её очертания, но и явно демонстрировала, какие чувства вызывают во мне руки Витторио. Мне вдруг стало неудобно сидеть на нём, я почувствовала некоторое давление. Витторио напрягся, его жилистые руки стали плавно опускаться по спине, вызывая табун мурашек. Мне стало так неловко. Я пока не могла свыкнуться с мыслью, что он мой муж. Это ведь нормально, что он делает что-то подобное со мной? Нормально, что я пылаю такой порочной страстью к нему?

— Так давай ляжем вместе отдыхать. — отвечаю я, обхватывая ладонями его мужественное лицо.

— Хочешь вместе отдохнуть? — шумно выдыхает он, сминая мои бедра.

Он определенно вкладывает в «отдохнуть» совсем другой смысл. Серьезный разговор у нас больше не получится. Впредь стоит надевать что-то поскромнее, чтобы поговорить по душам. Воин так сильно прижимает меня к себе, что, кажется, ткань между нами не выдержит и мы сольемся воедино прямо сейчас.

— Хочу. — так же сбивчиво отвечаю я. Мне катастрофически не хватает воздуха.

— Ты понимаешь, на что соглашаешься? — урчит он, стягивая зубами рукав ночной сорочки с моего плеча.

Его борода начинает нещадно колоть меня. Стоит влажному поцелую коснуться плеч, и я вздрагиваю, настолько остро в моем теле отдаются его прикосновения. Витторио лишь победно усмехается, довольный моей реакцией.

— Да. — с придыханием отвечаю я, когда он целует меня в шею.

Мои руки невольно сжимаются в кулаки, комкая ткань на его необъятных плечах.

— И ты позволишь мне? — прикусывает мочку уха.

— Позволю. — севшим голосом отвечаю я.

— Понимаешь, что я снова буду в тебе? — самодовольно заявляет он, стягивая рукав со второго плеча.

— Да.

— И тебе может быть больно. — говорит он, одновременно сжимая мою грудь. Будто в подтверждение своих слов.

— Может.

— Если я начну, то уже не смогу остановиться. — предупреждает он. Право слово, кто из нас кого ещё уговаривает. — Поэтому, если ты боишься, то ещё не поздно отказаться. Мы можем подождать, пока твое тело восстановится.

Действия Витторио идут в рознь со словами. Он говорит, что готов прерваться, но сам только продолжает. Верх моей ночной сорочки уже давно стянут до талии, а руки воина проникли под подол, хозяйничая там во всю. Он ведет себя, словно одержимый. Хоть минуту назад был в здравом рассудке. Да и сама я мыслю ничуть не лучше, когда он так порочно прикасается ко мне.

— Я не хочу ждать. — говорю я, срывая зверя с цепи.