Чтение онлайн

Был еще один вход в этот коридор, по которому мы собственно сюда и зашли. Он именовался хозяйственным. Через этот проход сюда попадали горничные и прислуга, которая занималась уборкой, ремонтами и другими обслуживающими мероприятиями. Но я абсолютно уверенна, что ни один воин не ступал прежде этим коридором в женском крыле!

И вот же ирония. Именно в сопровождении мужчин я сейчас плелась по нему к своим покоям. Я ни капли не была удивлена, когда выйдя из купальни увидела в коридоре ждущий меня конвой воинов во главе с Витторио. И тем не менее это было мало приятно. А учитывая, что произошло каких-то двадцать минут назад и вовсе стыдно. Мне хотелось провалиться сквозь землю, когда я снова увидела его, но пол, к моему сожалению, все еще твердо ощущался под ногами. Более того, эти варвара даже поклонились мне не считая Витторио. Он, в свою очередь не спешил мне кланяться. Видимо все потому, что я была ниже его по статусу и именовалось всего лишь «Ваша Светлость», в то время как остальные, говоря о нем со мной упоминали его не иначе как «Ваше Высочество». Это что же это такое получается? Я ему кланяться должна, после всего, что он…? Нет, нет и нет. Хватит с меня раскланиваний перед Джорджем. Не сильно то хочется кланяться человеку, которому я противна. А исходя из сурового выражения лица Витторио и его насупленных бровей, сомневаться в обратном не стоит.

Важно заметить, что кроме него на меня никто не смотрел, по крайней мере я этого не заметила. Все кротко почему-то глазели в пол, пока он варварски окинул меня своим леденящим взглядом от пят и до самой макушки. Мало ему что ли? Не насмотрелся еще?

В кромешной тишине мы дошли до моих покоев и я наконец-то избавилась от его общества. Служанки еще больше растопили камин и усадили меня на пуфик возле него. Затем они сняли тюрбан на моей голове и равномерно разложили волосы по спине, чтобы те окончательно высохли. После этого мне всучили ужин и я, не желая более иметь сегодня дел с Витторио, послушно выпила весь суп, не притронувшись к остальным яствам.

Горничным было велено остаться со мной всю ночь. Они по очереди должны были сменять друг друга и караулить мой сон, пока другие отдыхали в отведенных для прислуги комнатах в покоях. Видимо Эрл Витторио был крайне напуган, что я что-нибудь с собой сделаю. А вот сделаю, обязательно сделаю, для начала прикончив короля варваров на брачном ложе.

Сон никак не хотел идти ко мне. Я все время прокручивала у себя момент в голове, когда почувствовала, как Витторио делает мне искусственное дыхание. Он прикасался к моим губам своими. Это же нельзя считать поцелуем, верно? Он же просто спасал меня вот и все. Правда от осознания этого мне ни капли не становилось легче. Я чувствовала себя неловко и неуютно. В этих тревогах я и уснула, окунувшись длинный беспокойный сон.

Разбудили меня довольно поздно. Солнце было уже высоко. На часах было начало одиннадцатого. Горничная преподнесла мне кувшин с водой и полотенце, чтобы умыться. После чего меня ждал фирменный завтрак королевского повара. Эти изысканные блюда пахли счастливым прошлым, когда Империей правил папин двоюродный брат Император. Помнится, я страшно не любила яйца всмятку, которые подавали по утрам. Когда мы завтракали в неформальной обстановке на террасе Его Величества, он часто говорил мне в детстве:

«Не вертите носом, моя дорогая племянница, ни то я все расскажу нашему повару и тогда он очень обидится. Вдруг он решит подсунуть Вам в тарелку слизней?», — шутливо дразнил меня дядюшка.

А я кричала: «Не хочу слизней! Только не слизней!».

Мой троюродный брат, Его Высочество Принц Эндрю, до слез смеялся в такие моменты. А однажды, решив подшутить надо мной, и вправду подсунул мне слизней в суп. И где он их только взял во дворце? Я даже умудрилась съесть пару ложек супа, прежде чем обнаружила живность в своем обеде. Ох, и получил он тогда от Его Величества. Чинно кланялся передо мной, маленькой леди, и целовал мою руку под зорким взглядом своего величественного батюшки.

Я правда тоже не осталась в долгу. Сколько смелости мне тогда это стоило и изворотливости. Как-то раз, когда было велено накрыть в саду обед, я умудрилась палкой подцепить червя, которому не посчастливилось попасться мне на глаза. Пока никто не видел, я подбросила его в рагу Его Высочество. И даже стала вести счет. 2:1, как я считаю, да еще и в мою пользу. В разноцветном рагу Эндрю не сразу рассмотрел червя и даже немного надкусил его. Тогда уже была моя очередь получать от батюшки. Я на месяц осталась без сладкого и шитья. Император, конечно, деланно хмурил брови, пристыдив мою шалость, но уголки его губ так и прыгали вверх, выдавая его искренний смешок по этому поводу. Мы еще часто с Его Высочеством вспоминали эти моменты. Он даже тогда по-по-джентльменски выручил меня, тайком тягая для меня сладкое.

Эх, сколько бы сейчас я отдала, чтобы вернуться в те времена. Я была бы даже рада найти в своей тарелки слизня или червя, или и то и другое вместе. Но этим утром меня на тарелках ждали лишь ароматные блюда королевского шеф повара, такие аппетитные и красивые, и такие пресные в этот тяжелый для всех эльратцев час. Пышные оладьи твердой коркой застревали на моих зубах. Жасминовый час тягучей жижей обволакивал мой язык и все, все в этом завтраке казалось мне не таким. Так что с трудом прожевав два оладушка и запив их половинкой чашки, я отставила завтрак не в силах запихнуть в себя еще хоть кусочек.

Какое счастье, что меня не заставили спускаться к завтраку к Джорджу. Служанки сказали, что Верховный Эрл сослался на мою усталость после вчерашнего банкета и официальный завтрак прошел без моего участия. Что ж и на этом спасибо. Около одиннадцати в мои покои ворвалась орава портних и швей с метрами белоснежных тканей, кружев и украшений. Они должны были снять с меня мерки и помочь мне выбрать ткани для моего свадебного платья. Но я безучастно стояла, как вкопанная, на низком пуфике и покорно выполняла все их наставление: «Повернитесь, Ваша Светлость», «Поднимите руки, Ваша Светлость», «Ваша Светлость, не двигайтесь, я приколю булавку».

Я знала почти всех этих портных. Батюшка покупал мне платья у них. Это были лучшие портные со всей столицы. У них определенно и так были мои мерки, потому что многие из них эхом затрепетали:

— Вы так похудели, Ваша Светлость!

Да, похудела. Я сбросила не только вес, но и частичку души. А все эти портные выглядели куда лучше, чем я. Торговцам важны только деньги. Еще бы, грядет королевская свадьба. Заказов будет хоть отбавляй. Все мои покои были устланы волнами шелка, сатина, кружев. Всюду валялись бесчисленные коробочки с разнообразными ленточками, белоснежными жемчугом, заколками, золотыми и серебряными нитками. Ювелир постоянно менял дизайн моих украшений, чтобы они совпадали с фасоном платья, что разу раз меняли портнихи. Он несколько раз измерял мой безымянный палец, чтобы не ошибиться с размером кольца для помолвки. Мастера по прическам вертели мои длинные черные волосы во все стороны, выбирая нужную прическу. Все вокруг оживленно спорили по поводу моего образа и только я непрестанно молчала, как будто все это относится не ко мне, а к кому-то другому.

Я облегченно выдохнула, когда эта оживленная толпа, выяснив все, что им только нужно, покинула мои покои. Горничные еще пол дня после этого собирали «остатки» их присутствия по всему полу: ленты, булавки, бисер, нитки, жемчуг, пуговицы и много другое. После обеда в покои принесли книги, пяльцы, ткани, нитки и иголки. Также мне дали мольберт с красками и спицы для вязания. Гуляй — не хочу. А я вот и вправду не хочу. Скука в этих покоях смертная. Меня никуда не выпускали, а еще надо мной церберами сидели служанки. Мне даже не было дозволено подходить к окнам, чтобы я ненароком не выпрыгнула из них. Но мне все же удалось незаметно к ним пробраться, пока двое из них шили, а другие две были заняты камином и глажкой моего платья к ужину. Тот факт, что меня ждали внизу к ужину, уже отбирал аппетит.

— Я тоже хочу гулять в саду, — сказала я, увидев, как фрейлин выпустили на послеобеденную прогулку.

— Ваша Светлость! — подскочили служанки со своих мест. — Пожалуйста, отойдите от окна.

— Не бойтесь не прыгну, — заверила я. — Доложите Его Величеству Джорджу, что я желаю, чтобы мое одиночество скрасили хотя бы две фрейлины. Ну или кто там, кроме него распоряжается моей ежедневной рутиной. — сказала я непрозрачно намекая на Витторио. Не хотела я произносить его имя.

К моему величайшему удивлению, мое желание было исполнено и чуть менее, чем через час на моем пороге стояли фрейлины. Одну из них я даже знала. Это была Антуана Корф, дочь князя Тосканского. Мы не были с ней близкими подругами, но и врагами нас тоже назвать было нельзя. Слишком уж низкого полета была эта птица, чтобы записываться мне во враги. Но, надо сказать, был у нас один неприятный случай. Мы познакомились с ней года полтора назад на осеннем балу-маскараде в имении графа Фокса. Устав от быстрых танцев, я решила посидеть немного в комнате для отдыха. Когда я зашла туда, то там уже было несколько девушек. Они оживленно смеялись. Я взяла с торшера, который держал лакей, бокал шампанского и приблизилась к ним.