Я никому не нужна
Шрифт:
– По телефону? – удивилась Лу.
– Ну да. Иногда по телефону проще сказать какие-то вещи.
– Это точно, – согласилась Лу, после чего резко сменила тему: – Честно говоря, я и не надеялась застать тебя дома.
– Забыла, что я теперь безработная? – горько пошутила Люся.
– Да нет. Просто думала, что ты к Климу на свидание умотала.
– А я вот, как видишь, не умотала никуда, – с плохо скрываемым раздражением отозвалась Черепашка.
– Не звонил? – продолжала расспрашивать Лу.
Люся молчала, боясь наговорить подруге грубостей.
– Зря ты так, – как ни в чем не бывало продолжала та. – Всякое бывает в жизни. Вот ты марку держишь, гордую из себя строишь, а он, возможно, потерял бумажку, на которую записал твой телефон. Он его на бумажке записал?
– Я сама из блокнота листок вырвала и записала, – буркнула в ответ Черепашка.
– Вот видишь! – обрадовалась Лу. – Лично я тыщу раз теряла таким образом телефоны, а потом локти себе кусала. И по закону подлости вполне могло случиться, что Клим этот твой листок, вырванный из блокнота, выронил, когда, допустим, кошелек из кармана доставал. А ты, случайно, его номер не потеряла?
– Нет, – не слишком-то дружелюбно откликнулась Черепашка.
Номера Клима, и мобильный и городской, она записала в блокноте, который всегда носила с собой. В записную книжку мобильного телефона Люся эти номера заносить не стала, потому что там у нее были записаны только самые необходимые телефоны, по которым она звонила чуть ли не каждый день.
– Ну так позвони ему, – принялась за старое Лу. – Позвони, я ведь чувствую, что ты на этого парня запала. Тем более настроение у тебя сейчас хорошее, с Леликом только что помирилась… Вот возьми и позвони прямо сейчас.
– Ни на кого я не запала, – недовольно хмыкнула Черепашка. – Я не клавиша, чтобы западать, ясно?
– При чем тут клавиша? – искренне недоумевала Лу. – Я всего лишь хотела сказать, что Клим тебе явно понравился.
– Сама как-нибудь разберусь, – пробурчала Люся и уже хотела было попрощаться и повесить трубку, как Лу огорошила ее неожиданным вопросом:
– А ты знаешь, что если ты в течение пятнадцати минут не позвонишь Климу, то вы никогда больше не встретитесь?
– Это еще почему?
– Потому что я только что смотрела твою натальную карту. Ну, в смысле гороскоп, помнишь, я тебе его составляла? Так у тебя там, короче, с половины восьмого до без двадцати девять какой-то кардинальный перелом заложен, – многозначительно сообщила Лу.
– Помешались вы все на этих гороскопах, что ли?
– Я-то в школу астрологическую записалась, поэтому и в курсе дела, – принялась оправдываться Лу. – А кто еще на них помешался?
– Да Клим, когда мы танцевали, там, у Зойки, рассказывал про своего отца. Так тот якобы без консультации с личным астрологом и шагу ступить не может.
– И правильно делает, что не может, – с воодушевлением подхватила тему Лу. – И если ты хоть чуточку веришь звездам, ты послушаешь меня и позвонишь Климу прямо сейчас. Осталось, между прочим, тринадцать с половиной минут. Все, пока, – неожиданно попрощалась Лу и отключилась.
Какое-то время Черепашка, прижав трубку к уху, слушала короткие гудки, потом резким движением нажала на рычаг и, услышав непрерывный, монотонный звук, схватила блокнот, который давно уже лежал на телефонном столике. И когда тот с первого раза открылся на нужной странице, Люся, сказав себе, что это судьба, принялась быстро, чтобы не дать себе возможности передумать, нажимать на кнопки. Трубку на том конце взяли после второго гудка. Услышав отрывистое «да?», Черепашка в ту же секунду узнала голос Клима.
– Привет, – сказала она тише, чем следовало, потому что Клим нетерпеливо крикнул:
– Алло, алло! Говорите!
– Я говорю, – громко и четко произнесла Люся. – Привет, Клим.
– Привет… Это ты? – Казалось, он был удивлен.
Люся почему-то не была уверена, что Клим ее узнал. Возможно, он принял ее за другую девушку, поэтому решила незамедлительно внести ясность, раз уж отважилась на этот звонок.
– Это Люся Черепахина, – официальным голосом представилась она. Таким голосом она обычно разговаривала, когда звонила продюсеру какой-нибудь группы, чтобы договориться о деловой встрече. – Мы познакомились у Зои Колесниченко. Помнишь?
– Я тебя сразу узнал, – сказал Клим, и Люся почувствовала, как вспыхнуло ее лицо.
«Хорошо, что Клим не видит меня сейчас!» – подумала она, а вслух сказала:
– Вот, решила позвонить…
– И правильно сделала, – с улыбкой в голосе произнес Клим. – Ты, наверное, не поверишь, но я только что собирался сам тебе позвонить. Нет, правда, – заверил Клим, потому что Черепашка молчала. – Давай завтра встретимся и сходим куда-нибудь вдвоем? – предложил он, но тут же, словно испугавшись чего-то, добавил: – Если, конечно, ты свободна и вообще…
– Я свободна, а вот насчет «вообще» не знаю, что ты имел в виду, – нашлась с ответом Черепашка.
Мало-помалу она обретала уверенность. Конечно, к этому ее подтолкнуло предложение Клима.
– Свободна вообще или только завтра? – шутливо уточнил Клим.
– Свобода – это состояние души, – пустилась в философские рассуждения Черепашка. Ей стало вдруг так легко и даже весело, что захотелось отпустить себя, не контролировать, болтать все, что только придет в голову. Отдавшись этому порыву, Люся продолжала: – И она, в смысле свобода, не зависит от каких-то сиюминутных дел и проблем. Женщина может быть замужем, иметь кучу детей, а следовательно, и забот, но при этом ощущать себя свободной.
– Это, конечно, верно, – согласился после некоторой паузы Клим, – но если человек, скажем, кому-то что-то пообещал или дал слово, то он уже, получается, не свободен в этом смысле. Он, конечно, волен нарушить обещание, не сдержать слово, но тогда он будет хоть и свободным, но непорядочным человеком.
– Ты кого имеешь в виду? – насторожилась Черепашка.
Она-то, пускаясь в рассуждения, шутила, дурака валяла, подсознательно желая одного – просто продлить этот разговор, а Клим неожиданно серьезно отреагировал на ее слова.
– Никого конкретного, – не сразу отозвался он, – и в то же время всех. Ты сама заговорила о свободе. Вот я и высказал свою точку зрения.
– Понятно. – Ее настроение упало так же резко, как и поднялось несколько минут назад. – Извини, я, наверное, глупость какую-то сморозила.
– Вовсе нет, – поспешил утешить ее Клим. – Ты все правильно говоришь. Свобода – это внутреннее ощущение. Это скорее не состояние, а качество и образ мыслей. Да?
– Ну, в общем и целом, да… – вяло откликнулась Черепашка.