Чтение онлайн

— Мам, она замечательная. — Отвечаю, на ходу натягивая ботинки и пальто. — С радостью встречусь с вами. Мне пора на пары. Целую. Пока.

— Люблю тебя, дорогая!

— И я тебя. Папе привет.

Бросаю телефон в сумочку, натягиваю шапку и шарф, и вытягиваю волосы с все еще красными кончиками. Почему-то не могу позволить себе обрезать их или перекрасить, будто что-то останавливает. Эти кончики мой собственный бунт против общества, которое так обожаю.

Закрываю комнату и сбегаю по лестнице вниз. Выхожу из общежития. Порыв сильного, ледяного, осеннего ветра бьет в лицо. В этом году осень холодная, с затяжными дождями и вечно серым небом. Желтые листья слетают с деревьев на асфальт украшая все вокруг своим пожухлым цветом. Шагаю вперед, мысленно радуясь, что общежитие находится на одной территории с университетом и не нужно преодолевать пол города, чтобы добраться учебного корпуса.

На стадионе бегают ребята, несмотря на отвратительный дождик и гоняют мяч. Мысленно хмыкаю. Ну не понимаю я этого футбольного безумия. На дворе холод, а они в шортах и кофтах. Прохожу мимо одноэтажного здания и захожу под арку, вливаясь в толпу студентов, что с мрачными лицами идут на пары. Некоторые стоят по углам, с сигаретами, некоторые с кофе, а некоторые просто дрожат от холода, решив, что легкая курточка спасет от него.

А потом вижу его. Сначала думаю, что показалось. Ну не может такого быть, но нет, вот он, здесь. Светлые волосы развевает ветер треплет золотые пряди. Лицо слегка не бритое. В руках кофе. Джинсы, стильные ботинки и парка синего цвета. Загорелое лицо выделяется на фоне остальных — бледных. Голливудская улыбка сияет так естественно, что сердце пропускает один удар. Он кивает головой, слушая парня напротив него и делает глоток горячего напитка. А я…стою. Стою в потоке толкающей меня толпы и не могу пошевелиться.

Мы же должны были никогда не встретиться…. Я не говорила в какой университет поступила… Это просто совпадение или что-то другое? Да, я говорила, чтобы нашел цель в жизни, пошел учиться. Неужели послушал? Неужели решил все-таки изменить жизнь?

Руки становятся влажные, по спине стекает пот. Вдруг становится жарко в пальто, шарф давит на горло, а в голове набатом стучат разные мысли. Я настолько ошарашена, что даже в кучу их собрать не могу.

Он здесь.

Он здесь.

Стоит сделать десять шагов и я почувствую его аромат.

Он солгал мне! Заставил пробыть на яхте три недели. Я чуть не погибла из него!

Мы рассматривали облака, он учил меня плавать. Он отремонтировал яхту. Он спас меня. Смешил.

Говорил…

Господи….

Кажется, что кровь сейчас закипит в венах…

Стою в нерешительности и все еще смотрю на него. Макс поворачивает голову в мою сторону, а я в мысленно кричу: «Не смотри на меня! Не смотри!!»

Но он видит! Мы встречаемся взглядами и его золотые глаза вспыхивают так ярко, словно сотни звезд на небе в августовскую ночь. Мгновение, и Макс идет ко мне. Быстро, уверенно, решительно. С каждым шагом его лицо становится серьезнее, бледнее, будто и не было никакого загара.

— Софи… — Знакомый теплый голос, похожий на шум моря ночью, заворачивает меня в свои объятия. Ощущение, будто снова на яхте, снова качаюсь на волнах. — Привет. — Губы расплываются в радушной улыбке, а я не могу сдержать дрожь в ногах. Почему так реагирую? Мне же все равно? Я даже не вспоминала его! Почти…

— Привет. — Отвечаю хрипло.

Он не стесняясь прижимает меня к своей груди. Погружаюсь в приятный мужской аромат духов и ощущения, что лето обнимает меня в этот холодный день. Отвратительный дождь перестает существовать. Ветер перестает существовать. Все исчезает, оставляя нас двоих на острове посреди бескрайнего пространства. А потом я вспоминаю об аварийном радиобуе, о котором рассказывал отец. Легкий толчок, и злость поднимается во мне, как волна, готовая унести на глубину все вокруг.

— Ты солгал. Да? — Тихо спрашиваю без предисловий.

Вижу, он понимает, что имею в виду. Знает о своем поступке. И не раскаивается.

— Да. — шепчет. — Соврал. Но не жалею об этом!

— Почему? — Я все еще в его объятиях. Его подбородок прижимается к макушке головы, а руки сжимают тело слишком крепко. Макс боится, что вырвусь. Убегу. И не зря.

— Ты была мне нужна.

— Я не была тебе нужна!

— Но благодаря тебе я здесь. Ты была нужна. — Поднимает моё лицо к своему, кончиком пальцев, за подбородок. — И сейчас нужна. Все это время я думал о тебе. О твоих слова. Обо всем. Все это время я так хотел тебя увидеть. Так хотел коснуться…

— Ты солгал. Заставил моих родителей и меня волноваться, нервничать. Я чуть не утонула два раза! Я…

— Ты видела прекрасные закаты, любовалась небом, плавала в море и наблюдала за дельфинами. Ты подарила мне надежду на жизнь, объяснила, что нельзя жить так, как я жил. Показала, что стоит бороться за самого себя. И я боролся. Продолжаю бороться! Ты жалеешь об этом? Разве можно жалеть о подобном, Софи?

— Не знаю. Я сержусь. За твою ложь. За то, что на яхте ты мог связаться с берегом, даже когда сломались батареи, после шторма.

— Кончики все еще красные… — подхватывает пальцами волосы и перебирает их, игнорируя мои слова. — Ты — яркое закатное солнце, Софи.

Сердце в бешеном темпе колотится в груди словно я только что бежала спринт. Тело все еще почему-то дрожит. А в груди распускается цветок, пуская свои корни дальше, желая стать больше, прорасти и показать свою красоту.

— Мне пора идти! — Опускаю глаза вниз. Нужно уйти от него. Бежать. Я помню: у нас разные пути. Он — смертник! Я — нет! Он против общества и его правил, а я живу ими! Он лгал мне все это время. Преднамеренно. Из-за своего эгоистического желания. А я стала жертвой.

Вырываюсь из объятий, и под дождем, который усилился будто сама погода начала плакать, бегу. Убегаю от него, чтобы забыть все… Вибросить из головы навсегда!

— Софи….

В спину летит моё имя, но яне могу остановиться.

Бежать. Бежать. Бежать. Должна от него убежать.

То, как реагирует на него сердце — безумие. Я не могу простить его ложь, слезы родителей, свою болезнь! Не могу! Я слабая, а для такого нужно быть сильной.

Залетаю в корпус, оставляю вещи в гардеробе и мчусь на третий этаж. Со звонком захожу в аудиторию, задыхаясь от бега и с красным лицом. Усаживаюсь на свое место, рядом с Олей, одногруппницей и подругой.

— Что случилось? — спрашивает, когда преподаватель начинает лекцию. — Ты от стаи волков убегала?

— Почти. — Коротко отвечаю, застыв взглядом на ее черных волосах. У меня нет желания рассказывать о Максе. Я не хочу делиться даже маленькой частью нашего с ним лета. Не хочу обсуждать. Не хочу, чтобы кто-то знал. Я ничего не хочу.

Лекция тянется слишком долго. А потом вторая и третья. Четвертая пара проходит с параллельной группой. Шум в аудитории такой, как в школе. Ребята бросаются бумажками, меряются силой и у кого круче наушники. Выигрывает Олег — у него аирподы.

А потом в аудиторию заходит Макс. Сердце снова пропускает удар, словно утром ему было мало, и начинает стучать в груди в бешеном темпе, разгоняя кровь венами. Улыбка, как только замечает меня, снова касается его рта и он широким шагом идет ко мне, кивнув еще одному парню, которого даже не увидела. Весь мой взгляд прикован только к Максу. Нервы на пределе. Тело натянуто словно струна.

Слишком много его. Слишком много нас. Лета. И его лжи.

— Привет, еще раз. — усаживается рядом. Глаза Оли становятся квадратными, но к счастью она не задает вопросов. Просто отодвигается дальше, чтобы Макс не сидел на самом краю.