Я пара? А это мне решать.
Шрифт:
Рита не пожалела, что купила пекарню. За месяц работы она вернула три золотых, не считая затрат на сырье.
Часть эклеров она делала со сливочным маслом, часть с белковым кремом,
те и другие были нарасхват.
В основном в пекарне выпекались эклеры, а вот булочки пришлось печь у другой женщины в доме, которую она наняла, так как места для выпечки булочек не хватало, а их спрашивали.
Рози, так звали женщину, была вдовой и одинокой, и она с удовольствием взялась за дело, таким женщинам в одиночку было трудно выжить, а приготовление булочек давало ей доход.
И что самое главное, её дом находился недалеко от пекарни, так что булочки были горячими.
– Эра Рита. Вас там спрашивают, - позвала её Тая.
– Какой-то мужчина.
Как только она озвучила, кто её спрашивает, у Риты пересохло в горле. Два месяца не было вестей от Гора, и сейчас она почему-то подумала о нём в первую очередь.
Выйдя из кухни, где она помогала готовить эклеры, она увидела мужа.
Прислонившись к косяку двери, он стоял со скрещенными руками на груди.
Взгляд исподлобья ничего хорошего не предвещал.
Он скользнул взглядом на округлившийся живот и поднялся вверх, остановившись на лице.
В его взгляде Рита прочитала раздражение всему происходящему и самое главное - неповиновение своему мужу.
Конечно, она и не ожидала поддержки от него, уже поняв, что у него другое понимание роли женщины.
Слишком разный менталитет у двух разных миров.
– Тая, справитесь без меня?
– повернулась к стоящей рядом девушки, которая с опаской посматривала на Гора.
– Да эра Рита. А…,- немного неуверенно проговорила она.
– Это мой муж. Все в порядке, - отдав ей передник, она направилась на выход.
Гор, не дожидаясь её, уже вышел и придерживал дверь, показывая свое нетерпение.
Глубоко вздохнув, Рита вышла и сразу же попала в его руки. Крепко сжав её руку, он положил её на свою согнутую и направился домой, все также не проронив ни слова.
Здесь и слова не нужны, его только один вид говорил сам за себя.
Во время их семейной прогулке, если это можно было так назвать, потому что Гор хотя и не тащил её по улице, но решительно вел домой. Она, затаив дыхание, с тревогой ждала развязки их встречи.
Она предполагала, что он опять будет ей выговаривать про место женщины в доме и про её обязанности.
И уже сомневалась, что сможет как-то поменять его устоявшее понимание о роли женщины и жены.
Может потом что-то измениться, но сейчас, видя его решительный настрой, немного боялась.
Глубоко вздохнув, она подумала:” чтобы не случилось, а плохого он сейчас ничего мне не сделает, боясь причинить вред ребенку. Прости, малыш, но ты сейчас как щит, который не дает обидеть твою маму.
Как же нам тяжело с Гором разговаривать и понимать друг друга. А как это исправить, если мы толком и не разговариваем. Он все время отталкивает меня своими диктаторскими замашками. Только и слышу от него:” я мужчина, я так хочу”.
А меня как будто нет, я как мебель, которую можно переставить в другое место по его желанию. И я не могу рассказать всю правду про себя, не зная, как он отреагирует на моё попадание в этот мир.
Вроде и обидеться и злиться нужно на него, а с другой стороны, он тоже не виноват, потому что ничего не знает обо мне. О настоящей меня. Он знает все о Марго и представления не имеет, с кем живет. Если бы мы поговорили по душам, может, все было бы иначе.
Просто мы так мало знаем друг о друге. А правду сейчас ему говорить все же опасно. Я до сих пор не знаю, для чего мы ему нужны. “
Рита не догадывалась, что в этот момент этот непредсказуемый наемник тоже размышлял о них. Он и сам не знал, как расценивать её поступки.
“Нет, это ни в какие рамки не входит! Вечно она все делает против! Или мне делает это назло? Купила пекарню! Другие жены сидят дома, ждут мужей, а эта занялась работой. Какая женщина работает, если муж может содержать семью?
Я что ей мало денег оставил? Так как они лежали, так и лежат. Марта сказала, что Рита тратит свои. Свои! А мои чьи!? Чужие!? Все время проводит в этой пекарне, не думает, что ей надо больше отдыхать и беречь себя. Или ей все равно, и она не думает о ребенке? Безмозглая курица! Теперь приходится выслушивать намеки своих друзей, что не могу обеспечить свою жену. Демон забери….Ладно, женщины работают, если остались одни, или мужик пропивает все, но ей зачем работать?… Нет, эта женщина сведет меня с ума. Привяжу к кровати и будет сидеть дома. И Марта взялась её защищать. Не лезла бы в наши отношения,”- все больше распаляя себя, думал Гор по пути домой.
Как только вошли в дом, он посадил её на стул и навис над ней.
– Что тебя не устраивает? Денег мало? Или ты это мне так мстишь? Может все же о тебя сообщить твоей паре? Не смей выходить из дома! Я тебе запрещаю! Пока не родишь. Все-таки мне придется тебя привязать, чтобы ты хоть как-нибудь уважала своего мужа,- яростно шипел он ей в лицо, выплескиваю всю скопившуюся злость.
Его взгляд, напряженные руки, которыми он обхватил спинку стула, говорили о его бешенстве.
Рита сидела, вжавшись в стул, но почему-то почувствовала, что не боится.
Страх, который сидел где-то все это время у неё внутри, просто исчез.
Она так много передумала об его отношении к себе за это время, что, наверное, была уже готова ко всему. К его ярости, к его возмущению.
Можно было подумать, что какая-то пружина, державшая её все это время, лопнула, и сейчас пришла просто усталость и апатия.
Она взглянула на него, как будто хотела увидеть что-то другое, но видела только испепеляющий взгляд.
Рита медленно поднялась со стула и ему пришлось отступить от неё на шаг.
Она развернулась и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.
– Ты куда собралась? – рыкнул он.
– За веревкой. Как послушная жена, принесу тебе её, привяжешь меня, как скотину. Для другого, по твоим словам, я не подхожу, - ответила она спокойно и пошла дальше, даже не оглянувшись.
Гор стоял и был оглушен от такого заявления. Он, с изумлением и можно сказать с растерянностью, смотрел вслед Рите, пока она не скрылась из вида.
Ещё не пришедший в себя от этой семейной ссоры, он налил себе отвар и сел за стол, обдумывая эту ситуацию и слова Риты.