Я подаю на развод
Шрифт:
– Я не понимаю, как такое могло произойти, - произношу, когда мы подходим к машине. Наверное, скорее мысли в слух.
Дима садится за руль, и я занимаю место рядом. Автомобиль рывком стартует, и мы направляемся по указанному адресу. Я не могу сидеть молча, поэтому продолжаю говорить:
– Света говорила, что Кирюша гулял с Олегом. Возможно, что-то произошло между ними, и он решил убежать, - произношу, смотря в одну точку.
Дима кивает, держа руль крепко. Его взгляд сосредоточенный, и я вижу, как он начинает обдумывать все возможные варианты. Чувствую, что в машине царит напряжение.
– Мы найдем его, - Дима произносит это уверенно. И я правда начинаю верить в то, что все будет хорошо.
– Он ведь не мог убежать просто так. А что, если Олег его обидел? Что, если он...
– Я всхлипываю, а Дима сильнее сжимает руль. Вижу, как напрягается всем телом. Чувствую его тревогу.
– Набери ее, спроси, как обстоят дела.
– Произносит Дима спустя несколько минут гробовой тишины, и я послушно киваю. В этот раз набираю не номер Олега, а Светы.
– Да, - она снова говорит тихо.
– Вы нашли сына? Что-то изменилось?
– Нет, мы ищем, но он как будто испарился, он...
Я всхлипываю. Дима забирает у меня телефон.
– Расскажи все как было, в подробностях.
Дима молчит какое-то время, пока Света говорит. А после происходит то, от чего у меня внутри все холодеет.
– Парк?
– Восклицает Дима.
– Какого чёрта он пошел в парк один?!
Меня охватывает новая волна паники.
Совладать с нервами и эмоциями не получается, стоит мне увидеть мужа в окне машины.
– Катя, давай...
– Дима не успевает договорить, потому что я уже вылетаю из машины. Быть спокойной и уравновешенной в мои планы не входит. Потому что этот ублюдок потерял моего сына!
– Как ты мог?!
– Я налетаю на Олега со всей скорости. Он стоит ко мне спиной, поэтому совершенно не видел того, что я приближаюсь. Толкаю его в спину, ору так, что у самой уши закладывает. Кажется, я сейчас способна на такие вещи, что для меня самой это станет сюрпризом. Ненавижу ублюдка. Ненавижу!
Я доверила ему нашего малыша, разрешила забрать с ночевкой. Он так ждал встречи. Верил, что проведет с папой хорошо время. А этот ублюдок за ним не следил! А еще хуже, он мог его обидеть. Сказать плохие вещи и малыш, обидевшись, от него убежал. Почему-то во второй вариант я куда больше верю, потому что Олег мог. Потому что он никогда не заботился ни о моих чувствах, ни о чувствах сына. Всегда на первом месте было только его эго. А если малыш что-то сказал про Диму, то Олег вполне мог резко отреагировать. Сказать какую-то гадость. От всех этих мыслей внутри все льдом покрывается. Замораживает изнутри.
– Катя?! Что ты тут...
– Олег выглядит ошарашенным. Он не ожидал меня увидеть. Не думал, что узнаю. Уверена, он хотел все это скрыть. Сделать вид, что ничего не произошло.
– Ты его нашел?! Богом клянусь, лучше тебе ответить, что да!
– Ору, снова на него налетаю. Муж отступает, пытается от меня отмахнуться.
– Совсем с ума сошла?!
– Олег приходит в себя, начинает орать в ответ.
– Где мой сын?!
– Он... он гуляет...
– Глаза мужа бегают из стороны в сторону, лицо краснеет. Он врет. Господи, даже сейчас пытается сделать вид, что все хорошо.
– А этот здесь что делает?!
– Смотрит за мою спину, я понимаю, что, скорее всего, к нам подошел Дима.
– ГДЕ МОЙ СЫН?!
– Шиплю каждое слово. Наверное, выгляжу я сейчас устрашающе, раз Олег на несколько секунд замирает. Переводит взгляд с меня на Диму, и обратно.
– Он потерялся, но мы почти его нашли...
– Ублюдок, - бросаюсь к мужу, но не дотягиваюсь лишь по причине того, что Дима хватает меня за талию и тянет назад. Не пускает.
– Сначала мы найдем мальчика, - Дима чеканит так, что я замираю на месте. Даже не шевелюсь. Его тон сейчас звучит так, что его страшно ослушаться. Меня это отрезвляет.
– Ты здесь вообще каким боком, это мой сын и...
– Захлопнись, - Дима рявкает на Олега, пригвождает взглядом к земле.
– Катя, ты пойдешь на детскую площадку и площадь, я пойду в парк, - Дима четко раздает распоряжения, я лишь согласно киваю.
– Я тоже помогу, я могу пойти по всем магазинам со сладостями, их здесь много, - подает голос Света, делает шаг вперед.
Я стреляю в нее взглядом, она выглядит так, будто действительно очень встревожена и хочет помочь.
— Это ты ей позвонила?!
– Олег орет на Свету, но та к нему не поворачивается. Только слегка бледнеет.
– Тогда расходимся, - Дима снова подает голос.
– Я тоже пойду, я могу...
– Олег в последнюю секунду вступает в диалог, но его все игнорируют.
Я срываюсь с места и направляюсь в сторону детской площадки. Достаю из кармана телефон, нахожу последнее фото сына. На глаза наворачиваются слезы. Мой малыш держит в руке любимую машинку. Улыбается. Сердце больно сжимается.
Я начинаю подходить к людям, показывать фотографию сына, спрашивать не видел ли кто моего маленького мальчика. Но люди отрицательно качают головой. Чувство вины накрывает с головой. Как я могла его отпустить с Олегом так надолго?! Я ведь должна была предугадать. Почувствовать.
Я обхожу всю детскую площадку, зову своего малыша, но Кирюши нигде нет. Удариться в истерику не позволяет только то, что я должна его найти. Я не могу позволить себе терять драгоценные минуты.
На площади я делаю все то же самое, показываю прохожим фото моего сына, расспрашиваю. Но моего малыша никто не видел. Из глаз текут слезы ручьем, всхлипываю, бегу к детским магазинчикам со сладостями. Но и там мне не улыбается удача. Моего мальчика нигде нет.
Сказать, что я была в ужасном состоянии, это ничего не сказать. Я была в полнейшей панике, бездействие только убивало. Все что я сделала, не принесло никаких плодов. Моего сына нигде не было. Он пропал. Исчез. Я решила вернуться на место встречи и направиться в сторону Димы. Туда, куда он пошел искать. Возможно, у мужчины были какие-то новости.
Слезы ручьем бежали по щекам, я быстрым шагом шла обратно на место. А после застыла на месте как вкопанная. Ноги как будто приросли к земле. Я боялась даже вдохнуть или моргнуть, потому что вдалеке увидела, как Дима вел за руку моего малыша. Я боялась, что если сейчас сорвусь с места и побегу им навстречу, то они просто исчезнуть. Боялась, что это игра моего воображения.
– Мама, — когда Кирюши меня позвал, все сомнения исчезли. Я сорвалась с места и бросилась к моему малышу.
– Мой мальчик, сынок, — упав на колени, я начала целовать сына в щечки и носик. Носик был холодным, малыш замерз. От этого сердце сжалось еще сильнее.