Я приду с дождём
Шрифт:
– Смешная шутка… про билеты… Ничего, понимаю. Это нормально, что ты нервничаешь при виде знаменитости. Красота завораживает.
Мин На мельком следила за часами, чтобы успеть в кафе. Она вынула из сумки блокнот и раскрыла перед Ли Хёном.
– Оставьте автограф с надписью: «Милой Джиён на память». Прошу.
– Разумеется… – Парень наклонился, поднял ручку и выписал загогулину. – Присаживайся.
Мин На не сдвинулась с места, и Ли Хёну пришлось похлопать по стулу напротив.
– Извините, я спешу на работу.
– Ра… Работу? Такая срочная работа, что десять минут не подождёт?
– Просто другой у меня нет.
– Ты модель? Актриса? Директор фирмы?
– Я официантка.
– Смешно… Повернись-ка боком! А ты будешь милашкой, если привести в порядок.
– Я правда спешу.
– У меня слуховые галлюцинации? Ты, наверное, сказала, какой я неотразимый и попросила ещё десять минут?
– Пожалуйста…
Ли Хён закатал широкие рукава свитера, прищурился и с интересом наблюдал, как Мин На краснеет, кусает губы и мнёт в руках бумажку. Он также смотрел куда-то сквозь неё. Наконец, он самодовольно спросил:
– Хорошо… Хочешь совместное фото напоследок?
– Спасибо, но я не веду соцсети.
– Неважно, это входит в программу вип-билета. – Он привстал, подтянул девушку к себе, сделал лучезарную улыбку и сфотографировал. – Думаю, сойдёт.
Мин На оставила билет на столике, поклонилась и побежала к выходу.
– Стой, ещё и пяти минут не прошло!
Менеджер появилась из-за ширмы с подносом, на котором поблескивали две плоские фарфоровые чашки с золотой окантовкой.
– Юри, что ты подливаешь в чай? – раздражённо спросил Ли Хён.
– Я… я… ничего… – Помощница застыла в замешательстве.
– Мне послышалось, что она отказалась от встречи со мной.
Юри молча дала понять, что лучше присесть и глотнуть чаю. Заварка пахла ромашкой, на которую у Мин Ны с детства аллергия.
«Либо я покроюсь пятнами и начну чесаться, либо обчихаюсь. Но если такой метод поможет сбежать от этого самовлюблённого идиота…» – подумала Мин На, дрожащей рукой взяла чашку и поднесла к губам.
– Не любишь ромашку?
– Ерунда. Горький…
– Возьми этот. Он с лаймом. – Хён перевернул поднос и отпил. – Живот крутит с самого утра…
– Потому что вы выпили пять бутылок соджу! – вставила Юри.
Мгновение спустя Ли Хён схватился за голову и согнулся пополам, свалившись на ковёр. Мин На упала следом, хватаясь за горло, словно выброшенная на сушу рыба.
Юри испуганно вскрикнула и заметалась в поисках телефона. Обнаружив его за ширмой, она вызвала скорую и выскочила в холл:
– Простите, но встреча отменяется. Оставьте реквизиты на столе, мы возместим убытки.
– Что случилось?
– Ли Хёну и девушке стало плохо. Скорая в пути.
– А у него здесь насыщенная жизнь. Целое представление разыграл…
– Вы о чем?
– Не берите в голову. Он всегда таким был.
– Вы знаете господина Ли Хёна?
– Я младший брат этого балбеса.
– Но… как же… Зачем же вы тратились на билет? Господин…
– Ли Юнхо. К дураку нужен дурацкий подход.
Юри понимающе закатила глаза.
– Передам, что вы приходили. Лишь бы обошлось…
– С ним все будет хорошо. Я сам навещу его позже.
Через полчаса Мин Ну и Ли Хёна доставили в элитную клинику, где провели быстрый осмотр и дали выпить по литру воды. Ещё полчаса вип-палата сотрясалась от квакающих и рычащих звуков. И лишь около трёх дня их, разделённых синей шторкой, оставили в покое.
– После того, что ты увидела, детка…
– Я ничего не видела, и вы тоже! – обрубила Мин На. – Стоило продать чёртов билет. Ну почему я не могу обмануть совесть?
– Так ты не шутила? Кто-то выбросил билет… На окраине Сеула…
– Потерял. А я вернула… Дура.
Блондин отодвинул шторку и взял Мин Ну за руку. Внутри её ладони что-то кольнуло, будто к коже приложили тлеющую спичку.
– Странное ощущение… – задумчиво сказал Ли Хён, заметив маленький воспалённый шрам. – Поранилась? Отверни, отверни…
– Наверное… Так бывает, когда много думаешь о том, чтобы поступать правильно.
– У меня обратная проблема. Не могу жить по указке. Эй… Красные пятна на лице… Аллергия?
– На лайм. Я не знала. Впервые попробовала.
– Не выношу вида повреждённой кожи.
За дверью послышалось бормотание. В палату вломился человек с огромным объективом. Юри с трудом вытолкала его и сползла по стенке.
– Ноготь сломала… Ох, как же с ними тяжело. Куда смотрит охрана?
Но Ли Хёна заботило совсем иное. Наморщив лоб, он напряжённо переваривал какую-то информацию.
– Юри, я только сейчас опомнился, – проворчал блогер. – Почему звезда и фанатка в одной палате?
– Господин Ли Хён, вы сами отдали распоряжение в машине скорой помощи.
– А я не ваша фанатка! – добавила Мин На.
Молчание за шторкой сменил громкий вздох.
– Передай бойфренду, пусть не ревнует. Это бизнес. Что ж, буду ближе к поклонницам.
– Я не ваша поклонница!
– Тогда поменяй свое мнение! В чём проблема?
– Господи, – девушка зажмурилась и прошептала себе под нос, – тот тип был прав, он пустышка.
– Не смогу сегодня заснуть. Существует человек, который не восхищён мной!
– И не один…
– Сколько их? Три, шесть, десять?
– Думаю, речь о миллионах. А ещё у вас синяк под левым глазом.
– Тональный крем сошёл. Юри, Юри! – завопил Ли Хён.
Юри давно сняла туфли, облокотилась на подоконник и увлечённо считала птиц на ветках.
– Юри! Оглохла?
– Пфф… Хуже ребёнка…
Помощница собрала шёлковое полотно волос в пучок, достала из сумочки косметичку и припудрила проступающий фингал. Ли Хён терпел со страдальческим видом. Потом она принесла воды, и парень жадно выхлебал всё до дна.
«Симпатичный, но такой глупый! Не стану огорчать Джиён. Или стану?» – мучилась Мин На, испытывая лёгкое презрение к соседу по палате, пока Юри не всучила ей синюю папку с документами.