Чтение онлайн

– В мире людей краски чуть приглушены, как на выгоревшей фотографии, – заметил Дэн.

– Ты прав, но отличия не так уж сильны. Миры во многом повторяют друг друга. Процессы формирования рельефа и погоды идентичны, они часто возникают в двух мирах сразу. Если для физических оболочек переход границы почти невозможен, то духи стихий могут существовать в наших мирах одновременно.

Вокруг бушевал сильный шторм, который ещё набирал обороты. Казалось, что ничего особенно не поменялось, но Дэн видел, что у волн и неба не столь насыщенный цвет, воздух более тяжёл для дыхания, а на плечи навалился некий груз. Раньше он этого не замечал, но прожив некоторое время в мире бессмертных духов, теперь чувствовал разницу. Рокот же и вовсе выглядел жемчужиной среди валунов. Его яркая красота сейчас особенно бросалась в глаза, она чужда этому миру, слишком насыщенна, слишком необычна. Волосы не просто черны, они наполнены переливающимися глубокими оттенками. Кожа мужчины слегка мерцала, а залитые перламутром глаза, ярко светились. Они не оставляли сомнения, что Рокот из иного мира.

Дэн рассматривал мужчину и думал о том, что таким его видели многие поколения людей: великолепным и неизменным на протяжении тысячелетий. Редкие очевидцы оставались в живых после встреч с бессмертными. Они возвращались домой, и навсегда хранили в душе прекрасный и смертельно опасный образ. Люди рассказывали о чудесных и могучих существах, которых считали богами, начинали поклоняться, придумывали мифы, изображали на фресках.

– Этот мир слишком сер для тебя, мой бог, – зачарованно произнес Дэн. Он пожирал глазами Рокота, словно увидел впервые.

– Малыш, богами нас называют только люди и ошибаются. Мы лишь духи стихий, а ты видишь перед собой только частичку, осознавшую себя как личность и обретшую физическую оболочку. Если кого и называть богами, так это Владык четырех стихий.

– Вы слышите наши молитвы?

– Очень редко, а вот Владыки постоянно слышат смертных. Воздух не отвечает никогда, а вот Огонь, Земля и Вода более отзывчивы, если молящийся осознает, к какой сущности он обращается.

– Каким же блёклым кажусь тебе я, – грустно проговорил Дэн.

– Я вижу не так, как ты. Мои глаза способны различать на порядок больше оттенков и полутонов. Мне бы хотелось, чтобы ты смог увидеть себя моим зрением, тогда твое мнение изменилось бы. К тому же меня не привлекает идеальная красота, какую создают для своих воплощений бессмертные. Твои человеческие черты гораздо притягательней и волнительней. Они сочетают несовершенные линии и образуют удивительную гармонию, – нежно проговорил Рокот и легко поцеловал Дэна в губы.

Поцелуй, пусть и мимолетный, снова разжег огонь в крови Повелителя бурь. Но он пока не подал вида, что жаждет обладать человеком прямо здесь, посреди нарастающего шторма. А Дэн отпустил шею мужчины и поднял ладони к его лицу. Мокрые пальцы едва касались висков, рисовали узоры на щеках, обводили контур улыбающихся губ. Словно слепой, Дэн трогал Рокота, и сердце мужчины дрогнуло.

– Дэн, ты смотришь так, будто прощаешься.

– Мне кажется, что ты можешь растаять в любую минуту. Вернувшись в свой мир, я боюсь, что всё, что произошло со мной, окажется сном. Я проснусь и больше никогда тебя не увижу.

– Некоторые моменты действительно стоит забыть.

– Но тогда я могу забыть и тебя. Нет, Рок, я не хочу ничего забывать.

– Почему, малыш?

– Не хочу забывать, как сильно я тебя люблю.

Посреди шторма два существа, смотрели друг на друга, внутри каждого бушевала совсем другая буря. Они почувствовали отклик и взаимность, получили ответ на главный вопрос. Дэну и Рокоту предстояло совершить выбор, но теперь он предрешен. Каждый из них любил впервые, а невероятное счастье и удача состояла в том, что это чувство оказалось взаимным. Никто не захотел ещё что-либо говорить, они крепче обнялись и Дэн уткнулся носом в шею Рокоту. Мужчина гладил напрягшуюся спину человека и счастливо улыбался.

Повинуясь некоему предчувствию, юноша поднял глаза и посмотрел за спину Рокота. Там, гонимая волнами, дрейфовала белая яхта. Её бросало из стороны в сторону, волны облизывали палубу, на которой метались две фигурки. Мужчина и женщина пытались вернуть себе управление судном. Но даже издалека очевидно, что оно сильно повреждено. Вид белой яхты отозвался в сознании Дэна болезненным чувством. Он о чем-то напомнил, скрутил сердце спазмом. В голове одни за другими вспыхивали образы, которые Дэн, казалось, забыл навсегда. Он сжал виски ладонями и застонал. Из носа хлынула кровь, в глазах темнело от напряжения. Рокот проследил за направлением взгляда Дэна, и гневная складка залегла на лбу. Кто-то посмел напугать его человека, да он сотрет эту посудину одним ударом волны.

– Малыш, мне совсем не нравится твоя реакция. Мы уходим отсюда, возвращаемся домой, – намеренно спокойно проговорил Рокот, но его голосу вторил гром. Он выдавал истинную глубину гнева Повелителя. Сеть молний расколола небо голубыми сполохами.

– Нет! – кричал Дэн, но Рокот крепко обхватил человека и приподнял его над водой. Они начинали обратный путь.

– Мы возвращаемся, тебе нельзя снова нервничать и испытывать подобные нагрузки.

– Нет, Рокот, остановись! Мне нужно остаться! – вырывался Дэн. Ему действительно плохо, но вспомнить утраченное хотелось безумно.

– Малыш, успокойся, – мужчина внутренне содрогнулся, видя, что начинается ещё один припадок человека.

– Я начинаю вспоминать, – вдруг проговорил Дэн и Рокот остановился. Он внимательно посмотрел в голубые глаза, ища в них тень безумия. Но взгляд Дэна прояснился, сейчас на него смотрел прежний парнишка, такой, каким он был до посещения подводного дворца.

– У моих родителей был катер белого цвета. Я помню, как вся семья погрузилась на борт, а я остался на берегу с порезанной ногой.

– Дэн, давай вернёмся. Прошу, твое состояние нестабильно и опасно. В тишине и тепле нашей купели, когда нет опасности, что ты истечешь кровью, вспоминать будет куда приятней, – пробовал уговорить Рокот, а сам боролся с желанием насильно унести человека обратно на остров.

– Они не вернулись, Рокот, – игнорируя слова мужчины, продолжал рассказывать Дэн. Он размазывал кровь по лицу, смывал ее соленой водой, а она вс текла и текла из носа. Человек стал захлёбываться, но пытался продолжать говорить.

– Ты хочешь сказать что…

– Да, – Дэн закашлялся, сплюнул кровавый сгусток, а потом продолжил. – Они погибли в море. Нашли тела всех, кроме младшей сестры. Её искали ещё некоторое время, но потом бросили поиски. А я так и не научился жить без них, будто сам умер в тот злополучный день. Я умер для своего мира. Мне здесь не место.

– Не говори так! Ты живой! Слышишь, живой! – настаивал Рокот, но видел, что человек не вполне понимает что говорит. Мужчина подавил порыв утащить парня насильно в открывшийся портал, и уже тише спросил. – Как они погибли?

– В тот день не было бури, море было спокойно, светило солнце. Рокот, я не обвиняю тебя в их смерти, если ты об этом. Следователь сказал, что по неизвестным причинам катер взорвался. Его обгорелые обломки нашли на следующий день.

– Они погибли в море, значит, их приняла моя стихия. Дэн, мне жаль, действительно жаль, – проговорил Повелитель бурь.

Человек вдруг замер. Он пытался понять, насколько откровенен Рокот и что чувствует на самом деле. Бессмертные равнодушны, а порой намеренно жестоки со смертными. Неужели Рокоту теперь ведомо сочувствие? Неужели он изменился настолько, что может понять одинокого мальчишку, понесшего тяжкую утрату? В голове Дэна всё смешалось. Он выныривал из липких видений, и на несколько минут ясность мыслей возвращалась, чтобы снова утонуть в потоках странных образов. Но даже через них, человек ощущал тепло Рокота. Его голос и прикосновения – это единственные ниточки в реальность. Дэн сосредоточился и постарался не поддаваться накатывающим волнам безумия. Он думал о Рокоте, о своём будущем, хотел найти поддержку в перламутровых глазах морского божества. Мужчина чувствовал, как Дэн неумело пытается прочесть его чувства, и максимально открылся, впустил человека внутрь сознания.