Я пришёл
Шрифт:
Не стоит унывать. Этим делу не поможешь. Тем более, я страшно не хочу повторения истерики, которая случилась после вселения. Мне это крайне не понравилось. Так что… Вперёд! Приодеться действительно не помешает.
(То же время. Сенджу Цунаде.)
Вместе с Шизуне бежим по улицам с целью найти и покарать этого урода. Тон-Тон бежит впереди и ведёт нас по следу. Като, после того как узнала что натворил этот козёл, краснеет и хихикает. И я бы не пошла, но вот этот её смех откровенно взбесил. Меня унизили, а ей смешно. Ничего, ей простительно, молодая ещё. А вот Джирайе однозначно нет. И за это, я ему двину. В челюсть, как в старые добрые времена. Пусть полетает. Может от такой встряски хоть что-то в голове появится. Так он же может снова печать поставить. Ну нет, не выйдет.
— Тон-Тон! Быстрее! Найди мне эту жертву!
Заворачиваем за угол, поднимая клубы пыли пробегаем по улице. Как вдруг, свинка останавливается возле странного Какаши. Который стоит у магазина одежды… Глаз выпучен, рука держащая блокнот дрожит, вокруг глаза капли пота. К тому же, он грызёт ногти, прямо через маску.
— Какаши! Ты Джирайю не видел?
— А? — поворачивается он, громко сглатывает и вдруг прячет блокнот за спину. — Видел.
— Где? Где эта сволочь?
— Там.
— Ты издеваешься?
— Нет, — мотает он головой, испуганно смотрит на меня и пятится назад.
— Какаши, где Джирайя?
— Да…
— Что — да? Да что с тобой такое? А ну иди сюда! — кричу, хватаю Какаши за жилет и трясу.
На что он болтается как мешок с дерьмом, смотрит в пустоту выпученным глазом и ну никак не сопротивляется.
— Да скажи ты мне, куда этот хрен спрятался? Говори!
— Цунаде-сама, отпусти меня. Я ничего не знаю. Он дал мне книгу и куда-то ушёл. В магазин, не знаю в какой здесь их много.
— Давно бы так, — отходя от Какаши закатываю рукава и хрустнув пальцами говорю Като. — Готовь сенбоны. Как только он появится, сразу кидай в него. А дальше я сама. Я из него душу выбью. Я эту сосиску ему так глубоко вставлю, что он её вкус почувствует. Он у меня…
Договорить не успеваю, Шизуне выкатывает глаза, наклоняет голову на бок и стремительно краснея глупо хихикает.
— Что там? Като?
— Ам… Тх. Мпх… О-о-о-о-о…
Резко оборачиваюсь и от увиденного весь настрой теряю. На крыльце магазина, стоят они. Наруто, в ярко оранжевой футболке и такого же цвета бриджах. На голове белая панамка, в руках леденец на палочке. Лицо озаряет жизнерадостная улыбка. А рядом с ним, держит его за руку Джирайя. Но не такой как всегда, а… Чёрная футболка в обтяжку с белым символом Конохи на груди. Чёрные брюки, широкий ремень с заклёпками на поясе. На ногах высокие кожаные ботинки на толстой подошве. В левой руке пакеты с покупками.
Это как? Хенге? Ну не может же одежда, так омолодить его? Да ему не сорок, а тридцать с трудом дашь. Ух, меня сердце удар пропустило. Но это…
Не замечая нас, Джирая поправляет на мелком панамку, снова берёт его за руку и закидывает пакеты за спину. От чего мышцы на левой руке и груди вздуваются, заставляя сглотнуть и облизать пересохшие от такого зрелища губы.
Вот это да… Вот это я понимаю образ. Да он…
— Заходите к нам ещё, — улыбаясь выходит на крыльцо хозяйка магазина. — Такие симпатичные покупатели, наша специальность. И Наруто не забудьте, специально для него куплю побольше леденцов. А для нас чего-нибудь покрепче.
— Обязательно, — улыбается ей Джирайя и в полголоса добавляет. — Только из-за тебя и зайду.
Это уже слишком! Совсем охренели! Средь бела дня, при мне! Мне?
— Кхем, — кашляя в кулак привлекаю к себе внимание.
На что хозяйка магазина подмигнув Джирайе убегает внутрь, сам кобель улыбаясь подходит ко мне.
— О, Цунаде. Как дела? Неважно выглядишь. Приболела?
— Сними Хенге, козлина! — хватаю его за нос и тяну на себя. — Не позорься.
— Ай-ай-ай! Ты чего?
Щипаю его за нос, тереблю уши, тяну за щёки, залеплю пощёчину и понимая что это ни хрена не Хенге, прячу руки за спину и отхожу назад.
— Больная, — фыркает Джирайя. — Лицо чуть не содрала. Чего припёрлась?
— Сказать спасибо за сосиску.
— А-а-а-а-а… Ты хоть дождалась, пока она остынет? — участливо осведомляется Джирайя.
— Да ты совсем охренел, извращенец! — понимая на что он намекает мгновенно завожусь, поднимаю руку…
— Мужика тебе надо, — качает головой Джирайя. — Я вообще-то про еду говорил, а не о том, о чём ты постоянно думаешь. И меня ещё извращенцем называет. Долбанутая женщина, видит сосиску, а думает… Не при детях.
Ой как неудобно. Вот я прокололась. Да что такое? С ним вообще разговаривать невозможно! Всё сводит… Ладно.
— Что это сейчас было?
— Ты о чём, Цунаде? — изображает он полное непонимание
— Я о том, почему ты откровенно заигрывал с той курицей. Днём, у всех на виду, при ребёнке.
— А! Так это… Как заботливый дедушка, ищу Наруто бабушку. А что? Я конечно почти всё могу, но женская рука в таком вопросе не помешает. Женщина и приготовит лучше и одежду…
— Какая к чёрту бабушка? Ей же всего лет тридцать!
— Так и мне не шестьдесят. Я ещё ого-го! Сама видишь. Пошли, Наруто, нам вещи разложить надо. Ужин приготовить. Какаши, у тебя дома продукты есть?
— Какие-то были…
— Значит нет, — качает головой Джирайя. — Ладно, забежим в продуктовый. Или на рынок. Наберём всяких вкусностей. В общем разберёмся. Идём.
— А ну стоять! Ты, собака! Как ты смеешь меня игнорировать?
— Шизуне. Здорово выглядишь. Особенно стрелки на глазах. Они такие милые. Да и сама ты, как куколка. Загляденье
— Ой спасибо, — ещё гуще краснеет Като.
А вот это уже обидно. Смотрит сквозь меня. Как будто меня не существует. Не прощу. Не прощу! Порву-у-у!
— Джирайя, давай поговорим. Как взрослые люди, — почему-то ласково говорю ему.