Я пришла издалека
Шрифт:
– Не учи хирурга анатомии, – прервала я его нетерпеливо. – Надо бить сюда, под последнее ребро. Попадешь прямо в почку.
– Точно, – кивнул ошарашенный Руперт, – и противник упадет как подкошенный. Тогда покажи мне, куда нужно бить, если убиваешь лицом к лицу.
– Сюда. – Я не глядя ткнула в точку посередине его груди. – Удар – в сердце, если, конечно, не попадешь в грудную кость. Еще вопросы будут?
Руперт выглядел удивленным. От теории мы перешли к практике. Он учил меня наносить удар, мишенью служили все по очереди, сначала просто подходя ко мне, затем подбегая сбоку или нападая сзади. Мне было трудно привыкнуть, что лезвие в моей руке – это не скальпель, а орудие убийства. Но я неплохо справлялась.
– Не отдергивай руку в последний момент, – по требовал Руперт, глядя на мои осторожные движения. – Ты же не остановишься, если перед тобой будет настоящий противник. А если эти лентяи не сумеют отскочить вовремя, они получат по заслугам.
– Отлично! – сказала я, и когда он напал на меня, кинжал оставил дыру на его рубашке и неглубокий порез на его груди.
– Неплохо, неплохо, – резюмировал он, оценивая причиненный ущерб. – Теперь поучимся быстро вынимать кинжал.
Знай наших, снова подумала я, хотя и не представляла себе, что когда-нибудь смогу убить человека. Меня мучили до тех пор, пока я не научилась одним скользящим движением руки пробираться к кинжалу, спрятанному в чулок, вынимать его и наносить удар снизу.
– Дайте ей что-нибудь, что она сможет действительно ударить, – предложил Дугал.
Мои тренеры посовещались, и Джейми с Муртагом отправились делать чучело. Это оказался мешок, набитый чем-то упругим, по размеру примерно соответствующий человеческой фигуре. Сначала его привязали к дереву, потом бросали на меня с разных точек. Это неплохо развлекало всех участников.
Я ударила по чучелу в очередной раз, когда оно обрушилось на меня откуда-то сверху, и подумала, что у меня больше нет руки.
– Вот блин! – сказала я по-русски.
Рука до локтя онемела, я не чувствовала пальцев и не могла ими пошевелить. Кинжал я выронила от неожиданности. Все вокруг радостно хохотали. К счастью, никто не обратил внимания на вырвавшуюся у меня фразу. Как выяснилось, я попала в одну из деревяшек, которые положили внутрь, чтобы имитировать ребра. Я почувствовала, что рука на месте только после того, как Джейми подошел и осторожно размял ее.
– Если ты попадешь в ребро, ты нанесешь врагу только царапину, а сама можешь лишиться оружия, – сказал Руперт.
– И что же я должна делать, если я попала в ребро и выронила кинжал? – поинтересовалась я.
– Выхватить пистолет и пристрелить ублюдка, – ответил Дугал, снова вызывая громкий хохот.
– Тогда научите меня стрелять, – потребовала я. Ответом мне было смущенное молчание и переглядывание. Наконец Дугал сказал:
– Нет. Ничего не получится.
– Почему, собственно?
– Потому что ты женщина.
– Ну и что, что я женщина? Или только мужчины достаточно умны, чтобы спустить курок? Я очень хорошо попадаю в цель. – Я действительно неплохо стреляла в тире.
Они снова засмеялись, потом Джейми соблаговолил объяснить:
– У этих пистолетов очень сильная отдача. Когда ты жмешь на курок, он брыкается, как мул. У меня остаются синяки, но я выше и тяжелее тебя. Ты просто упадешь на спину или получишь удар по лицу. Можешь, конечно, сама попробовать, если не веришь. Но мне нравится твоя улыбка и твои зубы, хотя они слишком острые.
Пришлось смириться. Их примитивные пистолеты действительно были громоздки и неуклюжи. Их нужно было перезаряжать после каждого выстрела, к тому же они не отличались меткостью стрельбы. Мне не подходило никакое оружие. Самый маленький меч, который я с трудом смогла поднять одной рукой, весил не меньше десяти килограммов. Вряд ли я смогла бы действовать им быстро и достаточно долго для того, чтобы сопротивляться более тренированному противнику. Единственное, что мне оставалось, был кинжал, который теперь нашел свое место в моем чулке.
Муртаг, который скептически наблюдал за всем происходящим, сказал:
– Все-таки единственное женское оружие – это яд.
– Разумеется, – согласился Дугал. – Но у яда есть свои недостатки в открытом бою.
Обратный путь в замок мы проделали довольно быстро и без приключений, если не считать маленькой стычки с угонщиками скота, которые напали на нас поздним вечером, когда мы разбили лагерь на лесной полянке на землях то ли Грантов, то ли Таннеров. Руперт развлекал нас историями из жизни фэйри и прочей шотландской нечисти. Он был неплохим рассказчиком, сюжеты не повторялись и были довольно занимательны. Водяные лошади, оборотни, фэйри и просто смелые юноши и прекрасные девушки действовали так, как им и было положено.
Выслушивая очередную историю, я заметила какое-то движение вокруг. Руперт продолжал говорить как ни в чем не бывало, но все слушатели осторожно перемещались поближе к своему оружию, готовясь к нападению. Джейми отвел меня к скале и показал небольшой выступ, защищенный со всех сторон.
– Спрячься там. К тебе никто не подберется незамеченным. Муртаг будет рядом.
Я послушно забралась на скалу и стала ждать. Нападавших было немного, их основной целью были лошади и повозки. Тем не менее они нападали организованной и хорошо вооруженной бандой. Их быстро отбросили на исходные позиции, и теперь все следили за боем, который вели Джейми и Дугал с четверыми противниками, окружившими их. Они не стреляли – возможно, хотели заполучить напавших живыми ради выкупа. Джейми виртуозно рубил мечом, который он держал в левой руке. В правой у него был кинжал. У Дугала только меч, которым он размахивал с яростью, забыв об изяществе.
Один из нападавших нанес Дугалу удар, и тот на мгновение опустил меч, отступая спиной к скале. Джейми прикрывал его, отбиваясь от четверых сразу. Я прикусила губу, непроизвольно сжала кулаки и привстала на цыпочки, чтобы лучше видеть. Когда Дугал продолжил бой, по его руке стекала кровь. Теперь он тоже держал меч в левой руке. Похоже, это смущало противников, и они отступили, к моей искренней радости. Я чувствовала себя, как болельщик на стадионе, когда его команда забивает гол. Тут мое внимание привлек подозрительный шорох невдалеке от меня. Муртаг? Я осторожно выглянула из своего убежища и заметила подкрадывающегося ко мне человека. Я отступила, надеясь, что он меня не видел. Я схватила кинжал и вжалась в скалу. Сердце отчаянно билось. Шорох приближался. Я лихорадочно соображала, что делать. Если он наткнется на меня, он постарается захватить меня в плен и потребует выкуп. Помощи ждать неоткуда, все внизу, защищают своих чертовых коз и лошадей. Незнакомый шотландец подбирался снизу. Значит, нужно бить сверху, решила я и переложила кинжал поудобнее.
Я все еще не верила, что мне придется убить человека. Я была готова к нападению и все же едва не выронила кинжал, когда оказалась лицом к лицу со своим противником. Я зажмурилась и вложила в удар всю свою силу и свой вес, вонзая кинжал в его сердце. Он упал с глухим стоном, и я чуть было не покатилась вслед за ним по склону. Ухватившись за колючую ветку, я удержалась от падения.
Должно быть, стон привлек внимание Муртага. Он появился как будто из-под земли, деловито осмотрел тело и подошел ко мне.
– Ты не ранена?
– Нет. – Я заметила, что мое платье забрызгано кровью и я все еще сжимаю окровавленный кинжал. – Это не моя кровь.
Он одобрительно кивнул. Я немного расслабилась, почувствовав себя в безопасности, но кровь все еще яростно пульсировала в моих висках и сердце выпрыгивало из груди. Я только что убила человека, и меня нисколько не мучила совесть. Скорее, я ощущала эйфорию. Адреналин, констатировала я.
Бой был окончен. Все снова собрались у огня, разгоряченные и израненные. Впрочем, раны были легкими. Никакого серьезного ущерба, только пропал один человек.