Чтение онлайн

– Дочь, – женщина подошла к Реджине и обняла ее, – моя маленькая девочка, какая же ты у меня глупенькая. Ну, зачем ты… зачем? Малышка, доченька моя. Я не оставлю тебя, я всегда будут рядом, – Кора как можно сильнее прижимала к себе дочь, а Реджина также прижимала к себе маму.

– Пойдем присядем, – Кора посадила Реджину на диван и сходила за водой, присаживаясь рядом и вновь обнимая брюнетку.

Грэг не смотрел в комнату, он продолжал стоять на балконе и тихо курить. Он понимал, что как отец не должен был высказывать все дочери в лицо, но и по-другому поступить после ее поступка он не мог. Слова дочери сильно ранили отеческое сердце, что он вновь закурил, хотя делал это крайне редко и то только тогда, когда был очень расстроен.

Эмма же совершенно понимала срыв Грэга, Коры, и даже Реджины. Она понимала, что держать все в себе было крайне тяжело и это когда-нибудь да выливается наружу. И пусть при этом человек обижает тех, кто дорог. Но ведь не зря же говорится, что по-настоящему больно мы делаем лишь тем, кого любим всем сердцем.

Блондинка пришла в комнату и присела на кровать, поднимая глаза вверх и заново прокручивая свой поступок и пощечину. Она понимала и себя. Ведь ссора с родителями это настолько ненужное и жестокое, что Свон не могла просто так сидеть и смотреть. Ей стало невыносимо больно от того, что Реджина совершенно не понимает и что самое обидное не хочет понять отца. А ведь он и Кора это самое дорогое, что у нее есть. Их нужно беречь, уважать и бескрайне любить. Если бы Эмма это осознала раньше… То возможно и не среагировала так, как среагировала сейчас.

Реджина положила голову на колени матери и закрыла глаза. Ей не хотелось сейчас думать ни о чем, вновь и вновь прокручивать эту ссору с отцом, и осознавать, что Эмму в очередной раз втянули в семейные дрязги. Кора гладила дочь по голове, пропуская ее черные волосы сквозь пальцы, как почувствовала на своих плечах сильные мужские руки. Кора подняла голову и увидела сына, которого не видела полгода.

– Мам, – он наклонился и обнял женщину за шею целуя в щеку, а рукой дотянулся до руки сестры и сжал ее ладонь.

Реджина по голосу поняла, что это Эйден и даже не открыла глаз, а только сжимая руку в ответ.

– Сыночек, как ты тут очутился?

– Три года назад моя любимая сестра дала мне ключи и сказала, что всегда ждет меня, – от этих слов у Реджины покатились слезы.

– Дети мои, как же я вас люблю.

– Ты же все слышал? – послышался тихий голос Реджины.

– Да, только не понял с чего все началось. И понял, что мы с тобой будем по очереди пощечины получать, – усмехнулся Эйден, он зашел в квартиру на том моменте, когда Реджина говорила про него и остановился около двери.

– Я поговорю с отцом, – отпуская руку сестры и отрываясь от матери, сказал парень.

– Эди, не нужно пока с ним говорить. Он сейчас зол, и на тебя до сих пор тоже, так что поговори лучше с тем человеком ради которого пришел, – сказала Кора, посмотрев сыну в глаза.

– Редж, ты не против?

– Эйден, я не имею права за нее решать, так что спроси ее сам, она в спальне, – у Миллс сжалось сердце, но она так и продолжала лежать с закрытыми глазами.

Парень погладил мать по руке и пошел к спальне.

Эмма продолжала сидеть на кровати и смотреть в потолок, на стены, окно, но на самом деле в пустоту. И думать, про прошлое, настоящее и заглядывать в будущее.

Эйден замялся, ведь за этой дверью находилась его любимая девушка. Которая носила под сердцем его ребенка, малыша, которого он всегда хотел, а сейчас он даже не знает может ли он назваться его отцом. И может ли он уверенно сказать, что любит ее. Парень трясущимися руками постучал в дверь.

– Войдите, – совсем тихо сказала Эмма и опустив голову, закрыла глаза, предполагая, что это либо Кора, либо Грэг. А быть может и Реджина, которая не послушала ее и именно поэтому стучит.

Эйден приоткрыл дверь и заглянул. Он понял, что Эмма все еще его не видит. Он зашел и тихо закрыл дверь. Подходя и садясь перед Эммой на корточки, он взял ее за руки.

Почувствовав сильные мужские руки Эмма сразу подняла взгляд и в нем читалось дикое удивление вперемешку с испугом. Она смотрела на Эйдена, а внутри все переворачивалось и снежным комом наваливались совсем недавние воспоминания и переживания.

– Привет, – улыбнулся Эйден, – как дела?

– Привет, – немного потеряно ответила Эмма, вглядываясь в спокойный взгляд парня и его улыбку.

– Я понимаю, что ты удивлена, но, наверное, нам нужно поговорить, – протянул парень.

– Конечно, – Свон вытянула аккуратно свои руки из рук Эйдена и также аккуратно и медленно встала с кровати, являя взору парня свой животик, – нам нужно поговорить, – гладя живот ладонями тоже протянула блондинка.

– Ты как себя чувствуешь? Как малыш? Реджи сказала, что это мальчик. Вы хотите назвать его Эмет, – начал засыпать вопросами Эйден, – она говорила он толкается? И…

– Чувствую превосходно. Врач говорит все согласно сроку, – спокойно отвечала Эмма, – да, Реджина придумала имя Эмет и мне оно очень понравилось. Толкается, – улыбнулась наконец блондинка и как раз почувствовала толчок малыша и тут же взяла руку Эйдена и приложила на то место.

Мужчина почувствовал толчок.

– Он толкнулся! Вот еще раз, – Эйден был в восторге, – а он всегда так?

– Иногда сильнее, – улыбнулась Эмма и держала руку парня у себя на животе, отмечая небывалую схожесть его поведения и радости с Реджиной.

– Эмет, привет. Как ты там, малыш? Я твой папа, – Эйден сел на корточки и приблизился к животику Свон, продолжая гладить его рукой.

– Какие же вы все-таки… – улыбалась Эмма. Ей отчего-то сейчас было хорошо и спокойно, зная, что Эйден не злиться, а очень даже наоборот, – похожие.

Миллс поднял голову и посмотрела на Эмму.

– Прости, что все так получилось?

– За что ты просишь прощение? – приподняла брови Эмма.

– За то, что… – Эйден увидел взгляд блондинки, – ни за Эмета, ни в коем случае, – он встал, – за все то, что наговорил тогда. За то, что не понял вас, хотя очень любил.

– Забудь. И просто скажи, что простил меня, – серьезно говорила блондинка, – ты ведь простил нас? Пожалуйста, Эйден, скажи, что простил.

– Эмма, конечно простил, – парень обнял девушку, которую когда-то любил, – только, пожалуйста, будь с ней. Она тебя очень любит, наверное, ни один человек на свете не способен так любить как она.

– Я знаю. Я чувствую и вижу, – прошептала Эмма, – Эди… я… я тоже ее люблю.

– Ты наконец-то сказала, что любишь, хоть и не меня, – улыбнулся Миллс.

– Эди… – прошептала Эмма, а сама еще сильнее обнимала парня, – прости меня, пожалуйста. Я не использовала тебя, не обманывала. Мне было хорошо с тобой. Просто я… запуталась. Я не понимала, что чувствую и как больно тебе делаю. Пожалуйста, Эди прости…прости меня, – тараторила, но очень тихо Эмма, чувствуя, что ее вновь накрывает волна прошлых переживаний.