Чтение онлайн

Неловко засмеялась в кулачок, и наклонилась к Ларе.

— Это вообще кто?

Женщина была одета в светло-голубое платье с рукавом три четверти пышной юбкой и корсетом, который завязывался спереди, вышитом цветами из серебряных нитей. Ее волосы были убраны в высокую прическу, по бокам от лица вниз опускались тонкие короткие локоны.

Несмотря на легкое недоумение в ее голосе, на вид она была вполне благожелательной.

Мужчина, сопровождавший девушку, был в темно-синем бархатном камзоле, рубашке с жабо и черных брюках, которые ему несомненно шли и подчеркивали длинные и стройные ноги.

Я сразу заскучала по своим любимым брюкам с широкими штанинами. Они были такими удобными и невесомыми, не стесняли движений и выгодно подчеркивали особенности фигуры.

Лара бочком поддалась ко мне, словно заправская сплетница.

— Это леди Кларенс Сильвестри и ее жених сэр Аллан Пирс. Вы терпеть не можете эту леди и публично осуждаете ее за выбор недостойного кавалера. Мистер Пирс — глава торговой гильдии, он купил дворянский титул чтобы жениться на леди Сильвестри.

Интересно.

Значит, по мнению Флоренс, такой жених, который влюбленными глазами смотрит на свою невесту и пылинки с нее сдувает — а по виду этого Аллана и тому, с какой нежностью он держал ручку Кларенс и как осторожно поправлял упавший на личико локон — так и есть, хуже, чем брезгующий даже смотреть в ее сторону и наведывающийся в гости раз в пять лет боевик Джеймс Астер?

Я была категорично не согласна. Да любой мало-мальски воспитанный мужчина будет лучше Джеймса-моего-пока-жениха.

— Доброго дня леди Кларенс, сэр Пирс, — вежливо поздоровалась я и улыбнулась. — Как поживаете? Тоже решили прогуляться в такой погожий день?

Кларенс поперхнулась, и попыталась замаскировать свой шок за покашливание. Выходило у нее так себе. Да я по выражению ее личика видела, что она думает, что у нее начались галлюцинации.

— Ф-флоренс, кхм, ты, случаем не заболела? Температуры нет? Может, сопроводить тебя к врачу?

— Не стоит, благодарю, со мной все в порядке. Чувствую себя замечательно, — моя улыбка стала шире. — Знаешь, Кларенс, я многое обдумала и хотела бы пригласить тебя и мистера Пирса на чашку чая в кондитерскую. Если ты не против?

Махнула на двери напротив.

Вывеска у кондитерской была симпатичной, и людей, входящих и выходящих, было много. Это заведение пользовалось популярностью.

Если эта парочка и нашла мое предложение странным, то переглянувшись между собой, они решили промолчать и согласиться. Я и сама толком не представляла, что хочу сделать, но чувствовала, что поступаю верно.

— Пожалуйста, два лимонных пирожных и две чашки чая, благодарю, — закрыла меню и передала выхоленному официанту.

Аллан и Кларенс тоже сделали заказ и теперь молча смотрели на меня с одинаковым выражением недоумения на лицах.

— Прежде всего мне хотелось бы принести леди Сильвестри свои извинения. Я прошу прощения за то, что недостойно высказывалась о мистере Пирсе. Я не имею права осуждать чувства других и лезть не в свое дело. Мистер Пирс, у вас я тоже прошу прощения. Если вы того пожелаете, я готова извиниться публично.

У Кларенс буквально отвисла челюсть. Аллан же хмыкнул и перевел все внимание на невесту.

Я поняла этот жест. От решения леди будет зависеть и его собственное. Будь он хоть десять раз торговцем, этот мужчина был достойным женихом. Его чувства были искренними.

— Фло… ренс, ты изменилась.

— Люди меняются, леди Кларенс. Я просто поняла, что хочу прожить эту жизнь так, как того желаю, а не в угоду веяниям быстротечной моды или чужому мнению.

— Благодарю, — это уже официанту. — Лара, возьми. Присядь и отдохни за тем столиком и обязательно попробуй пирожное!

Повернулась к стоящей подле моего стула служанке и кивнула на второе пирожное и чашку чая. Их я заказала для нее.

— Спасибо, леди Флоренс! — пискнула девушка и быстренько смела со стола свою порцию.

— Ты действительно изменилась, — декларировала Кларенс.

Я пожала плечами.

Пусть лучше так, чем считают меня завладевшим телом Флоренс демоном.

— Знаешь, Флоренс, я с детства тебя не могла понять. Сначала думала, что ненавижу то, как ты пыталась перед всеми заискивать и боялась быть собой, высказать собственное мнение. Еще меня бесило, что наши имена похожи, но ты, в отличии от меня, совсем бесхребетная слабачка.

Оу…

Честность этой леди так и бьет ключом. Это все такие или только она?

Я переглянулась с женихом Кларенс, он выглядел немного смущенным, но показал взглядом, что все, мол, в порядке. Значит, для леди Сильвестри привычное поведение.

Не знаю, что меня удивляло больше: отсутствие у блондинки фильтра того, что можно говорить, а что нет, или данная ею характеристика на предыдущую Флоренс.

Заискивающая перед всеми, бесхребетная слабачка…

Неужели она и впрямь была такой?

Что же произошло с этой девушкой, что в памяти знакомых с нею людей при мысли о ней всплывали подобные слова?

— Однако, ты и вправду изменилась. Вроде та же, но что-то в тебе стало не так. Думала, из-за слов Женевьевы Брайт ты теперь до конца жизни будешь белить лицо и завивать волосы.

Что?!

Флоренс, из-за слов какой-то зазнайки ты…! Вот откуда у этих щипцов и пудры ноги растут!

Дурочка! Ты не должна была ничего доказывать другим.

Сейчас я относилась к предыдущей владелице тела как к ранимому и слабому ребенку, нуждающемуся во внимании и заботе. Просто не могла больше воспринимать ее образ дочери барона и аристократки.

Юное дитя, не видевшее мир за пределами неухоженного сада вокруг поместья. Малышка Флоренс…

Одна.

Она была одна. Отец вечно занят, мать — это я узнала со слов Лары — Флоренс потеряла еще в детстве, подруг нет. Жених где-то далеко и даже письмеца несчастного не пришлет (Джеймс Астер, лучше тебе не показываться мне на глаза!).

Бедный человек, не имевший возможности испытать на себе уважение, любовь, почитание, которое, очевидно, должен был получать…

Как бы мне хотелось ей помочь. Протянуть руку и вытащить ее из этих глубин отчаяния. Ведь именно это чувство толкало ее на подобные поступки. Отчаяние остаться в одиночестве, отчаяние оказаться неугодной и неприкаянной… отвергнутой.