Я – ректор? или Инкуб, дроу и толстушка
Шрифт:
– Успокойся, пожалуйста. Никто никого не принуждал. Аниринэль сама хотела быть моей женщиной. Квазаров с детства готовят к тому, что они будут жить с магами, и возможно семейными. Она была всем довольна, – ответил мне Витор, недоумевая, чего это я злюсь.
– Довольна?! Хотела?! Это ты мне рассказываешь, что она этого хотела? Ты сам мне прямым текстом сказал о том, что если инкуб выбрал партнёра, то сопротивляться нет шансов даже у мужчины, а не то что у девушки! – я кричала уже не только мысленно, от моего крика и магического всплеска взорвался вазон, стоявший недалеко от кресла.
Не желая продолжать этот разговор, я выкинула Витора из сознания и рухнула на ближайший диван. Да уж, новый мир оказался только внешне сказочным, а так вполне себе циничный и жестокий. Мне стало обидно и жалко себя до слёз. Слишком много всего навалилось на меня за последние сутки и, не выдержав напряжения, я расплакалась. Рыдать в мужском теле оказалось странным и неприятным занятием. Услышав свой первый мужской всхлип, я почувствовала какую-то неловкость. Мой папа никогда не позволял себе слабости, поэтому слышать таких звуков мне не доводилось. Блин, ну что за засада?! Даже выплеснуть лишние эмоции в этом теле нельзя.
Не успела я стереть с лица слёзы, как дверь резко распахнулась, и в кабинет с горящими бешенством глазами залетел Сейл. Дроу замер возле порога, ошарашенно рассматривая то разбитый вазон, то моё зарёванное лицо.
– Витор, ты что творишь? Я просил тебя не делать глупостей. Что это, очередная попытка самоубиться? – возмущённо спросил парень, опасливо поглядывая на меня. Видимо, плачущим инкуба он всё же не видел.
– Ты о чём, Сейл? Я никаких глупостей не делал, – ответила я блондину, вспоминая, что такого произошло, что он вернулся на шесть дней раньше, чем обещал.
– Тогда какого тёмного ты принял вызов Морра? Чёрное пламя?! Даже с квазаром это смертельно опасное заклятье, а для тебя просто… – дроу неопределённо взмахнул руками, не находя достаточно красочных эпитетов, чтобы описать моё безумие.
– Успокойся, у меня есть редкий амулет, который поможет. Я ничем не рискую, – примирительно ответила я, мысленно зовя Витора. Демон на мой призыв не отвечал, и его присутствия я по-прежнему не ощущала, что очень беспокоило.
– Какой, к троллям, амулет?! Я вместе с тобой заканчивал академию, поэтому не нужно делать из меня идиота! – от ярости дроу приблизился ко мне вплотную и встряхнул, схватив за плечи. Подлый хвост, отреагировав на близость интересного мне мужчины, потянулся к нему и огладил парня по бедру, отчего глаза Сейла из миндалевидных стали круглыми.
– Да что с тобой происходит? Ты ведёшь себя странно. Что за дамские истерики и… ты что, меня хвостом коснулся? – спросил, смутившись, парень.
– Ты о чём? – сделала я удивлённый вид.
– Да нет, наверное, показалось, – растерянно ответил Сейл и ещё раз недоумённо посмотрел на меня. А я решила отвлечь дроу и поскорее от него избавиться:
– Как ты попал сюда? Тебе же надо было срочно в Элендейл?
– Услышал от Хитаро о завтрашней комиссии в академии и воспользовался артефактом отца для переноса. Не переводи тему, Витор: я надеюсь, вся эта история с чёрным пламенем – просто чья-то неуместная шутка и ты больше не будешь втягивать себя и меня в неприятности, – строго проговорил принц.
– Будь спокоен, никаких глупостей не будет, – уклончиво ответила я. – А как же твои дела?
– К сожалению, не терпят отлагательств. Я постараюсь перенестись к тебе вечером, раз уж артефакт пока у меня, но обещай, что никаких опасных экспериментов с магией ты не будешь проводить. Боги с этим ректорством. Вот найдешь себе квазар и сместишь Морро снова, – уговаривал меня тёмный эльф.
– Конечно. Ни о чём не беспокойся, иди, – ответила я и в попытке изобразить дружеский жест неловко хлопнула парня по плечу. Принц снова с сомнением посмотрел на меня, но, видимо, торопился, поэтому, проведя какие-то манипуляции с медальоном, открыл серебристый портал и исчез в нём.
Как только портал закрылся, я начала снова что есть сил звать Витора. Не сразу, а только через час, когда я уже не на шутку испугалась, демон отозвался.
– Не кричи, я здесь, – как-то устало ответил инкуб.
– Ты где был? Почему не откликался? – набросилась я на него.
– Ты сама выкинула меня в предсмертие. Я еле сумел вернуться. Не делай так больше, пожалуйста, – попросил демон.
Это был чертовски трудный день, и мы решили отдохнуть, поэтому направились в ванную комнату, чтобы провести вечерние гигиенические процедуры. Я раз триста покраснела, пока вымыла ту часть теперь уже моего тела, которую раньше только на картинках видела в интернете. А гадский инкуб без конца поддевал меня своими идиотскими «Смелее, он не кусается» или «Сильнее, он не отвалится». Вот ведь зараза рогатая. Уснула я, едва коснувшись головой подушки.
Проснулась я рано. Вопреки моему настроению, за окном начинался солнечный погожий день. Я узнала у Витора, что сейчас в Эзвейне была середина весны, а у нас, когда я пропала, было начало зимы, ну да неважно. Через три колокола было назначено наше испытание. Сказать, что я нервничала, – это ничего не сказать: у меня дрожали руки и неприятно скручивало живот. Витор уверенности в себе не добавлял. Мне кажется, демон нервничал ещё больше меня и уже несколько раз требовал отказаться от призыва. Только природное упрямство и страх застрять в этом, не таком уж дружелюбном мире, да ещё и в мужском теле с демоном в качестве соседа, меня останавливали от малодушного решения всё же согласиться с инкубом. Время тянулось мучительно медленно, и к моменту, когда было пора отправляться на полигон, у меня дрожали не только руки, но и колени, а демон замолчал, но подливал масла в огонь своими эмоциями безысходности и смирения.
Место проведения испытания нашла я, по инструкции Витора, довольно быстро. На полигоне меня встречал почти весь преподавательский состав, а также Морро и обещанная комиссия из трех магистров в длинных мантиях с глубокими капюшонами, за которыми не было видно ни лиц, ни расы.
– Витор, давай вместе, боюсь, у одной меня точно ничего не выйдет, – обратилась мысленно я к инкубу. Демон мою идею поддержал.
Сначала мы сосредоточили усилия на том, чтобы поделить контроль над телом и не вылететь в предсмертие. Потом я наблюдала, как руки Витора проводили сложные пассы, демон шептал странные магические формулы и натягивал энергетические нити моей души. Было больно, но я резонно заметила, что здесь я только дух, а ему болеть вроде как не положено. Неприятные ощущения постепенно ушли, и я чувствовала, как энергия этого мира проходит через меня и концентрируется в руках инкуба.
Но рыжее пламя упорно не хотело соединяться с чёрным маревом смерти, и тогда я попросила, как просят живых и разумных существ. После некоторой заминки огонь дрогнул и втянул в себя тёмную дымку. Огонь действительно стал чёрным и сформировался в файербол размером с футбольный мяч. Наблюдатели ахнули. Члены комиссии подняли вверх руки, затянутые в белые перчатки, признавая испытание успешно пройденным, а мы стали понемногу рассеивать энергию и разъединять сущности. Я смутно слышала, как что-то истерично кричал Морро, но все силы были направлены на завершение призыва. От напряжения носом пошла кровь, но мы справились! Демон уступил мне контроль, но я чувствовала его ликование.
– Это невозможно! Он использовал иллюзию! Невозможно призвать Чёрное пламя без квазара! – верещал бараноголовый.
– Уважаемый магистр Морро, вы хотите сказать, что три высших магистра из комиссии по управлению магами и два десятка магистров одной из лучших академий Эзвейна не способны отличить иллюзию от энергетической сущности двух сильнейших элементов? – холодно поинтересовался грубый хриплый голос из-под капюшона.
– Что вы, лорд Манарис! Я просто поражён и высказал своё изумление. Согласитесь, непонятно, как соединить элементалей без обращения квазара к источникам магии, – лепетал Морро, злобно зыркая на меня красными глазами.