Чтение онлайн

— Я не смогу долго держать дистанцию. Пока мне нужно хотя бы пару часов побыть рядом, — с просительной интонацией, изредка сверкая глазами, сказал Мар.

— Побудь рядом, пока она спит. Только, при первых признаках пробуждения уходи, или напугаешь. И еще она отдыхает, ожидая нападения, когда я коснулась ее ночью, она подскочила моментально. Постарайся не прикасаться к девушке.

— Спасибо, — постарался улыбнуться оборотень и поспешил к своей ниари.

Мы поужинали практически в молчании. Даже гадское высочество не выделывалось, а с вполне довольной, несмотря на царапину, миной уплетал все, что ему приглянулось. Время уже было позднее, но никто не торопился уходить. За Ани пришел встревоженный Эллиас, но вместо того, чтобы увести эльфу остался вместе с ней у нас. Всей дружной компанией, мы переместились в беседку, наслаждаясь вечерней прохладой. Первой решилась нарушить тишину неугомонная Ани:

— Маша, а принц Свасейл случайно не стал твоим третьим мужем? Что он делает у вас?

Мы с гадством одновременно возмущенно посмотрели друг на друга, а потом на Ани.

— Что за дикие идеи у тебя Ани? — возмутился инкуб.

— А что? Ты же стал вторым супругом, хотя такого я даже представить не могла, — ехидно сказала эльфа.

— Все веселее и веселее, — вытянув длинные ноги, потешался принц. — Мне уже начинает нравиться мое наказание.

— А тебе не пора спать? — спросила я у Сейла.

— Ты сегодня подвергла мою жизнь опасности, так что я тоже имею право на небольшое отхождение от контракта. Я видимо что-то пропустил, но точно помню, как мы тебя хоронили, — обратился дроу к Ани.

— Представляю, как ты радовался моей кончине. Жаль тебя разочаровывать, но не дождешься, как говориться, — не скрывая неприязни, прошипела эльфа.

— Один раз дождался, что помешает мне еще немного повременить? — ехидничало гадство.

— Прекратили оба, — гаркнул Витор так, что даже мне захотелось помолчать. — Ани жива и замужем, а принц будет нашим гостем, отбывая наказание. Если это все, что вы хотели прояснить, то можете отправляться каждый к себе. Сегодня был долгий и трудный день, мы все устали, а Маше нельзя нервничать. И не советую вам обоим об этом забывать, особенно тебе Сейл.

Дроу понятливо кивнул, задорно подмигнув мне перед уходом, что не осталось незамеченным моим ревнивым оборотнем. Боги этого мира и моего, дайте мне терпения!

Прошла неделя с тех пор, как мы вызволили Алиру от Морро. Первые пару дней девушка настороженно приглядывалась к нам всем, но постепенно оттаяла. Мы с ней и Аниринель сходили в гости к Ириде и ее чудесным внукам, накупив кучу подарков, заказали ей гардероб и даже посидели вечером в кафе. Вообще Лира оказалась почти такой же непоседой, как и Аниринель. Теперь понимаю, почему за столько лет бараноголовому демону не удалось сломить ее волю.

За нами молчаливой тенью везде следовал Мариус, как бы невзначай подавая руку, открывая дверцу или ухаживая за столом, хитрый оборотень очень скоро втерся в доверие к Алире настолько, что она согласилась отправиться с ним в столицу, для решения неотложных княжеских вопросов, которыми все это время мужественно занимался мой старший супруг. Витор вместе с принцем уже достраивали большой гостевой дом, поэтому с инкубом мы почти не встречались. Вот и скажите, зачем мне два красавца мужа, если я их все равно не вижу?

Утром все гости, наконец, покинули наш дом. Принц, отправился на заслуженные выходные в Эленделл. Мар, осторожно, но крепко обнимая Лиру, ушел порталом, а авантюристка Ани, схваченная уже порядком доведенным Эллом, отбыла, наконец, к себе домой.

Пару часов я убеждала себя, что наслаждаюсь одиночеством, но потом окончательно скисла. Регар еще не вернулся, видимо передает дела брату, а демона я вообще сегодня не видела.

Решив если не обидеться, то хотя бы немного подуться на своих мужчин, я отправилась на кухню, но там меня ждал сюрприз: инкуб в моем фартуке с рюшами, надетом поверх брюк и белой рубашки, что-то напевая себе и забавно дергая в такт хвостом, как примерная хозяюшка, занимался готовкой. И как на такого обижаться? Не сдержав нежности, подошла сзади и обняла мужчину за талию, отираясь лицом ему о спину. Вит вздрогнул и резко развернувшись, заключил меня в кольцо своих сильных рук, не давая ретироваться.

— Я тоже скучал моя сладкая, — томно проворковал наглый демон и нежно, едва касаясь губами, поцеловал. После бесконечной нервотрепки и более чем недельного воздержания, мне этой ласки было катастрофически мало. Я сама потянула инкуба на себя, углубляя поцелуй. Губы Витора были сладкими и податливыми, демон, боясь спугнуть удачу, уступил инициативу мне. Недостаток опыта в этой науке, я старалась компенсировать страстностью натуры, и мы сильно увлеклись. Очнулись от раздраженного покашливания Рега.

— Вижу, что тебе было некогда скучать, — ревниво произнес мой старший муж и демонстративно ушел наверх.

— Витор, — хотела извиниться я, но инкуб закрыл мне рот быстрым поцелуем, крепко сжал в объятиях, а потом отпустил и сказал:

— Иди к нему.

Когда я поднялась наверх, мужа в спальне не было, но из ванной комнаты слышался плеск воды. Зайдя в ванную комнату, я залюбовалась своим оборотнем. Тем как его мускулы перекатываются под загорелой кожей, струи воды соблазнительно огибают всю эту мощь и красоту. Мой ревнивец наверняка знал, что я за ним наблюдаю, но не только не торопился, но и старался принять наиболее соблазнительные позы, демонстрируя мне себя. Я так по нему скучала, что, забыв про обиду на несправедливое обвинение, скинула свое платье и белье и присоединилась к этому хитрому искусителю.

Через час, когда страсти улеглись, я все же решила поговорить с мужем.

— Зачем ты так? Ты ведь прекрасно знал, что ничего, кроме того поцелуя не было.

— Не было только потому, что я пришел, а если бы нет? Ты готова его принять?

— Я не знаю, мне некогда было об этом задумываться, но рано или поздно это должно произойти. Я не смогу игнорировать его вечно, да и не захочу, — честно призналась я. Рег прикрыл глаза, но ходящие ходуном желваки мужчины, выдавали степень его раздражения.

— Я знаю и постараюсь себя сдерживать, — с трудом выдавил из себя Рег.

*****

С того дня прошло уже почти три месяца, а в нашей семейной жизни так ничего и не поменялось. Я все чаще себя ловила на мысли, что скучаю по инкубу и он, в свою очередь, всячески старался идти на любые уступки, лишь быть ко мне ближе, но демон ревности Регара показывал свое лицо. Вообще о том, что старший муж старается себя сдерживать, я слышала только на словах, а фактически, каждый раз, когда Вит, приближался ко мне не с бытовыми вопросами оборотень выходил из себя, заставляя меня чувствовать вину перед ним. Я устала. Устала ощущать себя виноватой, понимать их обиды и обходить острые углы. Тысячный раз я пожалела, что малодушно уступила тогда, в лесу, когда Регар предложил наш тройственный союз. В итоге я имею любимого мужа, сходящего с ума от одной мысли, что я буду принадлежать не одному ему, и второго, уже не менее любимого мужчину, который молчаливо мучается, пытаясь найти свое место в нашей семье.

Гадский принц помирился с Витом и всячески его поддерживал, не претендуя на мое внимание. Их пикировки с Ани становились все более редкими и вялыми, теперь мы дружески болтали все вместе, иногда со смехом вспоминая курьезы моего пребывания в теле инкуба.

Моя беременность развивалась своим чередом, не мучая меня ни токсикозом, ни вкусовыми извращениями, по крайней мере, пока. Правда сегодня с утра меня изводит непонятная жажда. Свое состояние кратко могу охарактеризовать так: кого хочу, не знаю, чего знаю, не хочу. Я уже погрызла все фрукты из стазисного шкафа, дегустировала разные напитки, практически изнасиловала утром Рега, но все равно не могла найти себе места. Чтобы отвлечься от своего странного «кислородного голодания» занялась лепкой пельменей на всю нашу большую компанию, и заодно под монотонную работу, почти не требующую умственных затрат, размышляла о своем незавидном положении одной жены на двоих. Вообще-то я сейчас должна была пойти к Ириде, чтобы помочь ей устроить праздник единения Алиры и Мариуса, но утром пришло сообщение, что эта беспокойная парочка поссорилась и Лира категорически отказывается от всяких торжеств, поэтому я осталась дома. Увлеченно вылепливая трехсотое хлебное ушко, я услышала громкие голоса моих спорящих мужей: