Чтение онлайн

Мужчина взял его в руки, развернул и ахнул.

— Это же почерк Сэл! — и спустя минуту продолжил. — Этот препарат должен помочь, но здесь есть компонент, который, боюсь, лишит видящую способностей.

"Она всё знала", — сжались мои кулаки.

— Подготовь всё, и пока меня нет, будешь следить, чтобы она принимала таблетки. Иначе, голова полетит с плеч.

— Будет исполнено, мой повелитель, — склонил голову старик.

— Иди.

И когда лекарь вышел из комнаты, обратился к Саше.

— И как давно ты знала? Ах, да, старушка Сэл! Значит, с лета. Почему ты ничего не сказала?

— Ты сам неоднократно говорил, что моя ценность в даре предвидения. Знала, что если начну лечение, то способности исчезнут. Я же, как ты сам сказал сегодня, беспомощная. Как бы мне удалось так долго прожить без твоей защиты. Не думаю, что ты обратил бы на меня внимание, не будь у меня дара.

Всё это она проговорила с пустым взглядом. И эта пустота злила даже больше недосказанности, что, оказывается, висела между нами.

— Дура, — выдохнул я, а затем развернулся и пошёл на выход.

И только вслед мне донеслось тихое:

— И не поспоришь. Поэтому я и ушла в Лерон…

Саша

К вечеру пришёл лекарь и принёс таблетку. Под чутким контролем я её выпила. Тревога так и не покинула моё тело, поэтому приняла ещё и успокоительное.

На душе было гадко. Чувство вины только усугубляло и так шаткое состояние. Но в то же время разум говорил, что в произошедшем нет моей вины. Я просто всеми силами хотела выжить.

На следующий день на рассвете весь замок вышел, чтобы проводить своего правителя в опасный поход. Я же осталась в своей комнате. Не хотела видеть Аида. Обида и на мужчину, и на ситуацию поселилась внутри.

Князь с самого начала очертил границы наших отношений. Он предоставляет мне защиту, я использую дар во благо Тамира. Варианта просто спокойно жить не было. С другой стороны, когда я каждой клеточкой тела чувствую надвигающуюся опасность, он упёрся рогом и ушёл в глухую оборону. Но стоило вскрыться болезни, он разозлился.

"Ненавижу строить отношения. А эти заведомо были обречены на провал", — подумала, сидя на краешке ванной.

Я ждала, когда гул с улицы стихнет, и рыцари покинут замок вместе со своим хозяином. Желание проводить их всех ломало меня. Скорее всего, это была последняя возможность увидеться с ними. Но было страшно встретить холодный взгляд полный презрения. Вчера я умерла в глазах Аида. Поэтому пусть всё останется, как есть.

— Они уехали, — произнесла Хель, входя в мою спальню.

Я же всё-таки не выдержала. И сейчас стояла у окна, сквозь тюль наблюдая за отдаляющейся армией.

— Почему ты не спустилась? — с участием спросила девушка.

— Боюсь, он не хочет меня видеть.

Внутри был штиль, пустота. Тревогу погасили таблетки, а буйные мысли я сама спрятала глубоко в сознании.

— Ты ошибаешься. Поверь, я достаточно долго его знаю, чтобы…

— Мы не будем о нём говорить, — жёстко отрезала я, — вчера он сказал всё, что хотел. И ему не хватило смелости принять мои предупреждения. Поэтому с этого момента Аид сам по себе. Будем надеяться, что удача, которая сопровождала его до сих пор, не покинет и в этот раз.

Саша

— Папа сказал, что ты опять заболела, — смотрели на меня большие глаза.

Кара пришла ко мне в гости. Я не желала никого видеть, хотела остаться в одиночестве, чтобы спокойно обо всём подумать, принять необходимые решения или полностью спихнуть себя в депрессивное состояние. Но отказать рыжику не получилось. Её командирский характер подчистую погасил мои протесты.

— Я в порядке. Старичок поет меня таблетками, поэтому мне уже не больно.

— Тогда почему ты такая грустная? — девчушка залезла ко мне на кровать. — Поссорилась с князем? Он тебя обидел? Пусть только приедет! — погрозила она кулаком в окно. — Я ему устрою взбучку!

— И откуда ты такого нахваталась? — растерянно покачала головой. А потом сообразила, что так высказывалась в адрес Аида только я. Не зря говорят, что дети всё впитывают как губки. — Кара, поосторожнее с выражениями. Тебе в Тамире ещё жить.

— Ну и что? Насколько бы не был велик статус человека, он не должен никого обижать! — продолжал протестовать ребёнок.

Я слабо улыбнулась на её слова и погладила кучерявые волосы.

— Не вини князя. Он делает всё, чтобы жители Тамира могли жить в мире. Перед его отъездом мы поругались, мне грустно, что нам не хватило времени разрешить недопонимание. Я боюсь, что он может не вернуться… — прошептала последнюю фразу.

Кара подползла поближе и обняла меня за шею.

— Не переживай, — так же, как и я мгновение назад, она погладила меня по голове, — Великий князь очень сильный. Он победит, вернётся, и ты сможешь рассказать о том, что чувствуешь.

Сама не заметила, как из глаз потекли слёзы.

"Как эта маленькая девочка может вести себя настолько по-взрослому?"

Дни шли, с фронта пришли вести о первой победе. Я же пребывала в подвешенном, вегетативном состояние. Спала, через силу ела, принимала лекарство, что приносил лекарь. Миру и Хоша Аид оставил охранять меня. Или следить, чтобы я не делала лишних движений.

Я не встретила ни понимания, ни поддержки. Только глухая жалость. Ведь после того, как распространилась новость о болезни и о последующей потере дара, мой статус теперь находился под большим вопросом, ответ на который мог дать только Великий князь.

Временами заходила Хель, стараясь обелить своего хозяина в моих глазах. Заглядывала Лиана, которая жутко переживала за мужа, который на этот раз отправился на фронт. Это очень сильно сказалось на её и так слабом здоровье. Надеюсь, что ребёнок, сидящий у неё в животе, хоть вполовину такой же сильный как и его отец.

Единственной отдушиной стала маленькая Кара, которая прибегала ко мне практически каждый день после уроков. Пару раз ей удалось вытащить меня на прогулку.

Близился конец февраля. Морозы отступили, снег потихоньку начал таять. Мы слепили из слегка подтаявшего снега семью снеговиков, сделали с десяток ангелов на сугробах. Оказывается так на Дрике ещё не развлекались.