Чтение онлайн

Парочка внизу заволновалась. Их насторожил произведенный шум. «Так не годится, надо взять себя в руки», — успокаивал я себя. Наконец, раздался щелчок клавиши на транзисторе и быстрый топот ног. «Значит, ушли. Пора и мне» — решил я, и в последний раз посмотрел во двор дома.

То, что я увидел там, меня несколько удивило. В одном из окон горел свет, а женщина стояла во дворе и что-то делала у плиты. Во дворе по-прежнему никого не было видно.

«Странное дело, — третий час ночи, а она что-то готовит. Может быть, для ребенка подогревает. Да, наверное! — успокоил я себя и, еще немного посидев, направился к выходу. Волновало меня одно: неужели Криворук навел на ложный след. Нет, этого не может быть. Не такой он человек. Значит, просто Короля сегодня здесь нет. Надо будет завтра же этот адрес передать Кирееву, пусть узнает все поподробнее о жильцах этого дома».

Удаляясь от школы и, нащупав веревку в кармане, я подсмеивался над собой: «Ну, что, связал Короля? Как бы не так! В герои хотел выйти? Кустарь-одиночка — больше ты никто. Вот теперь топай через весь город к себе на Тезиковку, до которой километров пятнадцать — не менее». И я приготовился к этому: встретить машину ночью почти невозможно, разве только там где-нибудь, в центре города, а туда все равно пешком километров пять. И меня осенила мысль: «А что, если зайти в какое-нибудь отделение милиции и показать удостоверение курсанта, которое было со мной, может быть, подбросят на чем-нибудь до дома. Пожалуй, так и сделаю», — решил я и ускорил шаг.

Пройдя метров триста или четыреста, я увидел мужчину, идущего мне навстречу. Он тоже, как и я, шел посередине дороги, но заметив меня, почему-то свернул на тротуар.

«Может быть, боится», — решил я. Подойдя ближе, я увидел плотного, среднего роста человека, и мне было немного непонятно, почему он все время шел по теневой части тротуара. Его поведение меня заинтересовало. «Эге-е, ну-ка я сверну к нему на тротуар».

Увидев меня перед собой, он вдруг остановился и исподлобья посмотрел своими прищуренными глазами, взгляд которых показался мне знакомым.

— Ну, ты, сойди с дороги, — услышал я хрипловатый голос.

А я с видом, что ничего не замечаю, продолжал идти навстречу. По мере моего приближения незнакомец ссутулился, втянул голову в плечи и приготовился, словно бык, к бою. Внутренне собрался и я.

— Сделай еще шаг, и я отправлю тебя на тот свет, — уже рявкнул он, остановившись.

Передо мной стоял Король. Сомнений не было: этот прищур глаз и блеснувший только что золотой зуб подтвердили мои предположения.

— Король, не гоже своих так встречать, — как можно спокойнее произнес я.

На мгновение с лица Короля исчезла звериная маска, и он с удивлением посмотрел на меня.

— Ты чей, фрайер? — настороженно спросил он.

Дальше игру я продолжать не мог, что ему ответить — не знал, но только было ясно одно — время я успел выиграть.

Подойдя к нему ближе, я, доставая курсантское удостоверение, сказал: «Ты арестован. Я из милиции...» — и тут же получил сильный удар кулаком в живот. «Надо действовать», — мелькнула мысль, и я бросился на Короля, схватил его за руку, стараясь применить болевой прием, но не смог. Полученный удар ослабил мои мышцы, но я не сдавался. Король вырывался и тянул меня за собой на дорогу. У арыка мы упали на булыжную мостовую и, не отпуская друг друга, катались в пыли.

Все это время Король рычал, матерился, и даже плевался, изловчившись, он раза два или три ударил меня кулаком по лицу. Но мне все же удалось ухватить его за руку поудобней, и я стал заворачивать ее ему за спину. Король взревел, почувствовав, что от этого приема ему не уйти. Вот он, уже будучи совсем прижатым лицом к земле, сделал рывок и нанес мне второй рукой в бок сильный удар, от которого у меня что-то хрустнуло внутри, и я стал терять сознание.

Превозмогая боль, я перекинул его через себя, не отпуская руки с «болевого». Король, падая, сильно ударился головой о дерево у дороги и, видимо, потеряв сознание полетел в арык, увлекая меня за собой. Вскочив на ноги, я схватил Короля и что было силы потащил его из арыка на мостовую. Король был весь в тине, вокруг него образовалась целая лужа, которая ручейками растекалась по дороге. Я услышал какое-то клокотание в его груди. «Значит, ты жив, голубчик! Только грязи наелся и водички напился. Ну, ничего, полезно тебе», — и я даже улыбнулся. «Вот ведь как пришлось встретиться с тобой, Король, не всегда тебе выходить сухим из воды», — произнес я вслух.

Вдруг я услышал где-то вдали рокот мотоцикла, который быстро приближался. Это был милицейский патруль, он тут же передал по рации о случившемся дежурному по городу. Пока ждали машину, Король пришел в себя и, сев на мостовую, время от времени встряхивал головой, с удивлением посматривал на окружающих его работников милиции, силясь что-то вспомнить.

— Да, да, все кругом свои, — иронически произнес один из работников милиции и, подойдя к Королю, начал его обыскивать.

— А ну, повернись. Это что у тебя? — уже настороженно произнес он и, к моему удивлению, извлек из кармана обыскиваемого пистолет.

— Пистолет? — невольно вырвалось у меня.

— Да, пистолет, — задумчиво произнес он, подбрасывая оружие на ладони.

— Твое счастье, что он не заряжен. Наверное, не было патронов. А то бы... — и он, покачав головой, со злостью посмотрел в спину стоявшего Короля, — у таких, как этот, рука бы не дрогнула.

Король, не оборачиваясь, что-то буркнул себе под нос, но я не расслышал его из-за шума подъехавшей машины.

Приехавший на машине старшина, узнав, в чем дело, и, посмотрев в мою сторону, одобрительно улыбнувшись, сказал: «Сработано что надо! Молодец!» Затем надел Королю наручники и посадил его в машину.

— Курсант, а ты чего стоишь? — обратился он ко мне. — А ну, прыгай в машину!

А я не то, чтобы прыгать — шевельнуться не мог от сильной боли в груди. Ноги подкашивались, голова гудела, и я боялся сделать шаг вперед, чтобы не упасть.

Спрыгнув на землю и взглянув на меня, старшина вдруг сказал:

— Э-э-э, брат! Да ты, оказывается того... А мы-то и не заметили. А ну, ребята, — обратился он к мотоциклистам, — быстренько его в госпиталь.

Меня тут же осторожно, взяв под руки, посадили в коляску, и мотоцикл, набирая скорость, урча, поехал по улицам ночного города.

Ярко горели на столбах огни. Я раньше их такими не видел. Вот они вдруг вытянулись в длинную огненную ленту, а затем заходили кругами у меня перед глазами. «Зачем здесь такие большие круги?» — не понимал я. А огни все кружились и кружились...

Было теплое апрельское утро. Я в палате лежал один и наблюдал, как за окном колышутся серебристые верхушки тополей, и видел чистое, бездонное, голубое небо. Такое голубое, каким оно может быть только в апреле.

Прошла, кажется, целая вечность, как я нахожусь в этой маленькой, в две больничные койки, палате. Когда меня в ту ночь привезли на мотоцикле и оставили в госпитале, я и не предполагал, что придется пролежать здесь более трех недель.

— У вас перелом двух ребер, молодой человек, — сообщил мне на обходе седовласый майор, и как бы для убедительности стал просматривать на свет негативную пленку, поданную ему медсестрой. — Что же вы позволяете ребра вам ломать, — говорил он, прослушивая меня, — не гоже, не гоже, молодой человек. Бандитов много, а вы один...