Чтение онлайн

Меж тем, осознав, что в самом деле могу случайно активировать какой-нибудь артефакт, я осторожно поставил посох на место. Впервые за всё время моего существования в этом костяном теле я почувствовал нечто, похожее на… холодное удовлетворение. Не просто расчёт, не страх быть пойманным, а острое, почти осязаемое чувство открывшихся передо мной возможностей. Я методично обходил стойки, но это был не праздный осмотр. Это была инвентаризация арсенала для грядущей войны. Я брал в руки тяжёлый рыцарский меч, оценивая его баланс, и делал несколько медленных, выверенных взмахов, проверяя, как он лежит в костяной руке. Затем откладывал его и брал изящный посох, инкрустированный кристаллами, чувствуя, как по пальцам пробегает лёгкая дрожь магической энергии — ещё один инструмент, ещё один вариант.

«Кем же я был? — пронеслась в голове аналитическая, отстранённая мысль. — Воином? Магом? Вряд ли. Мои знания об этих архетипах были на удивление структурированы, но поверхностны, словно я изучал их по учебникам, а не на практике».

Эта мысль не пугала. Наоборот, она приносила странную, холодную ясность. Моя прошлая жизнь, кем бы я ни был, дала мне теоретическую базу. А этот мир, реальный и смертельно опасный, стал полигоном. Правила здесь были жестокими, но понятными. Я не знал, откуда приходили эти обрывки воспоминаний, но здесь, в этом тёмном особняке, всё было иначе. И это давало мне шанс.

Эта ночь, проведённая в тайном изучении арсенала моего врага, была не просто подготовкой к побегу. Это был первый настоящий глоток свободы. Свободы знания. Я не был больше программой или рабом. Я был тем, кто заглянул за кулисы силы Хозяина, оценивая не оружие, которое я мог бы использовать, а угрозу, которую оно представляло. Я изучал каждую деталь, чтобы быть готовым к настоящей борьбе. Борьбе, которая будет вестись по моим правилам.

Прошло не меньше трёх часов, прежде чем я закончил свою тайную инвентаризацию. Каждый меч, каждый кинжал, каждый арбалетный болт был осмотрен, оценён и мысленно каталогизирован. Я действовал с холодной точностью машины, возвращая всё на свои места с дотошностью, которая не вызвала бы подозрений даже у Хозяина. Последний меч лёг на стойку, не оставив и следа моего прикосновения.

Я вышел из оружейной, и тяжёлая дверь закрылась за мной с глухим, довольным стуком. Ключ, холодный и тяжёлый, вернулся на свой ржавый гвоздь за гобеленом. Моя миссия была выполнена. Теперь я знал, чем смогу вооружиться, когда придёт время.

Снова взяв в руки швабру и ведро, я вернулся в главный коридор, чтобы наверстать упущенное, сфальсифицировать достоверное алиби. Скрип мокрой тряпки по каменным плитам вновь стал единственным звуком в этом застывшем во времени особняке. Я снова был идеальным слугой, безмолвной тенью, скользящей по залам, чтобы приготовиться к моменту, когда этому придёт конец.

Какое-то время спустя, проходя мимо спальни Хозяина, я вдруг замер. Тишину пронзил низкий, но настойчивый мелодичный звон. Он исходил не из его комнаты, а откуда-то снаружи. И в тот же миг я почувствовал его через Сеть. Это был не приказ, а чистый информационный сигнал, помеченный как «Внешний вызов: Главные ворота».

Стоп. Похоже, моя интеграция в системы особняка куда глубже, чем я предполагал. Нужно уделить изучению Сети максимум внимания. Сам факт, что у меня есть доступ к таким функциям, — это не просто ценная информация. Это серьёзная уязвимость, которую Хозяин оставил по ошибке или из-за своей самоуверенности. Это всё равно что дать тостеру доступ к управлению дверными замками и камерами наблюдения. А у тостера не должно быть никаких доступов, выходящих за рамки функции поджаривания хлеба. Это готовый бэкдор для вторжения! И я ни за что не собирался упускать эту возомжность! Чтобы не значил этот «бэкдор»…

Поверить не могу, что кто-то всерьёз мог допустить настолько банальную ошибку, но так оно и есть. Однако это будет позже, как подвернётся реальный шанс.

Прозвучавший звон, очевидно, был достаточно громким, чтобы разбудить и мёртвого. И он разбудил. Тремя секундами спустя из-за двери спальни донёсся грохот, словно что-то тяжёлое смахнули со стола, а затем — яростное, приглушённое рычание, в котором угадывались отборные проклятия.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. На пороге стоял Хозяин. Даже скрытый балахоном, он излучал волны чистого, нефильтрованного гнева. Не выспавшийся, разбуженный в самый неподходящий момент, он был похож на разгневанного бога, готового испепелить мир. Не говоря ни слова, он стремительно направился к главному выходу.

Я, не прекращая методично тереть пол, последовал за ним на почтительном расстоянии, но не успел сделать и десяток шагов, как Хозяин уже скрылся за поворотом коридора. Тогда, сверившись с картой особняка, я быстро определил лучшее место для наблюдения — высокое окно в главном холле с видом на парадный вход.

Оттуда я и увидел причину переполоха. У ворот стояла роскошная, вычурная карета из чёрного дерева, запряжённая парой существ, похожих на гигантских ящеров с дымящимися ноздрями. Рядом с каретой, переминаясь с ноги на ногу, стоял человек. Он был одет в дорогой, идеально сшитый деловой костюм, но вся его поза выдавала крайнее напряжение.

Вскоре из особняка вышел и сам Хозяин. Он неспешно подошёл к гостю, и между ними завязался разговор. Сквозь толстое стекло я не мог разобрать слов, но видел напряжённые жесты и чувствовал нарастающее в воздухе давление. И тут Сеть снова дала о себе знать. Задача на уборку была отменена. Вместо неё появилась новая, предельно ясная:

[Доставить «Хозяину» из «Рабочего кабинета» объект «Договор на оказание услуг».]

Прямо к моим ногам упала очередная возможность, благодаря которой я даже смогу оказаться в самой гуще этих событий. Не теряя ни секунды, я развернулся и, сохраняя механическую походку, направился в кабинет. Карта в моей голове вела меня безошибочно. Нужный документ лежал на самом видном месте, на заваленном свитками столе. Схватив его, я поспешил прямо во двор.

Я подошёл к Хозяину, который уже стоял на крыльце лицом к лицу с гостем, и молча протянул ему договор. Хозяин выхватил его, даже не взглянув на меня. Я же застыл позади и чуть сбоку, превратившись в часть архитектуры. Теперь я мог слышать всё.

— Вот, — прорычал Хозяин, швыряя свиток в руки «Делового человека». — Можешь засунуть это своему боссу туда, где солнце не светит. Денег нет.

— Но, господин Костяной Алхимик… — начал было гость, его голос дрожал, несмотря на попытку сохранить самообладание. — Проценты капают. Исаак Гольдштейн никогда не прощает, если кто-то вынуждает его терять деньги. Вы знаете, могут быть последствия…

«Костяной Алхимик… Исаак Гольдштейн…» — имена отпечатались в моей памяти. Кажется, фамилию «Гольдштейн» я уже слышал совсем недавно… Ах, точно, в рекламе по радио. Всё сходится, должно быть, какой-то местный ростовщик. А «Костяной Алхимик», похоже, прозвище моего Хозяина в этом месте.

— Деньги будут, когда я выполню этот заказ. А выполню я его когда сам того захочу, — отрезал Хозяин. Его голос был тихим, но от этого ещё более угрожающим. — А твоему Гольдштейну передай, что если он ещё раз посмеет меня будить после работы, я лично позабочусь, чтобы черепушки всех его зарвавшихся слуг отправились назад в разноцветных подарочных коробочках. А теперь убирайся с моей земли.

«Деловой человек» побледнел. Он торопливо сглотнул, низко поклонился и, пятясь, бросился к своей карете.

— В-вы… Вы пожалеете об этом! — выкрикнул он уже из окна, прежде чем ящеры, хлестнув хвостами, сорвались с места.

Хозяин смотрел им вслед, пока карета не скрылась за поворотом. Затем он медленно развернулся. Я ожидал взрыва ярости, но вместо этого он лишь устало вздохнул.

— Жалкие поберушки, — пробормотал он себе под нос и, не обращая на меня никакого внимания, поплёлся обратно в свою спальню.