Чтение онлайн

— Пашка, скорее, опоздаешь! — крикнула она в сторону выхода из кухни, хмуря тонкие брови. Брат постоянно норовил поваляться в постели чуть дольше положенного, но именно сейчас это злило девушку, как никогда.

— Иду я, иду! — крикнул в ответ Павел, который, судя по голосу, был раздражён не менее сестры.

Люда набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула его равномерными медленными порциями. Причину своего волнения она не понимала, но осознавала, что оно исчезнет только тогда, когда девушка очутится возле той самой двери. Людмила поднялась из-за стола и вышла на балкон, чтобы не выплеснуть на брата все те эмоции, которые были внутри.

Солнце уже поднялось высоко, несмотря на ранний час, возвещая о том, что скоро в свои права вступит лето, а пока девушка вдохнула прохладный воздух, радостно улыбаясь сама себе. Приятно чувствовать зарождение чего-то нового, когда это так тесно перекликается с твоими внутренними ощущениями.

— Люсь, ей-богу, ты мёртвого из могилы поднимешь, — пожаловался Павел, вышедший на балкон с чашкой кофе и сигаретой. Девушка поморщилась, — брат не изменял своим утренним привычкам. — Думал, хоть сегодня посплю чуть дольше.

Люда помахала в воздухе ладошкой, когда её окутал дым только что прикуренной Павлом сигареты.

— Ты каждый день так думаешь, — парировала она, облокачиваясь на перила балкона, — Но сегодня не тот случай. Отец очень надеется, что ты поступишь в институт с первой попытки, ты помнишь об этом?

Она не смогла сдержать улыбки при виде того, как лицо брата приобретает кислое выражение. Пашка с гораздо большим воодушевлением устроился бы на работу, где не особо требовались мозги, и забыл бы об учёбе до конца своих дней.

— Помню-помню, — пробурчал он, с шумом отхлёбывая из чашки кофе. — Неохота тратить на это такой чудесный день, сегодня наконец-то не идёт дождь.

Люда улыбнулась ещё шире, при упоминании о дожде машинально взглянув на часы. Почти восемь утра. Это значит, можно смело ехать к Паше в институт, а следом — сразу к Руслану. Скорее всего, она приедет гораздо раньше оговорённого времени, но это будет неважно, — лишь бы не бездействовать сейчас.

— Едем, тунеядец, — беззлобно поддразнила она брата, возвращаясь с балкона в кухню, и услышала, как тот идёт за ней, что-то недовольно бурча себе под нос.

Девушка вышла из машины, оставив ту неподалёку от дома Руслана, и неспешно зашагала по тротуару, не обращая внимания на редких прохожих. Если уж признаться самой себе, то подобного рода чувства, которые она сейчас испытывала к совершенно незнакомому человеку, были для неё нехарактерны. Быть может, когда-то давно, будучи пятнадцатилетней девчонкой, она и испытывала нечто похожее, но давно уже забыла, каково это.

И вот сейчас она медленно шагает по улице, наслаждаясь тёплым днём, а в памяти то и дело всплывают глаза почти что синего цвета. Которые ничего не видят.

Или всё-таки видят? И ей вчера просто привиделось то, что мужчина слеп? До чего же в глупое положение она попадёт, если её предположение будет неверным! И в то же время, этот его странный мир, в который она вчера попала, так сильно влёк её, что она ничего не могла с собой поделать. Подумать только! Аромат дождя…Она ни разу не задумывалась о нём именно в таком контексте, а сейчас поняла, — все эти образы, что вчера описал Руслан, были в её голове. Просто она никогда не думала о том, что они относятся к запаху дождя.

Людмила помотала головой, понимая, что она уже дошла до подъезда Руслана, при этом обнаружила это только сейчас. До назначенной встречи оставалось ещё двадцать минут, а проклятые стрелки часов совершенно не желали двигаться хоть с какой-нибудь приличной скоростью.

Люда сложила руки на груди, раздумывая о том, не прийти ли к Руслану чуть раньше положенного времени, и только решила набрать код домофона, как что-то необъяснимое заставило её повернуть голову вправо.

Прямо по подъездной дорожке к парадному шёл Руслан, постукивая перед собой тростью и проверяя свободен ли путь. Девушка сделала глубокий вдох, отступая в сторону, в надежде на то, что она останется незамеченной. Внутри всё горело огнём от увиденного, — она оказалась права, мужчина и вправду слеп, но вот почему это так сильно взволновало её?

Она стояла, не шевелясь, наблюдая за тем, как он подходит ближе, а когда мужчина поравнялся с ней, замерла, не в силах сделать вдох. Руслан остановился, застывая на пару секунд подобно каменному изваянию, а потом медленно повернул голову в её сторону и сделал глубокий вдох. Его удивительные синие глаза остановились на её лице, будто мужчина видел её и хотел обмануть всех, притворяясь незрячим, а потом красиво очерченных губ коснулась открытая улыбка.

— Доброе утро, Люда, — произнёс он опешившей девушке, и после добавил, — Я так рад, что ты пришла…

Руслан

Он знал, что от подъезда до магазина ровно тысяча сто семнадцать шагов, четыре поворота, через определённое их количество, и две дороги, на которых нужно быть очень осторожным.

Он знал, что часть пути нужно делать вдоль дома, шагая в тени, а потом — по солнечной стороне, потому что лучи попадали на кожу, грея её.

Руслан знал, что через пятьдесят семь шагов он достигает лавочки, на которой обычно весной и летом сидит Мария Петровна, старушка из соседнего подъезда, с которой он всегда здоровался, а она в ответ называла его «милком» и «касатиком».

Это был абсолютно обычный для него мир и абсолютно привычный уклад жизни, в котором он существовал двадцать семь лет.

И который вчера так странно расширился до каких-то непередаваемых границ, едва он почувствовал аромат дождя, исходящий от Людмилы. О, нет! Это не были определённые ноты запаха, которые бы можно было с чем-то сравнить. Это было то, чего он так долго ждал, вспышки чувств от одного только нахождения её рядом с ним.

Всю прошедшую ночь он не спал, сидя у раскрытого настежь окна и вдыхая запах, доносящийся с улицы. И размышляя о том, что будет, если Люда не придёт утром. В его жизни почти не было женщин, он просто не позволял себе что-то большее, чем небольшая интрижка. Руслан так и видел перед собой их жалостливые выражения лиц, которые они даже не пытались скрыть. И правильно делали, ведь он был ущербным.

О! Как часто он мечтал потерять возможность двигаться, лишь бы только Господь вернул ему тогда, в тот злополучный день, способность видеть. Но, наверное, так думает каждый инвалид, что кому-то повезло больше, и он готов оказаться на его месте.

Вчера, когда он рассказывал девушке о ней же самой, ему нестерпимо хотелось, чтобы она поняла его. Поняла, что он говорит о её аромате, о её коже. И в то же время он так отчаянно боялся, что это напугает её, и она никогда не вернётся к нему.