Чтение онлайн

Снайперское движение в Приморской армии пошло с реки Прут, в 25-й Чапаевской дивизии. Служил в те дни младший лейтенант Василий Ковтун, который перед войной кончил снайперскую школу. Когда на Прут пришло первое пополнение, мы, сверхметкие стрелки, собрались в его взводе. Смотрели на него с завистью. У него был счет 50 убитых фашистов, у нас – по одному-два.

Нужно сказать, что когда снайпер возвращается к себе, он заходит в первый попавшийся блиндаж, иногда не хватает сил дойти до своего блиндажа, и каждый солдат и матрос считает долгом освободить место и сказать: отдыхай! Напоят тебя горячим чаем, а горячий чай готовится на бездымном порохе; каждый считал своим долгом облегчить нашу снайперскую жизнь.

Когда мы получали отпуск на одни сутки в неделю, мы приходили в Севастополь, то еще на подходе к городу нас встречали ребятишки. Бывает, что снайпер ходит-ходит и не имеет ни одного убитого – враг прячется, а тут получил отпуск, пришел в Севастополь – и первыми тебя встречают ребята. Кто-нибудь из малышей небольшого роста, иногда без штанишек, с мокрым носом очень важно задает вопрос: а сколько ты убил фрицев? Бывает, что не убил ни одного. Командиру объяснить можно, что фрицев нет. А попробуйте это объяснить ребенку. Отвечаешь: мол, фрицев не было. В ответ слышишь: ты плохо меня защищаешь.

Севастопольским ребятам стало известно, что у нас плохо с патронами, с боеприпасами, и я получила в подарок от ребят с горы Матюшенко рогатку. Спрашиваю: зачем? А мне говорят: снайперу нужно тренироваться каждый день, но у вас патронов мало. Не тратьте патроны, тренируйтесь с рогаткой. Вроде бы забавно. Но случай свидетельствует о том, что понимание нашего фронтового дела в городе-герое распространялось не только среди взрослых, но и среди детей.

Население Севастополя стремилось помогать бойцам Приморской армии во всем. В городе было трудно с водой, ее выдавали по норме. Я приходила в город и знала, что первая же встреченная мною женщина посчитает долгом отдать мне свою воду, постирать белье и одежду, предоставить для отдыха жилье, пусть даже самое скромное.

В том и заключалась мощь нашей обороны. Три силы: народ, армия и флот – собрались в единый кулак, громивший немецко-фашистских оккупантов 250 дней. Сегодня мы очень благодарны севастопольцам, которые не забывают о тех легендарных днях и поддерживают нашу былую славу. Защитники приходят и уходят, а Севастополь остается!.. [35]

Снова и снова приезжая в город-герой (например, в мае 1964 года на двадцатилетие освобождения Севастополя, в мае 1965 года – на юбилей Великой Победы), я всегда ощущала особую атмосферу, царившую здесь. Для его жителей рассказы ветеранов о жестоком противостоянии с врагом не были пустым звуком. Уничтоженный, сожженный немцами город возродился в прежней своей красоте, но его новые дома, улицы, площади, казалось, сохранили живую память о минувших сражениях. Наши выступления в школах и ПТУ, на предприятиях разного профиля всегда находили горячий отклик у слушателей. Мы видели, что и молодежь, и люди зрелого возраста немало знают о подвигах советских солдат и офицеров, совершенных на севастопольских рубежах в 1941–1942 годах, что даль времени не скрывает от них суть тех событий.

Потому особенно приятна была мне встреча с юными спортсменами, увлекающимися пулевой стрельбой.

Произошла она по инициативе директора городского тира СО «Динамо» Филиппа Федоровича Можаева. Старший тренер крымского отделения этого общества, заслуженный тренер Украины, мастер спорта СССР по пулевой стрельбе, он сначала обратился ко мне с письмом, в котором сообщил, что разработал Положение о городских стрелковых соревнованиях на приз Героя Советского Союза… Людмилы Павличенко и просил моего согласия на их проведение. «Почему бы и не провести?» – подумала я и дала положительный ответ. Ведь стрелковый спорт – отличное занятие для молодежи. Именно в секциях по пулевой стрельбе из винтовки или пистолета может проявить свои способности будущий сверхметкий стрелок.

Можаев по образованию был офицером, в 1944 году окончил с отличием Ленинградское стрелково-минометное училище, в годы Великой Отечественной войны заслужил орден Красной Звезды и медаль «За боевые заслуги». Потом служба его протекала в Забайкальском военном округе, где майор Можаев тренировал армейских снайперов. После отставки Филипп Федорович перебрался в Севастополь. Как человек, всей душой преданный стрелковому делу, он и здесь организовал спортивную секцию, точнее – настоящий центр по стрелковой подготовке, спроектировал тир для него, затем добился претворения своего проекта в жизнь.

Тир находился в центре города: на Красном спуске, по дороге на железнодорожный вокзал, недалеко от площади Пушкина и от площади Ушакова.

Спортивное заведение отвечало самым высоким требованиям. Кроме самого тира с огневым рубежом и мишенями на 50, 25 и 10 метров (для пневматического оружия), в нем имелось два учебных класса, тренерская комната, оружейная комната-сейф с бронированной дверью, где в металлических шкафах хранилось до сотни винтовок и примерно 50 пистолетов, ящики с патронами. Все помещения разделялись между собой металлическими решетками с замками, снабженными «тревожными кнопками», сигнализацией, выведенной в ближайшее отделение милиции. Ночью на дежурство в тире заступал сторож.

Материальное обеспечение, конечно, играет большую роль в любом деле. Но очень важно, чтобы у истоков его стоял человек честный, сведущий, инициативный, умеющий увлекать других. Филипп Федорович Можаев чем-то напоминал первого моего наставника, старшего инструктора киевской школы Осоавиахима Потапова. Наверное, поистине снайперским, спокойным и уравновешенным характером, блестящими способностями педагога. Учеников у него было много, причем – разных: и школьников, и студентов, и рабочих, и офицеров Черноморского флота. Всего он подготовил около ста мастеров спорта СССР, кандидатов в мастера спорта, перворазрядников. Его воспитанники успешно выступали на международных, всесоюзных, республиканских соревнованиях.

Собственные дети Можаева тоже ходили в тир, занимались пулевой стрельбой. Они стали мастерами спорта СССР: старшая дочь Елена – по стрельбе из винтовки, младшая дочь Ирина – по стрельбе из пистолета…

Посоветовавшись, мы с Филиппом Федоровичем решили начать городские соревнования на приз имени Героя Советского Союза Людмилы Павличенко со стрельбы из пистолета. Я тоже хотела встать на огневом рубеже, сделать один-два выстрела, так сказать, для почина. В последние годы короткоствольное оружие мне нравилось больше. Силы уже были не те, чтобы хорошо управляться с винтовкой.

В назначенный день в учебном классе тира собралось довольно много народа: не только участники соревнований, но и другие ученики Можаева. Я коротко рассказала о севастопольской эпопее. Ребята начали задавать вопросы. Их интересовали сугубо специальные темы: типы снайперских винтовок в годы Великой Отечественный войны и оптические прицелы к ним, способы маскировки, борьба со снайперами противника. По этим вопросам можно было сделать вывод о прекрасной теоретической подготовке членов секции. Сегодня под мирным небом Севастополя они – спортсмены, но завтра, если это понадобится для нашей страны, – фронтовые сверхметкие стрелки.

Затем участники встречи перешли в тир. Организованы соревнования были отменно. Никакой суеты, никакой спешки, все четко и планомерно.

Наиучший результат показала младшая дочь Можаева – Ирина, студентка четвертого курса севастопольского Приборостроительного института. Она стреляла из пистолета Марголина, выполняла упражнения «МП-5» и «МП-8» (стрельба на скорость по круглым мишеням с расстояния 25 и 50 метров). Под аплодисменты присутствующих я вручила девушке почетный диплом. Потом мы с ней долго беседовали и гуляли по городу. Севастополь в мае 1970 года был так же красив, как в мае 1942-го: яркое солнце, голубое небо, синее море, а на Приморском бульваре – множество клумб с роскошными парковыми цветами: хризантемы, розы, гладиолусы, тюльпаны…