Я стану Бабой Ягой
Шрифт:
Но от размышлений о подлости собственного внука Ольгу Константиновну оторвал звонок в дверь.
– Кто это? – Она удивленно приподняла бровь.
Открыв дверь, она увидела громадный букет бледно-розовых роз, кто его держал, увидеть из-за этой охапки не было возможности.
– Молодой Ягишне. – Проскрипел букет.
– От Володеньки? – Уточнила, улыбаясь, Ольга Константиновна. – Проходите в гостиную.
Букет двинулся в гостиную, на кривоватых ножках.
– Приказано вручить молодой Ягишне, и узнать о здоровье.
– Благодарствуем. – Чинно ответила бабушка и приняла букет.
За букетом оказался маленький хмурый мужичок, в пиджаке и старинной косоворотке. Он недовольно посмотрел, на молчавшую Ягги, и спросил:
– Как желает здравствовать Ягишна?
– Благодарю покорно! – В тон бабушке ответила Ягги, не поняв толком, откуда в голове возникла такая нелепая фраза.
– Я доложу хозяину, что вы довольны. – Хмуро констатировал он, повернулся вокруг себя и пропал.
– Кто это? – Удивилась Ягги.
– А, - Ольга Константиновна махнула рукой, словно это было само собой разумеющееся, - Ярина, все вазы на кухне, - крикнула она в след бабушке, которая уносила букет, - это анчутка. Мелкий бес, служка Водяного.
– Бес - служка? – Тупо повторила Ягги.
– Ну да, у Водяного много «подчиненных», если тебе так понятнее, служки. Мелки бесы. Они выполняют все поручения Володеньки. У Дедушки Водяного свои бесы.
– Бесы… - повторила снова за Ольгой Константиновной Ягги. – Бесы… как у Гоголя?
– Нет, дорогая! – Усмехнулась Ольга Константиновна. – Гоголевский персонаж, скорее черт. У беса нет, ни рогов, ни копыт. Довольно мрачный тип, должна тебе сказать. – Закончила она, будто говорила об общем знакомом. – Не надо пугаться, Ягги. Мелкий бес, он помогает Водяному присматривать за реками и другими водоемами, чистит, разбирает мелкие неурядицы между водяными жителями, ну и пакостит, помаленьку людям, но только в ответ на нарушения! – Оправдывала его бабушка Ольга, глядя на испуганную Ягги.
– Иногда, - тихо проговорила Ягги, как бы только для себя, - у меня впечатление, что я схожу с ума.
После того, как все цветы были расставлены во все вазы, ведра и прочие емкости, бабушки решили, что Ядвиге выходить и вылетать из дома строго запрещено. Ягги, совершенно не расстроилась от этого строго запрещения, понимая, что ближайшие несколько дней ей точно выходить не захочется. Тело болело при каждом движении,было в синяках и ссадинах. Пошептавшись, бабушки с решительными лицами подошли к Ягги и потребовали раздеться.
– Что, пороть будете? – Насуплено спросила Ядвига.
– Следовало, конечно, тебя выпороть, - строго сказала Ольга Константиновна, - но будем мазать тебя лечебной мазью.
– Позже выпорем, - вторила ей бабушка, - когда вылечим.
Мазь была странная, зеленоватая и полупрозрачная, и пахла мухоморами. Ядвига решила перенести все, что бы только бабушки не вздумали ее пороть на самом деле. Это было бы слишком унизительно в ее возрасте, а убежать, она сейчас не сможет. Мазь, быстро впитывалась и боль сразу утихала.
– Я могу двигаться! – С восторгом отметила Ягги и стала это проверять на практике.
– Не крутись! – Строго сказали бабушки. – Думаешь, ты смогла бы сегодня встать, если бы тебя не намазали? – Продолжила бабушка Ярина. – Всю ночь тебе эту мазь варили!
– Это из тех, мухоморчиков из морозилки? – Улыбнулась Ягги.
– Мухоморы – всегда пригодятся! – Наставительно промолвила Ольга Константиновна. – У приличной Ягишны всегда запасы должны быть, мало ли чего, вот, еще тебя учить будем – зелья варить!
– Зелья, а когда будем с Алессандрой разбираться?
– Ты уже разобралась, милая!
– Хихикнула бабушка Ярина.
– Почти лысой оставила. Но, - строго продолжила она, - это не методы, дорога! Опустилась до банального мордобоя! Фу!
– Это – месть! – Тихо сказала Ягги.
– Ну, после этой мести, тебе надо отлежаться. Читай, кушай и смотри телевизор, учить тебя пока не будем. Вечером Володенька обещал зайти, проведать хворую.
– Улыбнулась Ольга Константиновна.
– Да, а мы по делам.
– По каким? – Насторожилась Ягги.
– Придем – расскажем. – Отрезала бабушка Ярина, пресекая все дальнейшие вопросы.
Ядвига осторожно перекочевала в комнату. Посмотрела с сомнением на «Кощуны», надо бы почитать, провела пальцем, но книга сердито плюнулась фиолетовым огнем. «Вот и славно…»- подумала Ягги.
– Мы ушли! – Крикнула из прихожей бабушка. – Веди себя хорошо!
«Как пятилетней, напоминают» - сердито и довольно подумала Ягги. И взялась за книгу сказаний о Бабах Ягах, открыв ее сразу на том месте, где закончила читать в прошлый раз. С удовольствием отметила, что продолжение появилось, прочитала про свое сражение с итальянкой, про спасение Водяным. «Заботливый» - вспомнилось характеристика Ольги Константиновны. В комнате запахло сыростью, и пропало.
– Позволит молодая Ягишна войти?
– Недовольно проскрипел уже знакомый голос.
– Позволит. – Осторожно ответила Ягги.
В комнате, заканчивая поворот, возник анчутка.
– Приставлен к молодой Ягишне выполнять все пожелания. – Поклонился мужичок.
– Зачем? – Удивилась Ягги.
– Хозяин приказал.
– Скрипнул он. – Ягишна болеет, подать – принести сейчас некому. – Без выражения объяснил он. – Меня зовут Чут. Чай, кофе подать?
– Я сама.
– Неуверенно протянула Ягги.
Приказывать Чуту было неудобно и непривычно. Передвигаться, конечно, еще тяжело, и кофе хочется, но терпеть скрипучего анчутку в доме не хотелось.
– Не хочется ей меня терпеть, видите ли!
– Проворчал Чут. – Значит, кофе. – Принял заказ и пропал.
Ягги ошалело уставилась на то место, где только что стоял скрипучий Чут. Вот, напасть! Он мысли читает? Или как бабушка только эмоции видит? Кофе выпью и выгоню, решила Ягги.
– Меня нельзя выгнать. – Появился бес с подносом в руках. – Я слушаюсь только хозяина. – Он с поклоном подал поднос с кофе. – Мне велено исполнять все прихоти молодой Ягишны, а выгнать меня может только молодой Водяной.