Чтение онлайн

— Но сначала я должна найти своего жениха, насколько понимаю, вашего сына — Райдена. Его вчера унесло в Портал.

Офицер Хаоса кивнул каким-то своим мыслям. Опять странная реакция: ни ужаса, ни сомнения. Молчаливая пауза повисла тяжелым грузом, я никак не могла заставить себя поверить, насколько сильно промахнулась.

— Ты не можешь здесь оставаться долго и постарайся не использовать Хаос, иначе обратной дороги не будет, — тяжело сказал он. — Я устрою завтра на Арене условия, при которых ты сможешь победить. После этого включишь свои идеи-секреты или что там у тебя для возвращения и уберешься обратно на Землю. Райденом я займусь сам и, если будет хоть малейшая возможность его вернуть — помогу возвратиться в свой мир. Нет — и тут можно освоиться. Но не женщине, не тебе.

— Плохо мне. Не могу подняться, — хрипло сказала я и протянула руку. — Пси-контур полностью истощился, эликсиры у Акосты, сил вообще нет. Посмотрите, меня даже ноги не держат.

Чуть вздернутый грубым шрамом уголок такой знакомой губы дернулся, и офицер пробормотал:

— Поднимайся сама, я не касаюсь женщин.

— Это хорошо, — сказала я самой себе, — просто отлично.

И в змеином броске кинулась на Скалу, целясь в его ближайшую руку, вцепляясь в нее что было сил.

Моих талантов у Скалы не оказалось, да и не ждал он такого подвоха от стенающей и трясущейся девчонки. Не успел увернуться.

Я ощутила шершавую прохладную ладонь и вскрикнула. По моему открытому хаотическому контуру рванулась сила. Голодная, злая, удушающая. Вздувая черными веревками вены, выжигая холодным огнем, изгибая меня в судорогах.

В комнате взвился высокий, девичий крик, похожий на жалобу, на стон, на радость победы сквозь саднящую глотку.

Я умирала от потока грязной, чужой силы и была при этом счастлива, ощущая как родные руки несут мое неподчиняющееся, агонизирующее тело.

— Не бери все, отдай мне… дурочка… моя дурочка. Любимая.

Хотел скрыться, спрятаться, обмануть меня, отправить обратно. Какие бы ни были причины у тебя, Райден… НИ ЗА ЧТО.

— Как теперь дальше? Больше года я жил только тем, что где-то далеко все хорошо у тебя. И вот ты тут, и держаться больше не за что. Закройся от Хаоса, Маккой, не пускай меня в себя, запрись на все замки… Любимая…

Шепот. Дыхание у виска. Вот глупый. Как может быть у меня хорошо, если его не было со мной. Вцепляюсь ему в шею, тяну к себе, к искусанным губам, к боли и одиночеству. Меня нет без тебя, Камачо. Без тебя я только ищущий, слепо бродящий кусок плоти. Как и ты без меня.

И что бы ни случилось с нами, я всегда буду открыта. В тебе много Хаоса? Вот она я, разделим тьму на двоих.

Я держу его крепко, не даю отодвинуться, вдавливаю пальцы в каменную шею. Ты можешь быть любым… Заболеть, состариться… Ничего не остановит мою любовь к тебе, упрямый человек, мальчишка, мужчина. И ты, и я — это не внешние оболочки, не слетающая шелуха. Мы стержни, единое целое, страдающее по одиночке.

Твердые губы касаются моего рта. Слабо, едва ощутимо, неуверенно. Но сразу становится легче, боль уходит, уплывает безвозвратно, будто и не было. Конвульсии, еще сотрясающие мое тело из-за выжигающих атак могущественной силы, начинают стихать. Словно замерзшее тело обогревают, укутывают теплом.

— Плевать на Хаос, — шепчу я. — Вывернем его наизнанку, навертим в нем дырок, заставим открыть все двери. Только будь со мной. Я умру без тебя, Райден Камачо.

И нобиль срывается в пропасть, в дрожь, в безумные сжимающие объятия.

Мои пальцы трясет, словно я перепила вина. Ногти царапают его странный доспех, не оставляя следа. Открываю рот голодным птенцом, принимая внутрь горячий, сладкий, требовательный язык. Я выстанываю: «Нашла». И плачу. И смеюсь.

— Я сделаю так, как ты захочешь, Маккой, — говорит он мне в губы, обнимая изо всех сил, стискивая в каменной хватке. — Положу Хаос у твоих ног. Покорю, заставлю выть послушным щенком.

— Просто найдем вместе выход и уйдем, — поправляю я. — Быстрее.

Последнее он, кажется, воспринимает немного прямолинейно. Но мне… нравится.

Выпрямляясь, мой жених вскидывает руки, напрягается и вдруг шипит сквозь зубы от напряжения. Как-то у меня все больше вызывают подозрения занятия нежностями в Хаосе. То меня словно током при касании бьет. То Райден от боли шипит.

На его шее и лице проявляется темная вязь мелких и крупных прожилок. Слишком много тьмы… За год одиночества Камачо как губка пропитался местной силой. Как там говорили придворные прихлебатели Лорда? Надо скидывать силу… Чего Скала не делал. До моего появления.

У Райдена, как и у меня, открытый темный контур и, если весь год сквозь него легко лился Хаос, как бы не пострадал второй, светлый-пси. Надо быстрее замыкать контуры и чиститься.

Странный черный доспех на теле нобиля вздувается буграми. Отдельные пластины приподнимаются и отъезжают назад, складываясь один на другой. Собираясь в слои и убегая за спину, открывая рельефное обнаженное мужское тело. Мускулистый живот. Могучие плечи… В моей памяти, еще «сутки назад» они были уже.

Качамо скидывает плащ и ботинки, совершенно не смущаясь наготы. Довольно дергает уголком рта при виде моего жадного, восхищенного взгляда.

— Ты точно такая как запомнил, — говорит он, вновь подступая к кровати. — Стелла, прости, но… ты выдержишь? Будет долго.

Я непроизвольно фыркаю, тянусь к нему и пытаюсь надавить на живот. Мне хочется его трогать до мурашек. Палец скользит по гладкой поверхности кожи, но не вдавливается ни на миллиметр. Камень. Скала. Мне то ли страшно, то ли смешно. Эмоции бурлят водопадом, и уже нет возможности их контролировать. Неожиданно я осознаю, что собираюсь заняться любовью с новым Райденом, немного не таким, как привыкла, и которого знала до мельчайшей клеточки, до крошечной родинки. Он изменился и внешне, и внутренне. Я нервно смеюсь.

— Посмотрим… Соскучился за год?

— Соскучился? Нет, Стелла. Я с ума схожу. Каждый день. А сейчас… боюсь за тебя, — глухо сообщает он, наклоняясь надо мной. — Быть со мной может быть опаснее, чем сражаться на Арене. Выдержишь, если я быстро? Нет. Ты можешь пострадать.

Он спорит сам с собой и облегчения его предложения не приносят. Надеюсь, наша общая регенерация поможет, больше мне рассчитывать не на что. Но я точно не отступлюсь. Извини, дорогой, что не пришла раньше, спешила как могла. Теперь хочу тебя и… боюсь одновременно. Адская смесь.

— Я крепкая. Даже не думай сдерживаться, — говорю строго, стараясь не протягивать раньше времени к нобилю дрожащие от желания руки. Он слишком долго ждал, пусть будет так, как сам захочет. — Замыкай контур и потрать весь Хаос, который сможешь.

— Уверена?

Буквы скачут и перекатываются камнями при обвале в горах. Я уже не могу ждать дальше и толкаю ногой его в колено. Хорошо, что не сильно, иначе отбила бы стопу.

Он шумно выдыхает. И вбрасывает легкими движениями кистей жгуты тьмы в потолок. Один. Второй. Третий… Десятый. Со странным металлическим звуком они впиваются в потолок и стены, окружая нас сложным плетением. Часть из них обвиваются концами вокруг моих локтей и лодыжек, мягко фиксируют за пояс.