Я – талисман дракона
Шрифт:
Я была готова следовать за ним, но Эрва перегородил нам дорогу.
– Что?
– Мироальд сжал кулаки.
– Он сказал "только ты". Онифэль не должна идти с тобой.
– Мироальд...
– прошептала я. Мы обменялись взволнованными взглядами.
– Я пригляжу за ней, иди.
– взглянул Эрва на Мира.
– Думаешь, я оставлю свое самое дорогое Сокровище на тебя, того, кто их пожирает?!
– воскликнул в ярости Мироальд.
– О, да не волнуйся. Я только что пообедал. Меня твое Сокровище не интересует. К тому же, это приказ штейгера. То есть, он отвечает за сохранность Онифэль, а не я. Мне не веришь, понятно. Но доверяешь ли золотому дракону?
– спросил спокойно Эрва, когда Мир вплотную подошел к нему с самыми недружелюбными намерениями.
Я видела лишь спину Мира, но даже так живо представила его сведенные к переносице брови и взгляд немного исподлобья. Он был готов драться с Эрвой даже прямо сейчас, не восстановившись после боя с Артором. Ах, Мироальд...
– Иди, Мироальд.
– проговорила я негромко, подойдя к нему. Тронула за руку и продолжила, - Со мной все будет нормально.
Дракон повернулся ко мне, и взяв меня за плечи, прислонился своим лбом к моему.
– Я могу доверить тебя лишь самой себе, Онифэль, если меня нет рядом. Береги себя, пока я буду достаточно далеко, чтобы не суметь защитить тебя.
Я закивала, в горле застрял ком. Не могла говорить, закрыла глаза. Меня овеяло терпким запахом Мира, а потом его плащ взметнулся, и он зашагал вперед по коридору, даже не оглянувшись.
Я смотрела ему вслед, и краем глаза видела, как садится солнце за окном.
Глава двадцать пятая
Когда Мироальд исчез из виду, и я больше не слышала его шагов, подошла к окну, положив руки с локтями на подоконник. Я чувствовала себя напряженной рядом с Эрвой, потому что не знала, что он будет делать в следующую секунду. Я непроизвольно сжала кулаки, глядя на вершины гор за окном и вдыхая свежий воздух. Эрва подошел ко мне и встал рядом, окно ведь было широкое.
— Чудесный закат, верно? — его мягкий голос звучал усыпляюще.
— Да, — я не знала, стоит ли с ним говорить. От моих разговоров с драконами одни беды.
— Тебе тяжело, наверное, быть Сокровищем, при этом выглядя как человеческая девушка?
Я взглянула с удивлением на Эрву. А он на меня не смотрел. Сонный взгляд дракона застыл на верхушках деревьев, озаренных последними лучами уходящего солнца.
Я кивнула.
— Тяжело.
Эрва запрыгнул на подоконник, который был каменным выступом у окна, и, усевшись на нем, положил одну руку к себе на живот. Потом взглянул на меня и спросил:
— Я слышал, они пытались тебя изнасиловать.
Как о таких вещах вообще можно говорить?!
— Некрасиво спрашивать меня об этом, — ответила я.
Тот усмехнулся.
«Что смешного?»
— Ты должна уметь за себя постоять. Ты Сокровище в логове драконов, думаешь, тебя тут будут по головке гладить и пряниками кормить? — смотрел на меня, потом с беззаботной улыбкой опять взглянул в окно.
Мне не нравилось то, что говорил Эрва. Но, скорей всего, он был прав. Что за черта у этих драгоценных драконов говорить все так, как есть? Постарались хотя бы немного быть тактичными.
— Я не умею драться, — ответила я, оправдываясь.
— Драться необязательно, — ответил Эрва.
Я была в замешательстве.
— Ты можешь заставить любого дракона делать то, что ты хочешь и что тебе нужно.
— Почему ты мне все это говоришь? Ты разве не дракон?
— Я дракон. Но ты меня не интересуешь, Онифэль. К тому же, я в принципе не люблю других драконов. Поэтому даю тебе совет.
— Почему…
— Почему ты меня не интересуешь? — он взглянул на меня. — Меня увлекает духовная часть этого мира, а не физическая. Любование прекрасным, разговоры, размышления о тайне бытия — все это мне в большей мере интересно, чем использование тебя, например, в качестве еды или физического удовольствия, — он сделал паузу, а я его не перебивала. — У меня, как и у любого дракона тоже есть Сокровища. Но их довольно немного, и каждое из них связано с одним из эпизодов моей жизни, каждое хранит воспоминания. Собирание Сокровищ ради Сокровищ — это глупо.
Эрва зевнул, и мне захотелось зевнуть самой, но этого не произошло, потому что он снова взглянул на меня и сказал:
— Ты отражение желаний любого дракона. Ты можешь, проникая в его мысли, внушить ему страх, ужас, любовь, желание, отторжение, ненависть, боль — любую эмоцию. Именно так поступают древние сокровища с потревожившими их покой драконами: вкладывают в драконов желание овладения ими — Сокровищами, с целью погубить.
— Но как… — все это не укладывалось у меня в голове.
— Тебе нужно просто захотеть, Онифэль, — Эрва спрыгнул с подоконника и вновь оказался рядом со мной. Дракон был выше меня. — И насчет других драконов… Ты слишком чувствительная, и сама их притягиваешь к себе.
Я вспомнила о том, что глядя на Лестара на занятии, я очень захотела узнать, кто он такой. Неужели во всем этом виновата только я?
— У них разве нет своей воли? — спросила я Эрву, когда он оперся о стену рядом с окном и завел руки за спину.
— Есть. Но драконы теряют контроль рядом с тобой. Ты действуешь на них, как заколдованный артефакт, принуждая к действиям.
— И… Мира?
— Возможно, если мыслить в таком ключе. Хотя, он же твой Хозяин. Будь я твоим Хозяином, я думаю, что тоже бы тебя защищал, насколько мне хватало бы сил.
Я немного помолчала, как и Эрва.
— То есть, ты даешь мне эти советы просто так, потому что хочешь помочь мне?
Тот взглянул на меня, и прикрыл глаза, кивая.
— Да, Онифэль. Просто помочь. Мне здесь скучно, и я хочу посмотреть, что выйдет из нашего общения с тобой.
Мне ужасно захотелось обнять его и расплакаться. Но я считала это недопустимым. Нет, нельзя себя вести как ребенок и кидаться на шею к каждому. У меня есть один Мироальд, и больше никого… Но он такой милый… И понимает меня…
— Ты чувствуешь, что делаешь прямо сейчас, Онифэль? — посмотрел на меня из-под полуприкрытых век Эрва.
— Что? — робко спросила я его.
— Ты вызываешь у меня желание прижать тебя к себе. Почему? Ведь я не склонен к таким порывам. Значит, это твое влияние. У меня довольно сильный контроль над собой, своими действиями и мыслями, поэтому меня это касается не так люто, как других. Но все же я ощущаю это достаточно сильно. Постарайся следить за порывами своей души.
Я в растерянности смотрела на Эрву, а на его лице играла все та же безмятежная улыбка. Не насмешка, нет. Просто улыбка. Он перевел взгляд в сторону, окидывая взглядом коридор, а я не знала, что и думать.
Выходит… я во всем виновата… Эрва говорит правду?
Правду, конечно. Потому что то, что он сейчас описал, было абсолютно верно. Мироальд страдал только по моей вине.
Я опустила голову, в горле застрял ком. Но не успела я все обдумать, не успела сжать сердце горечь, как услышала приближающиеся шаги.
«Должно быть, это Мир».
Я подняла голову и посмотрела в начало коридора.
Так и есть, Мироальд. Он быстро подошел ко мне и, кинув настороженный взгляд на Эрву, взял мои руки в свои, спросил: