Я – талисман дракона
Шрифт:
— О, Небеса, Лео, ты поверишь ему, даже если он будет делать это у тебя на глазах…
— Не перегибай палку, — ответила я ледяным тоном, — я не глупа и не склонна доверять первому встречному. Я хочу знать достоверно. И достовернее того, что скажет эта особа, ничего не может быть.
— А у самого Мироальда ты не хочешь спросить? Уже не веришь ему, да? — колко заметил Эрген.
— Я не хочу с тобой ругаться. Просто выдели кого-нибудь, отправь туда, пусть он узнает правду, и расскажет нам. К тому же Мироальд еще не вернулся.
Эрген смотрел на меня какое-то время своими лисьими карими глазами, потом сказал:
— У меня есть такой человек. Мой давний друг.
— Я его знаю?
— Да, и братья остальные тоже.
Я не сразу поняла, кто это.
— Ему можно доверять?
— Более чем.
— Тогда я согласна. Не говорите ничего ни матери, ни отцу, ни кому-либо другому, пока этот человек не вернется с вестью.
Эрген положил мне руку на плечо и сказал:
— Не беспокойся об этом.
За день до свадьбы, когда я заканчивала завтрак у себя в комнате, мне сообщили, что вернулось доверенное лицо. Я сказала, чтобы он шел прямиком ко мне, выслала слуг, они забрали поднос с чаем и завтраком, и я принялась ждать этого таинственного посетителя. В дверь постучались. После моего разрешения она отворилась, на пороге появился Рунеаль. Я поднялась со стула, на котором сидела, и сказала о том, чтобы он зашел позже, сказала, что жду одного человека.
Каково же было мое удивление, когда он сообщил мне о том, что он и есть это самое доверенное лицо органа. Сказал, что только что вернулся из того городка, где, якобы, всё произошло, и допросил девушку. Сначала я не могла вымолвить ни слова, не знала, что на это сказать. Потом все-таки попросила его прикрыть дверь и рассказать о том, о чём он узнал.
Худшие опасения оправдались. Рунеаль сказал, что на протяжении всего времени, которое Мироальд был там, рядом с ним была эта девушка. Сама она утверждает, что он спас семью от разбойников, вот она и ходила за ним.
Я не могла понять, как вышло то, о чём рассказала эта женщина.
— Мне очень неудобно об этом говорить, — проговорил Рунеаль, — вы должны знать. Эта девушка пришла его навестить, но, как она рассказала мне, он соблазнился ей и буквально набросился на девушку, от чего и произошел тот шум. Она начала кричать и выставила его из комнаты в том виде, в котором был. Когда она услышала удаляющиеся шаги, то выглянула из комнаты, чтобы осмотреться, ушел он или нет. После этого, как сказала девушка, она долго проплакала, собрала свои вещи и ушла, а Мироальд быстро собрал свои и улетел из того города.
Рунеаль замолчал, а я не знала, что сказать на это. Его объяснение очень сильно ранило меня. Но я не собиралась показывать кому бы то ни было свои слезы.
Я молчала некоторое время, пытаясь совладать с собой, потом тихо бросила:
— Оставьте меня, я хочу побыть одна.
Я краем глаза заметила, что он что-то хочет мне сказать, но потом Рунеаль передумал и, наклонив голову, вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Я подождала, пока шаги удалятся, и дала волю слезам. Не ожидала от Мира измены, и всё ещё не доверяла Рунеалю, в отличие от братьев. Я бы хотела поговорить сама с этой девушкой, но не была уверена, что она скажет правду или нечто другое. Если говорить с Мироальдом, он, я уверена, будет все отрицать говорить, что невиновен. И в конце дня я приняла все-таки решение, которое посчитала верным.
Перед тем, как солнце село за горизонт я разыскала в резиденции Рунеаля: ему выделили комнату в третьем корпусе. Я пришла к двери его комнаты и постучалась, он открыл, и я заметила, что не сильно он удивился, увидев меня.
— Доброго вечера, — сказала я. — Нам нужно поговорить.
— Доброго. Конечно, проходите, — он открыл шире дверь, пуская меня внутрь.
Меня мало интересовал комнатный интерьер, я была поглощена собственными мыслями, поэтому единственное, на что я обратила внимание, был письменный стол со свечой, пергаментом и перьями.
Это место напомнило мне о Мироальде, и в голове мелькнула мысль о том, чтобы обо всём забыть и, вернувшись в свою комнату, завтра выйти замуж за того, кого я любила последние три года моей жизни. И у меня уже был ребенок, это я точно знала, от повитухи на днях узнала. Если Рунеаль меня не любит, ему будет все равно. Возможно, со временем все будет у нас хорошо, Хотя мне претила сама мысль о том, чтобы жить с тем, кого я не люблю, и кто не любит меня. Но с тем, кто изменил мне, променял на простую человеческую женщину и перечеркнул все, что было прежде между нами, я жить точно бы не смогла. И простить я его не могу. Возможно, со временем, но не сейчас.
— Вы помните о предложении, которое сделали мне полтора года назад?
Рональд изучающе смотрел на меня, потом сказал:
— Конечно, помню.
— Она еще в силе, или...
— В силе. И даже через десять лет или полвека — всё ещё будет в силе.
Я помолчала, нервно перебирая пальцами.
— Я принимаю ваше предложение. И хочу заключить сделку.
Взглянув на Рунеаля, я увидела странный блеск в его глазах.
— Завтра состоится свадьба. Но выйду замуж я за вас. А вы, в свою очередь, поможете Мироальду исполнить мечту, — я сглотнула, — возможно, мы просто не подходим друг другу, но у него есть способности и сильное желание, и я хочу, чтобы его мечта исполнилась, несмотря на наши отношения, — голос у меня сорвался на последнем слове, и я замолчала.
Рунеаль сделал ко мне шаг и сказал:
— Вы помните, что важным условием будет не просто выйти за меня замуж, а стать моей навеки?
— Навеки, это...
— Если случится так, что вы умрете, я воскрешу вас, и вы снова будете рядом со мной.
Я похолодела. Однажды я видел воскрешенных драконов — драколичей, их полуразложившаяся плоть отталкивала своим видом и, хотя и слабым, но всё же запахом смерти. К тому же, они не могли разговаривать. Я не хотела стать такой же.