Я тебе не Золушка!
Шрифт:
Мы оба несколько секунд не можем осознать, что только что творили, тупо слушаем его недовольные возгласы.
Аверина подрывается первая.
Словно комета пролетает в комнату, где только что спал малой, а я остаюсь на месте с осознанием своего провала.
Даже оправданий никаких найти не пытаюсь.
Я сделал это, потому что хотел.
И мне было охуенно.
А она-то зачем?
Видимо стресс и мои возмущения притупили бдительность «железной леди».
Во всяком случае, в её ответных движениях металла не было ни грамма.
Я до сих пор под впечатлением от поцелуя.
А со мной такое впервые.
Я застаю Киру и малого в детской, они мило воркуют, жмакая уродливую ящерицу.
— Если я больше не нужен, поеду. — Предлагаю, сбитый с толку окончательно. — Завтра утром в это же время?
Аверина поначалу прячет взгляд, а потом смотрит с какой-то надеждой:
— Ты приедешь?
— Да.
— Хорошо. Если что, позвони, пожалуйста.
Я знаю, что она имеет ввиду.
И вижу, что борется с какими-то своими думами.
Но, что странно, эта «встряска» позволила мне остыть.
И я понимаю, что, несмотря на все свои возмущения, завтра снова буду сидеть с мальцом.
— Я приеду.
Не прощаясь, покидаю квартиру Стервы.
В голове каша, ноги ватные, направление — в сторону дома.
У Янки сегодня «выходной».
Что-нибудь придумаю завтра, но сейчас я вообще не настроен на общение с ней.
Такое за год впервые.
Надеюсь, этим и ограничится, а то я уже сам от себя начал охреневать.
А этого нельзя допустить.
Я же стою на пути исправления…
Глава 9
— Ты неправильно ставишь. Вот этот кубик нужно вниз, этот — в середину, а вот тот — наверх.
Я объясняю мелкому, как строить башню, исходя из маломальских знаний о законах физики и логики. Но его это вообще не волнует, прёт во всю Аверинский характер: как хочу, так и будет.
— Давай сюда. Я тебе покажу, как поставить. — Предлагаю помощь, за что тут же получаю пластиковым кубиком в пах.
Больно и неожиданно.
— Уж тебе-то нужно знать, что бить ниже пояса нельзя! — Взываю к справедливости в общении с младенцем. — Тут же самое ценное у мужика.
— Амамамам… — Звучит в ответ. В принципе, ничего другого я и не ожидал.
Илюха ведёт себя спокойно. Относительно. Мы гуляем, играем и питаемся тем, что находим в холодильнике.
Стерва не готовит, ей приносит еду мамаша, но мы не в обиде с малым, нам всё равно, чьей рукой приготовлена жрачка, лишь бы было съедобно.
Ольга Сергеевна почтила нас своим визитом ещё один раз после первого знакомства. Испарилась быстро, предварительно загрузив контейнеры в холодильник, поэтому нам даже практически не пришлось общаться. Я этому только рад, лишние напряги ни к чему.
Приступов у малого больше не было за эти дни, слава богу, а вот Аверина какая-то странная: ходит задумчивая, не ругается, практически не выдаёт указаний, как будто обеспокоена чем-то очень сильно.
Мне бы забить и не размышлять об этом, но я и сам себя не узнаю в последнее время.
Сегодня она вообще какая-то дёрганная.
Уронила кружку на кухне, при этом шипя что-то себе под нос, подняла, осмотрела её и с грохотом воткнула в посудомойку.
— Ты чего, начальник? — Застаю её врасплох, наблюдая за этой картиной. — Не с той ноги встала?
— Артём… — Она опирается руками на стол и шумно выдыхает. — Ты напугал меня.
— За тобой кто-то гонится что ли? Чего такая нервная?
— Не говори ерунду. Никто за мной не гонится.
— Ясно. — Разворачиваюсь. — Ну, я поехал. До завтра.
— Подожди. — Вдруг останавливает. — Мы можем поговорить?
— Смотря о чём. — Предупреждаю.
Её настроение меня настораживает. Не хочу сейчас вдаваться в дебри своей недавней «минутной слабости» и портить настроение. Если она об этом, конечно. В общем, я не намерен сейчас обсуждать наш поцелуй.
Стерва снова выдыхает и сцепляет руки.
— У меня будет одна просьба к тебе. Присядь, пожалуйста.
— Очень интересно. — Я раздумываю немного, стоит ли мне оставаться. Всё-таки, от этой женщины всё, чего угодно, можно ожидать.
Она снова указывает мне на стул. После недолгих колебаний, решаю выслушать её. Банальное любопытство. Ничего более…
Усаживаюсь на предложенное место и складываю руки на груди. Аверина остаётся стоять на месте. Она явно волнуется. И чего такого хочет у меня попросить, даже не представляю…
— Артём… — Начинает осторожно.
— Давай, смелее, начальник. — Поторапливаю. — А то мне ещё на метро тащиться домой целый час.
— Да… хорошо. — Соглашается. — В общем… Ты не мог бы сходить со мной на благотворительный вечер в субботу?
Я не сразу въезжаю в суть просьбы…
Она что, издевается?
— Я понимаю, что мы не настолько близко общаемся, и в принципе, ты на меня работаешь… Просто, я не могу отказаться, а идти одной нет никакого желания.
— И ты подумала, что я смогу составить тебе компанию?
— Да, может это звучит странно…
— Нет, начальник. — Качаю головой. — Я не пойду с тобой. По трём причинам.
— Каким?
— Во-первых: я ненавижу пафосные вечеринки, и буду там, как «Ванька из деревни». Во-вторых: мне придётся оправдываться перед Янкой, если она узнает, что я ходил куда-то с тобой. И третья, самая главная причина: пиджак, в котором я мог бы пойти, похоронен в кустах со времён «выпускного».
— А если я заплачу тебе?
Это четвёртая причина, по которой я не согласен никуда с ней идти.
— Ты меня вообще слышала?
— Слушай, Тём… — Она не намерена сдаваться. — Все эти причины, которые ты назвал… всё это решаемо. Костюм я беру на себя, даже к стилисту свожу, если потребуется. Тебе не нужно ни с кем общаться, просто побудешь рядом. А что касается твоей… Яны…
Она осекается, видимо придумывая, как можно решить эту проблему, а я всерьёз подумываю, что Аверина в отчаянье, раз проситменясопроводить её на эту вечеринку.