Чтение онлайн

И… Убивающий. Медленно, как яд.

Нет, это не его поцелуи.

Это всё Эмиль. Который отравляет меня каждую секунду. Делает больнее. И медленно уносит меня на тот свет.

7

— Эй, Влада, очнись, наконец! — я вздрагиваю, поднимаю взгляд на Катю.

— Прости, что ты говорила? — переспрашиваю. Не могу оторваться от зелёного чая, который держу в руке.

Пытаюсь успокоиться хотя бы им. Ромашковый. С травами.

Какая это по счёту кружка? Десятая?

— Я говорю, что ты сегодня сама не своя. На лекциях где-то не с нами. А когда преподаватель спросил тебя по теме, которую, кстати, хорошо знаешь, ты ответила: «вообще без понятия». Что случилось? — она тянется ко мне своими пальчиками.

Обхватывает мою ладонь. Пытается успокоить, поддержать.

Редкость для неё. Я удивлена даже.

— Я же вижу, что что-то не так. Расскажи. Я помогу.

Не верится. Но даже если и так…

Не могу.

Вчерашний день слишком хорошо отпечатался в моей памяти.

Из-за чего я теперь сама не знаю что делать. Думать.

Мне плохо. Душевно. Потому что я совершенно не знаю человека, в которого влюблена!

Вчерашний день закончился, как и все те предыдущие. Мы сидели. Вместе. Он не говорил, как и я. Я просто лежала на диване, смотрела телевизор. У него на коленях. Он так захотел.

Так ему было лучше. Проще.

А я всего лишь подчинялась.

Один день в году.

Потому что знала, что на следующий… Мы не встретимся.

Так всё и оказывается. Он не подошёл ко мне с утра в университете, хотя мы виделись.

Сукин сын!

— Прости, да, я сегодня сама не своя. С отцом поругалась, — если бы… Хотя, отчасти, так и есть. Как только я пришла. Отец, оказавшийся не в духе, наорал. Действительно, я где-то целый день шаталась.

— Уф, ладно, тут я ничем тебе помочь не могу. Ты отказываешься переезжать ко мне в общагу. А согласилась бы — нервы сберегла.

— Спасибо, Кать, но я сама как-нибудь, — улыбаюсь, встаю со стула и отставляю зелёный чай в сторону. — Пошли. У меня выступление.

— Да-да, точно, — спохватившись, подруга берёт свою сумочку, и идёт следом за мной.

А я пытаюсь собраться. Потому что через каких-то десять минут… Я встречусь со Светой, с которой мы вчера разошлись на плохой ноте.

Я лежала полуголая под её парнем. А он её ещё и выгнал.

И хоть сегодняшние пары прошли спокойно, несмотря на мои опасения… У меня плохое предчувствие. Очень.

Чувствую… буря вот-вот неожиданно сметёт меня с ног.

Эмиль

— Владка сегодня танцевать будет, — отзывается Русик. Я знаю это и без него. Я сюда и пришёл чисто для того, чтобы посмотреть на мелкую. — Но ты говорил тебе пох. Давай я её себе заберу. Красивенькая же. Зря пропадать будет…

Он усмехается.

Посматривает на меня.

Знает, что нас связывает. Говно.

— Бреда не неси, — отрезаю. Обычная девчонка. Почти. Ничем не примечательная. Надоедливая. — Малолетки тебе ни к чему.

— Ей же восемнадцать недавно исполнилось, — подначивает.

Мелочь.

— Нельзя, — едва ли не рычу. Я что, невнятно говорю?

— Жаль, — Руслан проходит вперёд, вальяжно опускается на стул. Сажусь рядом, наблюдая за обшарпанной сценой. Зачем сюда пришёл только? Ради неё? Из-за вчерашнего?

И что?

Ничего такого не произошло. Я почти её трахнул.

Да, Света заявилась. И я так с ней и не поговорил.

Хочу сказать, что между нами ничего никогда не было. Она увлеклась. Мне такие не нужны.

Поэтому здесь я из-за двух дел. Должен терпеть всё это. Как всегда. Из года в год. Скучные сценки. Мероприятия.

Зачем я вообще хожу в универ?

Точно. Отцу ведь пообещал, что отучусь.

И всё равно, что наш дом — улица. Разбой и грабёж — направление. Бизнес у меня свой уже есть. От отца достался.

Но я вынужден сидеть здесь.

Смотреть глупое и детское представление.

Оно начинается, как и всегда. Несуразные сценки. Тупые людишки, что танцуют ради пятёрки автоматом.

У нас разные ценности. Поэтому всё это для меня — мусор.

Сижу и от скуки пялюсь в стену.

Я не вижу здесь ничего захватывающего. Представление на уровне детского сада.

Полчаса проходят нудно, и я уже жалею, что пришёл сюда. Можно было дождаться окончания и тогда расставить все точки там, где они нужны.

Спустить Свету с небес на землю.

И посмотреть на мелкую.

Вот опять думаю о ней и кулаки сжимаются. Зубы скрипят. И вена на лбу выступает.

Бесит она меня.

Тем, что не даёт хоть часа без мыслей о ней. Впиталась в кожу, проникла в грудь. Там, где сердце. И не выходит. Уже немыслимых четыре года.

Внезапно чувствую, как в кармане брюк вибрирует телефон. Незамедлительно достаю его, как спасение. Только бы не думать о той, что способна разозлить меня и успокоить в один момент.

А там адрес. Время.

На губах расцветает улыбка. Хоть что-то этим вечером будет веселое. Хоть я и хотел сегодня провести его с мелочью. Увезти куда-нибудь. А там сделать своей.

Никому её не отдам. Заберу. Спрячу. От других. От того же Руслана, который всегда посматривает в её сторону с интересом.

Моя!

Внезапно по всему залу разносится мелодичная и приятная музыка. Воодушевляет. Свет на мгновение гаснет.

Кто-то начинает кричать. Где-то поднимается паника, а я продолжаю смотреть на чернеющую сцену, пока Русик сидит и подшучивает:

— Хватаем цыпочек и бежим?

Усмехаюсь.

— Давай подпалим, — сделать мне это — проще всего на свете. Но я шучу. Нельзя. Тут же Влада. Что, если она пострадает?

— Сиди. Ненормальный.

Маленький огонёк возрождается на сцене.

Ярко вспыхивает, являя нам на ней дюжину девушек. Примерно. Русик оценивает их внешний вид, сопровождает громким гулом.

Скучающе подперев кулаком голову, смотрю на эту картинку, пока не улавливаю один знакомый силуэт.

Мелочь.