Чтение онлайн

– Доброе утро! – настроение у него, видимо было хорошим, потому что он широко улыбался.

– Доброе! – ответила я и тоже улыбнулась. – Завтракать будешь?

– Да! – он сел за стол. – А ты ела?

– Нет еще. Я спросить у тебя хотела?

– Что? – он посмотрел на меня испуганными глазами, и мне даже стало смешно.

– Да ничего такого, я просто к родителям хочу съездить. Можно?

– Как раз хотел тебе это предложить, – он громко выдохнул и улыбнулся. – Я завтра в Питер по делам на три дня улетаю, вот и подумал, что тебе будет лучше с родными.

– Можно на три дня? – сердце бешено стучало от радости.

– Да, – ответил он и, тяжело вздохнув, потупил взгляд.

– Что? – теперь насторожилась я.

– Ничего. Просто у тебя такая реакция, – он посмотрел на меня, – боюсь, я не смогу тебя от туда забрать, когда приеду. Ты не захочешь возвращаться сюда.

– Я и сейчас не хочу здесь находиться, но нахожусь ведь, так? Поэтому и через три дня, как бы мне этого не хотелось, ты сможешь меня оттуда забрать, – уверенно ответила я, глядя ему в глаза.

– Хорошо. Я вечером тебя отвезу и оттуда уже поеду в аэропорт. У меня рейс сегодня ночью.

Я думала, что с ума сойду от счастья. Я возвращаюсь домой! На целых три дня!

Акиф уехал на работу, а я тут же позвонила Лиане и сообщила радостную новость. Она орала как не нормальная и как обычно отпустила пару колкостей в адрес Акифа.

Он приехал часам к шести, когда все мои вещи уже были готовы, и мы поехали к родителям. Как нас встречали, вы можете себе представить! Все мои дяди, тети и их дети, братья, невестки. Народу было немерено! Все веселые, радостные. Шутили, обнимали, целовали. Я с головой окунулась в эту атмосферу, которая заставила забыть обо всех проблемах.

К десяти часам приехал Руслан, чтобы отвезти Акифа в аэропорт. Посидев с нами минут двадцать, мужчины встали и направились к выходу.

Мама подошла ко мне и шепнула на ухо:

– Твой муж уезжает. Иди, проводи.

– Хорошо мам, – я не стала перечить. Встала и пошла в дом. Акиф о чем-то беседовал с Русланом и Фуадом.

– Ну, все, – Руслан первым меня заметил. Попрощался с Фуадом и повернулся к Акифу:

– Я тебя в машине жду.

– А я пойду обратно к гостям, – Фуад пожал руку Акифа и направился в сад.

– Не стоило вставать, – Акиф посмотрел на меня.

– Мама сказала, чтобы я тебя проводила, – пожала я плечами.

– Спасибо твоей маме, – он улыбнулся.

– Счастливой дороги, – я смотрела на него.

– Береги себя! И если что – звони.

– Хорошо, – пообещала я.

– Я люблю тебя, – он подошел ко мне совсем близко. – Не забывай об этом.

Акиф поцеловал меня в щеку, очень нежно, осторожно и, посмотрев еще немного, ушёл. А я, наконец, почувствовала себя свободной. По настоящему свободной, как птица в полете. За следующие три дня я забыла обо всех своих проблемах. О том, что за мужем за нелюбимым человеком, о том, что мы живем с ним в разных комнатах, о его дочери, и об Амине. Я просто вернулась домой, и мне ничего больше не было нужно. Акиф звонил по два – три раза в день. Спрашивал, как у меня дела и чем я занимаюсь. А в конце разговора всегда говорил одно и то же: «Я скучаю по тебе и люблю!»

В Москве тем временем не чем было дышать из-за начавшихся пожаров. А за городом вообще все задыхались. Моя семья решила уехать. Дети не могли выйти даже в сад.

Акиф, как и обещал, приехал через три дня. Заехал за мной вечером. Я быстро собралась, пока он сидел с братьями внизу. У меня было чувство, что меня снова, как перед свадьбой, силой увозят из родительского дома. Было очень тяжело, но на этот раз я не плакала, чтобы не расстраивать близких. И дала волю слезам только в машине.

Акиф молчал и ничего мне не говорил. Он просто иногда пристально смотрел на меня и о чем-то напряженно думал. Когда приехали домой, то мне ничего не хотелось. Навалилась такая апатия, что я сразу же поднялась к себе в спальню и легла спать.

Утром меня разбудил шум в гардеробной. Акиф переворачивал все вверх дном. Некоторые вещи валялись на полу. Он что-то искал, но увидев, что я проснулась, сделав виноватое лицо:

– Извини, я тебя разбудил.

– Ничего страшного. А что ты ищешь? – хотя мне не было особого дела, почему он превратил нашу гардеробную в бедлам.

– У меня была важная квитанция, но я не помню, в какой карман ее положил. Вот, теперь ищу во всех, – развел он руками вдоль длинной вешалки с костюмами.

– Понятно, – я встала и пошла в ванную. Через полчаса, когда я вышла оттуда, Акиф все еще копался в гардеробной.

– Блин, куда же я ее дел? – выругался он.

– Не нашел?

– Нет.

Я уже одевалась, когда услышала радостный крик:

– НАШЕЛ!

Я вышла из ванной и посмотрела на него. Мне было смешно. Он стоял посреди комнаты и тряс рукой, в которой был зажат листок бумаги. Глядя на него и я засмеялась.

– Не смешно. Если бы я ее потерял, Руслан бы меня закопал.

– А ну тогда понятно, – я снова вернулась в ванную.

– Ты завтракать идешь? – донесся его оклик.

– Да. Сейчас иду.

Когда я спустилась, Акиф стоял посреди кухни и разговаривал по телефону. Я села за стол. Он побыстрее отключил связь и тоже сел.

– Я тут знаешь, о чем подумал?

– Нет. Я не умею мысли читать.

– Это я знаю, – он посмотрел на меня и улыбнулся. – В Москве дышать не чем, может …. съездим куда-нибудь? – замылся мужчина.

– Не знаю. Как хочешь, – я пожала плечами.

– Я бы съездил. Давай съездим? Пожалуйста, не отказывайся, – он с надеждой посмотрел мне в глаза.

– Давай съездим, – сдалась я.

– Отлично. Дай мне два дня. Я разберусь на работе, все закажу и поедем, – он посиял.

– Договорились.

Он сдержал слово и за два дня все организовал. Мы улетели в последнюю неделю июля на острова. Перелет был тяжелый, с пересадкой, но когда прилетели, я поняла, что это того стоило. Красота невероятная! Я попала в Рай! Голубое море, белый песок. Наше бунгало стояло прямо на берегу. Ощущение было такое, что спишь на песке у океана.

Побросав все вещи в номер, в котором, кстати, была всего одна кровать, я тут же побежала купаться и загорать. И остановить меня было не возможно. Даже перспектива спать опять в одной постели с Акифом не сильно пугала.

Мы пробыли там десять дней. Отдыхали, ели экзотическую еду, гуляли, купались и загорали. Мы стали больше общаться, говорить о прошлой жизни, о той, что была у нас до появления в наших жизнях друг у друга. Много смеялись и наслаждались отдыхом. Он не прикасался ко мне, хотя мы спали в одной кровати, и даже не держал за руку.