Я твоя истина
Шрифт:
Грек даже голову не повернул, когда ответил:
– Мне название понравилось – «Надежда».
– Правда?
– Нет.
Отлично. Разговор явно не клеился. Прошла немного вперед, нервно одергивая платье. Платье? Боже мой, я словно нарочно вырядилась. И повернись грек в этот момент, вполне естественно заподозрит меня в…
А в чем, собственно, меня можно заподозрить?
– Клио, – собралась с духом, желая поскорее убраться. – Мне безумно жаль, что я постоянно срываюсь на тебе. Но немного сложно забыть прошлое. Прости, если тебе больно. Я…
– А ты не забывай, – перебил Кавьяр и, черт бы его побрал, встал. Повернулся ко мне и окинул долгим внимательным взглядом, затем вновь вернулся к лицу.
– Что? Что не забывать? – сглотнув, спросила я.
– Не забывай прошлое. Всегда помни, кто я. Так тебе будет легче распрощаться со мной…
– Что за бред?
– Это правда, малышка, – Клио приблизился. – Хватит ломать комедию. Если хочешь чего-то, просто скажи. Ненавижу ломающихся баб. Не хочешь – убирайся. Но не выноси мне мозг своими вечными извинениями. Ты все равно потом еще ни раз потопчешься по мне. Тебе доставляет удовольствие ковырять старые раны. Ты с ума сходишь от этого. Думаешь, что власть надо мной имеешь? Но это не так… – Кавьяр почти выплевывал эти слова мне в лицо. Я почувствовала запах сигарет, смешанный с алкоголем. – Ты не можешь причинить мне боль, Лена. У тебя нет такой власти.
– Тогда почему ты так злишься? – резанула в ответ.
На мгновение грек растерялся, чем я тут же воспользовалась.
– Если бы тебе было плевать на меня. Ты не делал бы всего того, что делаешь. Защищаешь, спасаешь, нервничаешь и ревнуешь. Это, по-твоему, как называется?
Тяжело дыша мы стояли друг напротив друга. Клио сжимал кулаки, а я почти скрипела зубами.
Ничего себе извиниться зашла. Как-то не по сценарию выходило.
– Упрямая сука, – рявкнул Кавьяр, в эмоциональном порыве взмахнув руками. – Давно пора тебя убить. Но ведь Тео сдохнет, если я это сделаю.
– А ты? – выпятила подбородок. – Не сдохнешь?
Грек неожиданно улыбнулся. Правда немного злобно. Но эта его насмешливая ухмылка так меня завела, – во всех смыслах, между прочим, – что я буквально накинулась на Кавьяра.
– Ублюдок! – выкрикнула, врезав ему прямо в челюсть. – Ненавижу! Всю жизнь мне поломал! Будь ты проклят! Сука! Отпусти!
А Клио и не слушал. Сжимал мои запястья, не позволяя продолжить бой, и хохотал. Искренне так и заразительно очень. Злость потихоньку угасала, сменяясь стыдом. Клио смеялся надо мной, а я распиналась как идиотка.
– Ты больной, Кавьяр, – заключила, застыв на месте. – И меня такой же сделал. Жила спокойно. Опять заявился. Когда же ты оставишь меня в покое?
Грек успокоился, но не отпустил. Мучительно долго изучал меня взглядом и впервые до боли в груди захотелось узнать, о чем он думает. Именно поэтому вырвались слова, которые я не сказала бы и на смертном одре. Но сейчас сказала и ничего нельзя было вернуть назад. Я подписала себе приговор, надеясь, что все же не смертный.
– Поцелуй меня, Клио.
С такой страстью выдохнула это, с таким отчаянием, что грек недоверчиво моргнул, а затем, прищурившись, спросил:
– Что? Мне показалось, мелкая, или ты…
– Да, я прошу поцеловать меня, – уже принципиально повторила.
Не описать словами всю тьму и торжество, которые заволокли глаза Кавьяра. Он одержал победу и от этого просто светился. Словно горел. И этот пожар охватывал и меня.
Во рту пересохло в тот момент, когда Клио приблизился, нещадно сократив расстояние, бывшее последним шансом на спасение. Он кончиками пальцев коснулся моих губ, затем перевел руку на затылок и запустил пятерню в волосы. Притягивая к себе, не отводил взгляда и склонился, почти коснувшись своими губами моих.
– Ты ведь понимаешь, на что идешь, мелкая? – прохрипел он томно. – Я не остановлюсь на поцелуе.
Выбор. Клио Кавьяр впервые за все время нашего знакомства предоставил мне право выбора. Я задохнулась от эмоций, от его близости и голоса, от его дурманящего запаха. И сам дьявол не заставил бы меня передумать.
– Я не боюсь тебя, Кавьяр, – шепнула в ответ. – Делай, что хочешь…
Если бы я попыталась вырваться в этот момент, то ничего уже не вышло бы. Стоило греку получить «зеленый свет», как он тут же бросился в омут с головой, уволакивая и меня в эту бездну.
Жажда душила нас. Нам нужно было утолить эту жажду, напиться друг другом. Клио не церемонился, подхватывая меня под ягодицы и унося в другую комнату. А там, одним широким движением руки сгреб с комода стопку полотенец, и поспешно усадил меня на него. Сгорая от желания, я нетерпеливо стащила с грека футболку и бросила ее на пол.
Кавьяр рванул на груди мое платье, – иначе и не мог, – и стянул его с плеч. Я сама освободила руки, пока Клио, пожирая меня взглядом, расстегивал ширинку джинсов. Никто и не собирался оттягивать момент лишними прелюдиями. Клио не любил все эти нежности. А мне поскорее хотелось почувствовать его всего, и потому я тихо постанывала от прикосновений горячих пальцев грека, скользящих вверх по моим бедрам.
Приподняв одной рукой, Кавьяр стянул мои трусы, и повыше задрал подол порванного платья.
На мгновение замер, посмотрел мне в глаза и, наверняка удовлетворившись увиденным, властно подтянул к краю комода. Разведя мои ноги шире, с хрипловатым вздохом вошел внутрь. Перед глазами поплыли белые круги. В ушах стоял звон. Мне казалось, я задыхаюсь. Слишком давно у меня никого не было. От такого грубого вторжения я едва не потеряла сознание.
Клио притих и прижался ко мне, явно чувствуя, как внутри меня тесно.
– Моя девочка давно не развлекалась… – пробормотал грек на самое ухо. – Ну ничего, сейчас мы это исправим.
Прикусил кожу на шее и плавно двинулся вперед. Мой судорожный всхлип оповестил Клио о готовности к продолжению.
Толчок за толчком, и мышцы немного расслабились. Странно, но Кавьяр сдерживался. Я это чувствовала и, кстати, помнила, как вел себя Клио раньше. Просто грубо трахался, а сейчас мы занимались любовью. Пусть немного неожиданно, но зато с нестерпимым желанием и пониманием друг друга. Это гораздо больше, чем животный секс – бездушный и пустой…
– Откинься назад, – проговорил грек и сам же оттолкнул меня, заставляя прижаться к стене.
Еще выше задрал платье, обнажая живот, и сжал мои бедра до боли. Ускорился, врезаясь внутрь все мощнее и мощнее.
Кавьяр наслаждался зрелищем, обводя меня голодным взором, а когда поймал и мой взгляд, вдруг подхватил на руки. Уложил на мягкий ковер и, освободившись от моих объятий, встал и сбросил джинсы, под которыми трусов не оказалось. Хм. Любопытно.
Лежа на полу с раскрасневшимися щеками, жадно рассматривала идеальное тело Клио. Широкие плечи, рельефная грудь с темными волосками. Чуть ниже пупка «та самая знаменитая дорожка», которая вела к источнику наслаждения.