Чтение онлайн

Дорога уходила за шато к красивому бассейну, усеянному по кругу желтыми, как подсолнухи, шезлонгами и зонтами в цвет.

Там было множество молодых семей, карапузов в плавательных костюмах в бретонскую полоску и детей возраста Уильяма, плескающихся на стороне бассейна с максимальной глубиной.

Над ним возвышалась террасированная барная зона с множеством столов и стульев, полностью затененная навесом из вьющейся благоухающей жимолости. На противоположной стороне виднелись теннисный корт, спортивная площадка и игровая зона в ярких цветах, окруженные ухоженными садами и романтичными клумбами с ползущей розой и ромашками.

Следуя за гольф-каром Симоны к лесной зоне, я заметила указатель на «Лез Экюри», монолитный блок. В тени деревьев было прохладнее, и после недолгой езды мы прибыли к маленькой парковке недалеко от каменных зданий с бледно-голубыми ставнями и индивидуальными верандами с белой геранью, расположенных вокруг привлекательного внутреннего дворика.

– Здесь чудесно, – сказала я Симоне, когда мы миновали пыльный дворик и подъехали к последней двери. – Сколько здесь коттеджей?

– Двадцать один. В одних две спальни, в других три. Старые помещения прислуги на другой стороне владения тоже были отремонтированы.

Она приблизилась и прошептала:

– Но эти лучшие. И дорога отсюда к шато через лес займет у вас всего несколько минут.

Она вставила чугунный ключ в тяжелую деревянную дверь и, толкнув, открыла ее. Внутри коттедж был простым и деревенским, со светлой плиткой на полу, кухней и гостиной открытого типа. Главной изюминкой был большой старомодный камин, напротив которого размещалось два небольших синих дивана. Обеденный стол был большим, а кухня одновременно функциональная и милая, с глубокой керамической раковиной, чугунными сковородками, висящими на стене, и столешницей, сделанной из массивной дубовой доски. Спальни оформлены в белом цвете, с прелестными узорчатыми покрывалами и эмалированными вазами.

– Здесь очень мило. Спасибо, – сказала я, когда Уильям заявил права на свою кровать.

– Адам будет очень рад, что вам понравилось, – ответила Симона.

– А… Где он сам?

– Ох! Я должна была передать: у него какие-то дела сегодня днем, – ответила она расплывчато. – Он хотел быть здесь, когда вы приедете, но дело было безотлагательное.

Я прикусила губу и вежливо кивнула. Почему-то так всегда случается.

– Машина сама не распакуется, – обратилась я к Уильяму после ухода Симоны. – Если я подгоню ее под дверь, поможешь мне?

– Только можно сначала досмотреть? – пробормотал он, уткнувшись в айпад.

– Что ты смотришь? – спросила я, заглядывая через плечо.

– «Женщину в черном».

– Когда ты загрузил его? Он же слишком страшный для тебя.

– Мам, это всего лишь 12А 10 , – вздохнул он.

– Разве?

– Да.

Десять лет – странный этап. Уильям еще совсем ребенок, но уже появляются тревожные проблески подросткового будущего. С одной стороны, я объясняю ему особенности отношения полов, с другой – он до сих пор верит в Санту (хотя я почти уверена, что притворяется).

– Только не нужно прибегать ко мне, когда по ночам тебя будут одолевать кошмары, – сказала я.

– Мама, у меня не будет кошмаров.

– Одна минута, хорошо? После ты мне нужен.

Он не ответил.

– Уильям?

– Ага, без проблем.

Я направилась к выходу, пригнала машину к коттеджу, чувствуя небольшое головокружение от жары и усталости. Выйдя из машины, я открыла багажник. Я смотрела на его содержимое и недоумевала, как у меня получилось запихнуть все это барахло. Я даже не уверена, законно ли это – настолько закрывать заднее стекло.

Я осторожно нажала на рычаг и, тут же осознав свою ошибку, бросилась на вещи всем своим телом, чтобы предотвратить их выпадение. Пот уже начал стекать по бровям, а я все еще пыталась вытащить содержимое багажника, пока не оказалась окруженной горой вещей. Мне нужно было еще достать корзину для пикника, двенадцать книжек и двухкилограммовые гантели.

– Уильям? – позвала я, не ожидая, что он примчится на помощь. — УИЛЬЯ-Я-Я-М?

– Я бы ни с чем не перепутал эту нежную интонацию.

Я повернулась и почувствовала боль в шее при виде Адама, идущего навстречу.

– Ох. Привет, – промямлила я.

– Позволь мне помочь. – Он положил букет прелестных синих цветов на стол на веранде и туда же поставил пакет из упаковочной бумаги.

– Я в порядке, честно говоря. – Я настаивала, но он подошел и начал придерживать вещи.

– Я подержу их, а ты вытаскивай постепенно, посмотрим, справимся ли мы без грузоподъемника.

К тому времени, как на земле собралась огромная груда вещей и опасность, что все вывалится, миновала, я отметила приподнятый уголок губ Адама.

– Ты притащила все, что у тебя есть? – Он поднял одну из моих гантелей и начал качать руку. Они были единственным, что стояло между мной и обвисшими мышцами, но я не собиралась ничего объяснять ему, поэтому просто выхватила ее у него из руки.

– Вещей не так уж много. Так кажется из-за того, что машина очень маленькая. А нас двое, и мы будем здесь пять недель. Нам действительно нужны эти вещи.

Он поднял аппарат Уильяма для приготовления попкорна.

– А это на случай крайней необходимости?

– Это не мое.

Достаточно было одного взгляда, чтобы понять: Адам ест свежую качественную пищу, наслаждается хорошим красным вином, много тренируется и любит чувствовать тепло солнца на своей коже. При малейшем поводе он широко улыбается, и у него на лице не остается ни следа от стресса. Его темные волосы на два с половиной сантиметра длиннее, чем в те дни, когда он работал в офисе, и сейчас завиваются на его загорелом лбу.

– Ты хорошо выглядишь, – сказала я вежливо.

Казалось, он был слегка ошеломлен, а потом поднял на меня свой взгляд.

– Ты тоже, Джесс.

Я отвернулась прежде, чем он смог заметить жар на моих щеках.

Адам внимательно всматривался в багажник и вдруг вытащил книгу о половом развитии. Я была озадачена тем, как эта книга оказалась в машине: несомненно, десятилетнему мальчику не нужно знать больше деталей о прорастании лобковых волос, чем он уже прочитал.

– Джесс, ты могла сказать мне, если нужно было что-то объяснить, – сказал Адам, пролистывая ее. – Я был бы счастлив поделиться информацией.