Чтение онлайн

– Серьёзно? Туда, где ты устроил кровавый погром? А сам только что говорил об охране…

– Крейн сейчас слишком занят на встрече с американцами, – заметил я. – Готов биться об заклад, что немалая часть его зондеркоманды сейчас будет при нём – просто для того, чтобы никто не сорвал ему ещё и этого. Он сейчас на паранойе, и страх, что мы заявимся и выкинем что-нибудь – его главный страх.

Я пожал плечами.

– Ну, а почти вся остальная охрана… будет сторожить башню Крейна и Герду. Собственно, поэтому мы туда и не идём.

Ладно. Пора прояснить для Алекса происходящее, а то так и будет смотреть на меня великовозрастным телёнком и задавать дурацкие вопросы.

– Последние две недели я следил за новостями, – я отставил в сторону бумажный стаканчик, и внутрь тут же скользнуло тоненькое щупальце Сената, прямо через трубочку. – Крейн, конечно, в полном раздрае, но он бизнесмен. Ему было очень важно сгладить все углы после того провала. Вот он и решил показать международной общественности, что у них с профессором Умным Япошкой по-прежнему дружеские отношения.

– Он не профессор… – попытался машинально поправить меня Алекс, но я лишь отмахнулся.

– А то я не в курсе, – отмахнулся я. – Главное, что Крейн предложил нашему профессору остаться и поработать в Университете Плутающих – а тот с энтузиазмом согласился и трудится на общее благо. Иностранным инвесторам переживать не о чем, всё пучком…

– Так тебе нужен Ханагава, – кивнул Алекс.

Ну, по крайней мере, не стал задавать вопроса «зачем». Две недели Крейну было не до того, но теперь настало время подчищать хвосты. И, строго говоря, я мог предвидеть только два варианта того, как может развиваться судьба Широ Ханагавы.

Вариант первый – он продолжает работать на моего врага, и даёт ему в руки ещё больше новейших технологий. Меня это совершенно не устраивало. И вариант второй… где-то в ближайшую неделю происходит несчастный случай, такой, что, при всей трагичности, не вредит деловой репутации Крейна.

Конечно, если профессор умрёт – Крейн ничего больше от него не получит. Но, с другой стороны – и я тоже. Да и… старик мне чем-то нравился. В последний раз мы с ним очень душевно поговорили.

– И почему ты думаешь, что Крейн ничего не предусмотрел на этот случай? – Алекс вновь выглядел собранно.

– Может, и предусмотрел, – я пожал плечами. – Но он больше опасается за себя. За Герду и её сохранность. За встречу с америкосами, как я и сказал… при всём этом, едва ли он поставил на то, что я пойду именно за профессором. Я бы и сам не поставил на такое.

Я цокнул языком.

– Что, впрочем, не значит, что нам нужно забывать об осторожности, мистер Фантомас.

***

Я не кривил душой, когда говорил, что в Университете Плутающих едва ли нас ожидает большое количество охраны Крейна. Но… проблема была в том, что, помимо этих ребят, существовали ещё полицейские и собственная охрана Университета.

Наверное, за всё время с его открытия Университет не видел столько охраны одновременно, как в последние две недели. Анна Крейн, погибшая у всех на глазах, бойня в зале для закрытой презентации…

К слову, об этом в новостях не было ни слова, хотя я искал тщательно. Упокоил ли я демонов насовсем, или они, подобно Вальтеру, вскоре воплотились вновь – Крейну совершенно не улыбалось выпускать такие новости на публику. Возможно, в этом была ещё одна причина, по которой Ханагаву так настойчиво задержали на территории Университета – он ведь был там и всё видел; старик всю драку просидел не дыша, вжавшись в кресло, а его узкие японские глаза почти дошли до вполне себе европейской кондиции.

Но за две недели затишья даже самая профессиональная охрана расслабится, особенно если речь идёт о таком большом объекте, как Университет. Целиком это сооружение занимало около пяти кварталов; более десятка зданий, от огромного основного небоскрёба до крытого учебного полигона.

На этот раз мы подходили к Университету совершенно не с той стороны, что в прошлый раз. Тогда нам нужен был зал для закрытой презентации, что располагался в основном корпусе… но теперь, для того, чтобы пройти внутрь, придётся посетить совсем другое место.

У меня уже заранее возникла идея, как мы можем попасть туда, не вызывая подозрений. В целом, всё было довольно легко… если только Алекс выдержит. Как ни крути, для его нервов это будет испытание похлеще иных.

– Ха, – заметил я, кивая на другую сторону. – А у них неплохо развит бизнес. Готов поклясться, неделю назад здесь этого не было.

Алекс удивлённо поглядел в сторону крытой брезентовой палатки, совершенно не вязавшейся с внешним видом действительно элитного квартала. Ну, пусть включит логику – тем более, что отсюда уже было видно, чем там торгуют.

– Цветы? – Алекс посмотрел на меня. – Что ты задумал, Артур?

– Всего лишь сделать то же самое, что делали сотни питерцев до нас, – ответил я, переходя дорогу.

Стоял ранний вечер, но на улице было не очень людно; продавец в палатке откровенно скучал, а потому оживился при виде нас.

– Хотите приобрести что-то?

Я окинул его взглядом, заметив на его одежде приколотую чёрную ленточку с двумя цветочками.

– Может, гвоздики? – улыбнулся я.

Люди – лицемерные существа. Блогеры клеймят корпоратов последними словами, простые работяги обвиняют их во всех грехах, а те из обывателей, кто этого не делает – просто не задумываются о чужих жизнях. Но стоит кому-то «громко» умереть – как все тут же начинают шумно скорбеть. Вот какое дело этому юнцу с ленточкой до смерти Анны Крейн? Какое дело до неё всем остальным?

Алекс замер за моей спиной; кажется, до него дошло.

– Есть вот такие, такие и вот такие… – услужливый продавец тут же кинулся демонстрировать мне виды гвоздик, но я махнул рукой.

– Что-нибудь попроще, наверное.

– …не гвоздики, – выдохнул Алекс.

– Не гвоздики? – я обернулся на него. – А что ты предлагаешь?

– Гвоздики… она не…

Он не договорил, но я и так прекрасно знал, что Алекс хотел сказать. Она не любила гвоздики.

Ещё бы, потому-то я их и назвал.

– Надеюсь, ты не станешь брать самый большой венок? – я многозначительно поглядел на него. – Такой, что… выделится из общей массы.

В конце концов, гвоздики или нет, а наша задача сейчас – пройти мимо охраны, не привлекая внимания. Если Алекс расчувствуется и купит для своей покойной сестры роскошный букет – эффект получится ровно обратный.

– Нет, – он вздохнул. – Не такое. Что-то поменьше… и пусть там будут пионы.

– Может быть, вот это? – продавец ловко выхватил из кучи своего товара два средних размеров веночка, куда действительно были вплетены нежно-розовые пионы.