Чтение онлайн

— С удовольствием.

Я обрадовалась возможности уйти отсюда. Женя подозвал официанта, чтобы расплатиться.

— Я на улице тебя подожду, — поднялась я из-за стола.

— Хорошо, — Женя тоже встал и помог мне надеть пальто.

Я вышла из бара и поёжилась от холодного воздуха. Несмотря на позднее время, на Арбате было многолюдно. Я отошла в сторону и стала смотреть на проходящих мимо людей. В какой-то момент они слились в единую массу, где уже не возможно было различить ни лиц, ни силуэтов. Так мой мозг пытался заставить меня отключиться от грустных мыслей. Он просто вырвал меня из действительности, в которой я была одинокой женщиной с разбитым сердцем и израненной душой, которые невозможно ни склеить, ни вылечить.

— Юль, — раздался рядом голос Жени. — Ты не замерзла? Можем не гулять, если что — на его лице читалось сомнение.

— Все в порядке, не переживай, — успокоила я. — Куда пойдём?

Он пожал плечами — вид у него был почему-то забавный, отчего я непроизвольно улыбнулась.

— Направо? — спросил он у меня и тоже улыбнулся.

Я кивнула, взяла его под руку, и мы неспешным шагом отправились на прогулку по вечерней мартовской Москве. Я не очень хорошо ориентировалась в столице, поэтому, как только мы ушли с Арбата, перестала различать улицы и следить за нашим маршрутом, полностью доверившись своему спутнику.

— В Питере тоже холодно? — спросил меня Женя.

— Не просто холодно, а очень холодно. Ещё и снег с дождем, — вздохнула я. — Так что я приехала в Москву погреться.

— Странно, мне всегда везет с погодой, когда я в Питере бываю. Плохая погода от меня разбегается.

— Приезжай почаще, может и нам хорошая погода перепадет, — пошутила я.

— Приглашай, приеду, — судя по выражению лица Жени, он не шутил.

Я ничего не ответила, только поругала себя за то, что сначала говорю, а потом думаю. Нужно уже повзрослеть в конце концов и следить за словами.

— Ты часто в командировках бываешь? — решила я сменить тему.

— По мере необходимости. В этом году частенько приходилось уезжать.

— А я ненавижу командировки. И всегда стараюсь от них откреститься, если это возможно.

— Почему?

— Просто Питер люблю, дом, детей. Боюсь от них уезжать.

— Понятно. Ну мне в этом плане проще.

— Проще?

— Да. Во-первых, у меня особо выбора нет при моей работе. Куда отправят, туда и поеду. Иногда правильней самому на место выехать и все своими глазами увидеть, чем ждать доклады от других.

Женя замолчал.

— А во-вторых? — спросила я.

— А во-вторых, у меня нет семьи и детей. Меня никто не ждет и поэтому не страшно уезжать.

Я посмотрела на Евгения — в нем вдруг пропала легкость. Он шел, глядя себе под ноги и молчал.

Ну вот нужно быть такой глупой! Ведь всего несколько минут назад я ругала себя за то, что не умею держать язык за зубами. И вот снова задала вопрос, о котором тут же пожалела. Мне было стыдно, и я начала в голове прокручивать фразы, которыми можно было бы сгладить неловкий момент. Например, «У тебя еще все впереди» или «В сорок лет жизнь только начинается». Но вовремя прикусила язык и не наделала еще больших глупостей.

Женя продолжал молчать, я же держала его под руку и ругала себя за бестактность. В итоге, так увлеклась самокритикой, что не заметила, как мы вышли на набережную, а потом оказались в «Зарядье».

— Не замёрзла? — спросил меня Женя, наконец очнувшись от размышлений.

— Нет, — ответила я тихо.

— Тогда на смотровую? — он посмотрел на меня уже с улыбкой.

Я кивнула и облегченно выдохнула про себя. Ведь все это время я думала, что моя болтовня его обидела. Но либо я себя зря накручивала, либо Женя умел хорошо владеть своими эмоциями и смог спрятать обиду вглубь.

Мы вышли на смотровую. Я крутила головой по сторонам. Москва была нарядно подсвечна огнями. Кремль, Собор Василия Блаженного, высотка на Котельнической — все, куда дотягивался взгляд, выглядело празднично и торжественно. На мгновение у меня даже дух перехватило. Я подошла к ограждению, чтобы не мешать проходившим мимо и еще немного полюбоваться потрясающими видами.

— Здесь очень красиво, — сказала я Жене, который подошел и встал рядом. — Москва у меня еще с детства ассоциируется с праздником.

— Почему?

— Летом, когда я у бабушки в деревне отдыхала на каникулах, мы ездили сюда где-то раз в месяц. Основная цель была, конечно, запастись продуктами, которые у нас в деревне отсутствовали. Но, прежде чем совершить набег на магазины, мы всегда посещали Красную Площадь, ВДНХ и Детский Мир. И для моего детского сознания, каждый раз, это было словно волшебство. Особенно Детский Мир. Я могла бесконечно смотреть на часы с забавными фигурками. И еще знала, что мне обязательно купят что-то особенное, чего нет больше нигде.

— Забавно, — подхватил Женя, когда я замолчала, — а я в детстве никогда не был в Детском Мире, хоть и жил в Москве. Я вообще дальше своего района никуда не выбирался. Родители меня не возили никуда, а самому не за чем было.

— Я в Ленинграде тоже до определенного возраста мало какие достопримечательности вживую видела. Только в учебниках, да на открытках в книжном магазине. Это, наверное, свойственно всем местным жителям — куда торопиться, если вся жизнь впереди и успеешь еще все увидеть.

— Да, наверное, это так.

Резкий порыв ветра заставил меня чуть отступить от ограждения. В этот момент в меня врезалась энергичная и громкоголосая дама, желающая сфотографироваться на фоне Москва-реки. А я, по всей видимости, ей загораживала обзор. Женщину ничуть не смутило то, что, если бы не подхвативший меня Женя, я обязательно упала. Она продолжала громко давать указания своему спутнику, как лучше запечатлеть её на фото.

— Все нормально? — Женя заглянул мне в лицо.

— Да, — я подняла глаза на него и поняла, что он готов вступить в диалог с не очень воспитанной женщиной. А мне совершенно не хотелось портить такой чудесный вечер. Поэтому, я снова взяла его под руку и потащила за собой со словами:

— Очень красиво и очень многолюдно. Я это место оценила, а теперь предлагаю уйти отсюда.

Он только покачал головой и улыбнулся. Через час мы прощались в холле нашего с Олей отеля.

— Рад был увидеться, — сказал Женя.

— Я тоже.

— Я могу утром заехать и отвезти тебя на вокзал, — он смотрел на меня вопросительно.

— Спасибо, мы доберемся. Не переживай. Нам руководство трансфер организует, — соврала я на ходу.

Я была не слепая и заметила его интерес ко мне. Не как к знакомой, а как к женщине. Я бы соврала, если сказала, что мне не было приятно Женино внимание. Оно мне было приятно и поэтому, вечер оказался таким замечательным. Но одно дело пообщаться с мужчиной несколько часов, а другое — дать намек на продолжение общения.