Чтение онлайн

– Да, тэми -- ляпнул я нечаянно старый титул Рами. Но она то ли не заметила, то ли не обратила внимания на грубейшее нарушение этикета -- Тебя кто-то обидел?

– Нет -- мотнула головой типулу-таками -- Но моей чести может быть нанесён урон.

– Кем? Или чем?
– по-прежнему ничего не понимаю.

– Мною самой -- печально вздохнула собеседница.

Тут уж никаких слов не нашлось. Но поскольку молчание стало затягиваться, я всё же осторожно поинтересовался: "Сонаваралинга глуп и не понимает, что имеет в виду Солнцеликая и Духами Хранимая. Не может ли она пояснить своему неразумному слуге".

– Отставь эти витиеватости -- раздражённо повысила голос моя спутница.

– Хорош. Тэми, скажи, что случилось?
– - мягко ответил я -- Твои поступки и слова не подлежат обсуждению. Но если всё-таки найдутся те, кто осмелится в чём-то осудить свою повелительницу, то я укорочу его язык вместе с головой.

– Не надо никому рубить головы -- улыбнулась Рами.

За разговором тропинка вывела на просторную луговину, у противоположного конца которой виднелось озеро с хижиной на берегу.

– Мой дед, Пилапи, любил здесь ловить рыбу -- неожиданно сменила тему разговора моя собеседница -- Он делал это всегда в одиночестве. Никто не смеет рыбачить в этом озере, кроме семьи типулу. Иногда дед брал с собой меня.

Не доходя полсотни метров до берега, Раминаганива остановилась и махнула рукой, подзывая свиту. "Ждите нас здесь" - приказала она.

– Но типулу-таками...
– начал пожилой регой.

– Вы должны охранять меня. Вот и охраняйте -- отрезала правительница -- Ходите вдоль берега, следите, чтобы с той стороны не переправились злоумышленники. На этом берегу негде укрыться. А если кто-то вздумает напасть с воды, вы десять раз успеете прибежать на помощь

– Хорошо, типулу-таками -- вынужден был согласиться старший из охранников.

И Рами направилась к хижине, увлекая меня за собой.

Внутренности рыбачьего домика Пилапи отличались аскетизмом убранства даже на фоне папуасских жилищ. Ну а чего ещё ожидать от места, где правитель Пеу проводил несколько часов, отдыхая от государственных забот. Впрочем, внутри было чисто. Не то за местом следят слуги, не то кто-то из регоев пользуется служебным положением. Имелась даже вполне себе новая циновка.

Моя спутница плюхнулась на неё, приглашающе похлопала на место рядом с собой. Я воспользовался любезным позволением монаршей особы.

– На чём мы с тобой остановились, Ралинга?
– спросила Рами.

– На том, что чести Солнцеликой и...

– Оставь "торжественную речь", я же просила -- строго произнесла типулу-таками.

– Хорошо. Ты говорила, что совершила какой-то поступок, нанёсший урон твоей чести, тэми.

– Только не поступок -- поправила меня она.

– А что же?

– Вчера, когда эти молодые придурки заявились и потребовали выбрать из них себе мужа, я стала высмеивать их, говоря, что их мужская сила не идёт ни в какое сравнение с твоей. И все, кто были свидетелями, и все, кому потом пересказали мои слова, теперь считают, что ты, Ралинга, мой мужчина, а я твоя женщина.

О, предки-покровители! Вчера, на фоне переживаний за Рами, а потом на радостях, что всё благополучно окончилось, как-то не подумалось о таких вот последствиях слов Солнцеликой и Духами Хранимой. А ведь и в самом деле, пойдут теперь слухи и толки...

Ладно, за совращение несовершеннолетней наказание мне не грозит -- нет в папуасском УК такого состава. За посягательство на девичью честь особы королевской крови -- тоже. Не столь уж застывшее сословное общество здесь ещё. Прецеденты, когда и таки, и даже типулу, отдавали своих дочерей за выслужившихся выходцев из низов, случались. Прелюбодеяние... Ну, это вообще смешно в местном обществе, где даже супружеская измена считается посягательством на право собственности, а не преступлением против морали.

Вот только я сам же год назад настоял на том, что Раминаганиве следует погодить с замужеством, мотивируя это заботой о полудетском организме единственной наследницы из рода Пилапи Старого. Нехорошо как-то выходит: громче всех орал, и сам же подлым и циничным образом нарушил.

"Получается, что я ввела в заблуждение свой народ" - вздохнув, продолжила тэми, придвинувшись ко мне вплотную - "И поступила бесчестно".

– Ну, можно объявить, что ты таким образом перехитрила заговорщиков -- нерешительно сказал я.

– Но тогда правительница предстанет перед подданными как лгунья и обманщица -- девичьи руки скользят по моей груди куда-то вниз... Э-э-э... Дальше-то куда.... Там же эта... набедренная повязка...

– Что ты предлагаешь?
– начинаю догадываться, куда клонит Солнцеликая и Духами Хранимая типулу-таками. Впрочем, какие, к злокозненным духам, догадки, когда к тебе льнёт молодое тело.

– Надо, чтобы мои слова стали правдой -- это Рами уже практически шептала в ухо. Очень соблазнительным голосом, надо сказать, шептала.

Слово повелительницы -- закон для верного подданного. Действительно, честь типулу-таками нужно срочно спасать. Причём выполнять свой долг вассала нужно со всей ответственностью, дабы истиной оказался каждый оборот, которым правительница живописала умения Сонаваралинги-таки, "пану олени" братства "пану макаки", доставлять удовольствие женщинам....

Глава четвёртая

В которой герой смотрит на звёзды, вынужден наказывать совсем не тех, кого следовало, и беседует о книгах и образовании.

Нет, но почему всегда так: коль дела идут хорошо, рано или поздно нежданно-негаданно случается какая-нибудь крупная неприятность.

После мятежа "крысоудых", как с лёгкой руки Солнцеликой и Духами Хранимой стали именовать участников неудачного переворота, всё было просто превосходно: уже вечером в Тенук вошла сотня "макак", возглавляемых Кано, и чистка столицы началась. В этот раз я не особо церемонился и не сильно интересовался мнением "солидных и разумных мужей", благо местные расклады за прошедший неполный год уже успел изучить. Так что ряды строителей бунсанских дорог пополнила новая порция оппозиционно настроенных дареоев.