Чтение онлайн

Сами единоверцы Шонека и Хиштты, правда, сокрушались, что качество не ахти - как бы не пришлось по новой перекрывать крышу и менять внешнюю отделку здания через несколько лет. Это на Вохе, особенно в восточной, более сухой, половине острова, можно обойтись даже просто сушёной глиной. Большинство крестьян в деревнях и городская беднота так и строят - и стоят дома десятилетиями. Те, кто позажиточнее, обожжённым кирпичом балуются. Ну а уж крупная знать и совсем уж богачи из непривилегированных каст обкладывает дворцы снаружи, да и изнутри тоже, глазурованной плиткой. Но это даже не для сохранности зданий, а красоты ради: там такие картины иной раз заказывают. Хумбак-Набал, дальний родственник тенхорабитского старосты и главный специалист по строительной керамике, попробовал описать мне, над чем доводилось ему работать, будучи помощником мастера на родине. Сектант добросовестно старался переводить, но мифологические сюжеты, как и вохейские реалии, да и многие растения или животные, не говоря об особенностях тамошнего быта, совершенно далеки от жизни папуасов. Хорошо, если я понял из рассказа в переводе хоть половину.

Строители ушли незадолго до начала нашего заседания, так что мешать никто не будет. Конечно, разговоров на завтра о том, что Сонаваралингатаки с чужеземцами чего-то обсуждал в недостроенном "заморском доме", не избежать. Ну да ладно: в тайне проблемы "Оловянной компании" все одно не сохранить. Кушма-Чика, конечно, велел команде своей "Жемчужной раковины" помалкивать про арест "Пять перьев топири", но это не стопроцентная гарантия от того, что кто-нибудь не сболтнёт случайно. Да и само наличие отсутствия корабля с двумя сотнями "четвертей" олова, которых так ждут покупатели, скрыть, мягко говоря, несколько проблематично.

За несколько часов, прошедших с прибытия "Жемчужной раковины", все, кому положено, уже успели узнать о тревожных известиях, потому я сразу же перешёл к делу: "Неприятность с кораблём делится на множество неприятностей, которые уже наступили или наступят в будущем". После чего сделал паузу, обозревая сидящих полукругом на низких скамейках людей. Не дождавшись уточняющих вопросов, продолжил: "Первая - судьба моряков "Пяти перьев топири". Они оказались в чужом порту в полной власти наместника Икутны".

– О них можно не беспокоиться - тут же ответил Хиштта - Ни капитана с помощником, ни тем более обыкновенных моряков не схватили. И с голода никто не должен умереть. Я оставил Тунбал-Пакхыру немного денег для экипажа. Кроме этого наши братья в Цхолтуме обещали помочь найти им работу.

– Хорошо - говорю - Значит, о судьбе наших людей можно пока не беспокоиться. Полгода, а то и больше, они как-нибудь переживут. Тогда стоит подумать о других неприятностях вокруг корабля. А ведь они будут не только у нас, но и у наших тагирийских друзей.

Я перевёл дух и продолжил, вполне свободно вставляя в речь на папуасском вохейские числительные, торговую терминологию и прочее: "Наши друзья заняли очень большую сумму, восемь тысяч "повелителей", в расчёте на то, что мы привезём им пятьсот с лишним "четвертей" чибаллы, которые "чёрные" продадут у себя на дома и получат свою прибыль. А тот металл, который привёз Кума-Тика, стоит всего семь тысяч восемьсот семьдесят пять "повелителей". Причём столько стоит вся привезённая чибалла. А ведь она ещё нужна для наших мастерских. Я хотел оставить Чирак-Шудаю пятнадцать "четвертей". Теперь выделю ему только пять кусков чибаллы. Тогда мы можем дать нашим друзьям олова на семь тысяч семьсот пятьдесят "повелителей". Разница только двести пятьдесят монет. В этом году "чёрные" должны привезти сто сорок витуков. А это ещё двести восемьдесят монет. Но за провоз витуков я рассчитаюсь собранными камнями-из-раковин".

– Эти восемь тысяч, которые они привезли расписками, на самом деле стоят меньше семи - подал голос Кушма-Чика.

– Я об этом знаю. Потому сказал про восемь тысяч, хотя наши друзья говорили мне о девяти.

– Бухшук-Мишка должен был помочь им получить поручительства под одну треть суммы вместо сорока пяти к ста - недовольно продолжил вохеец. Я мысленно перевёл: "под 33 процента место 45".

– Да, они об этом говорили. Всё удалось сделать.

– А ещё здесь договаривались, что из выгоды от снижения платы менялам треть достанется нам.

– Тогда никто не предполагал, что мы потеряем почти половину чибаллы. Мы не виноваты в том, что "Пять перьев топири" задержали на Икутне. Но наши друзья в этом тем более не виноваты.

– Что ты предлагаешь?
– несколько раздражённо спросил купец.

– Чтобы расходы по долгу ростовщикам несли и мы, и "чёрные". Так будет справедливо. Они должны знать, что с нами можно иметь дело и дальше.

– Не много ли им будет? И так тагирийцам помогли получить бумаги на более выгодных условиях.

– Тогда можно хотя бы отказаться от той самой трети?
– не сдаюсь.

– Об этом можно подумать - нехотя идёт на уступки Кушма-Чика - Только лучше дождаться Бухшук-Мишку и обсудить это с ним. И с "чёрными" переговорить ещё раз и посмотреть расписки - какие в них точно суммы и условия указаны. Тогда и будем считать, кто кому должен. Хотя "повелителей" и "тилихов" от тагирийцев нынче не дождёмся, одни бумаги.

– Хорошо - соглашаюсь с вохейцем: действительно, решения принимать лучше максимально возможным консенсусом, да подсчитать с "точностью до ракушки" всю "бухгалтерию" лишним не будет.

Коль вопрос с расчётом между "Оловянной компанией" и нашими партнёрами откладывается на некоторое время, перехожу к следующему пункту: "А что мы можем сделать, чтобы выручить "Пять перьев топири" и его груз?"

– Через два или три месяца Бухшук-Мишка и Охуш-Чикмай там появятся. Мы попросим их сразу же посетить помощника господина наместника по таможенным делам, чтобы подтвердить принадлежность корабля - сказал Шонек.

– Это если их корабли попадут на Икутну. Буку-Мика, конечно, может и туда отправиться, если не так далеко проходить будет. А Оку-Тикме какое дело до наших неприятностей? Слова одного Буку-Мики хватит для того, чтобы наш корабль отпустили?

– Это будет зависеть от воли наместника - снова отвечает Кушма-Чика.

– А если отправить на Икутну посланников от имени Солнцеликой и Духами Хранимой типулу-таками?
– задаю вопрос, который уже пару часов обдумывал.

– Зачем?
– дружно спрашивают Вестник с помощником и купец-вохеец.

– Я прибуду на Икутну как посол нашей правительницы - поясняю - Среди купцов, которые собираются там, могут оказаться те, кто плавал в прежние годы к Пеу. Они могут подтвердить, что я именно тот, за кого себя выдаю. Последние два или три "дождя" все вохейцы, гостившие на Пеу, слышали про то, что здесь начали выплавлять медь. Если с их слов удастся убедить наместника Икутны, что чибалла нужна нам самим, то удастся не только выручить "Пять перьев топири" с грузом и командой, но и договориться, чтобы нам не ставили помех в дальнейшем.

– Да - подал вдруг голос Тагор - Особенно Выхкшищшу-Пахыр охотно подтвердит твои слова, Сонаваралингатаки.

Присутствующие заулыбались: история с попыткой бывшего хозяина тузтца вмешаться во внутрипапуасские дела всем знакома. Равно как и неприятные для Выхкшищшу-Пахыра её последствия, которые вряд ли добавили ему любви к моей персоне - не зря же уже второй год не Пеу не появляется.

– Да, посольство может помочь - вновь возвращая на лицо серьёзное выражение, сказал Шонек - И корабль получить обратно, и договориться о торговле чибаллой без помех. Вот только....
– Вестник многозначительно замолчал - Любой из вохейских сановников глядя на тебя, Сонаваралингатаки, скажет: "Какой это человек из далёких южных стран? Это же тузтец или укриец!" И доверия к посольству не будет.