Я вернусь к тебе, Париж
Шрифт:
Подруга соскочила со стола и, показав мне язык, пошла работать. Дальше время до обеда побежало очень быстро. Бесконечные звонки потенциальных и постоянных клиентов с просьбами и заказами.
Ровно в одиннадцать явился наш директор в приподнятом настроении. Мы с Алисой переглянулись и проводили его взглядом. На что мне подруга тут же написала записку и кинула на мой стол.
«Точно, от крали своей пришел».
Я хотела возмутиться, но Алиса вовремя напомнила мне про Женщину-Богиню. Я тут же нашла на своем столе визитку мадам Готьер и, поднявшись, направилась в кабинет к начальнику.
В нашей фирме, помимо нас с Алисой работало еще пять менеджеров по туризму. А так же двое программистов, два бухгалтера и специалист по кадрам. Последние пятеро работают каждый за своим столом, которые отделены матовыми стеклянными ширмами. Несмотря на эту уединенность, весь коллектив у нас очень дружен и каждый старается помочь в своей области. Кабинет директора находится в конце коридора из наших столов. Поэтому, когда кто-то направляется на ковер к начальству, его провожает вереница любопытных глаз.
Я постучала в дверь и, услышав одобрительное «Входи», повернула ручку двери. В кабинете директора было свежо, не смотря на полуденную жару на улице. Видимо кондиционер работал на всю мощность.
– Ева? – Дядя был слегка удивлен моим появлением. – Чем обязан?
– Петр Александрович, к вам утром приходила мадам Готьер и просила передать свою визитку и напомнить, что ждет вашего звонка. – Я положила белоснежную карточку на стол директора.
– Сюзанна? – Дядя удивился еще больше. – Мы же договаривались на обед?! – Он открыл свой ежедневник и пролистал до нужной страницы. – Ну да. В обед. Спасибо Ева.
Я вежливо улыбнулась и покинула кабинет директора. Вот только мне показалось, или дядя как-то задумчиво посмотрел мне в след?!
Два рабочих часа до обеда пролетели быстро и ровно в час мы с Алисой, да и весь персонал фирмы собрался на обед. Кто-то брал еду с собой и обедал на нашей кухне, программисты Ваня и Глеб обедали, не отходя от компьютера. Остальные спускались на первый этаж в кафешку. Там подавали отличные комплексные обеды. Вот только сегодня Алиса чего-то взбунтовалась. Ей не терпелось рассказать мне о новом знакомом парне, и она предложила пообедать в суши-баре через дорогу. Я была не против. Кроме того я очень люблю роллы и суши.
Суши-бар был очень уютный и хорошо обставлен в красных и бежевых тонах. На стенах были великолепные изображения гейш, японских деревушек и источников. Мы заказали по паре роллов и зеленый чай. В зале по телевизору играл музыкальный ретро-канал, и я позволила себе расслабиться и выслушать все то, что так не терпелось рассказать подруге.
Когда нам принесли заказ, подруга только вошла в раж своего рассказа. Я сделала несколько глотков чая, когда заиграла песня Joe Dassin – Il etait une fois nous deux.
Souviens-toi, c''etait un jeudi
Souviens-toi, on avait suivi
Le chemin des amoureux
C''etait il 'etait une fois nous deux
Souviens-toi, c''etait le grand jour
Le grand pas vers le grand amour
C''etait encore mieux que ca
C''etait nous deux il 'etait une fois…2
Песня играла, конечно же, на французском и я понимала каждое слово. Но дело было вовсе не в этом. Сами слова песни будто пронизывали меня насквозь. Они как заклинание околдовывали меня. Окутывали теплым и вязким туманом. И я больше не видела суши-бара и Алисы.
…Вместо этого я видела пасмурные улицы какого-то города. Будто я спешу с огромной и толстой папкой бумаг и небольшой сумкой через плечо. Вот-вот пойдет дождь и я должна успеть до дома, чтобы не намочить эскизы. Я ускоряю шаг, почти перехожу на бег, отвлекаюсь лишь на мгновение, и прямо передо мной открывается дверь припаркованного у тротуара дорогого автомобиля, и я тут же сталкиваюсь с вышедшим из нее водителем. Моя папка выскакивает у меня из рук, а у мужчины выпадает из рук ежедневник и ручка.
Уже начинает накрапывать дождь, нужно поднять папку, а я стою и смотрю на внезапно появившуюся преграду на моем пути и не смею отвести глаза. Такого прекрасного молодого человека я еще никогда не видела в своей жизни. Он будто сошел с обложки «'El'egance» или «Vogue». Высокий, с атлетическим телосложением в дорогом костюме от дизайнера, с густыми темно-каштановыми волосами аккуратно причесанными, прямым носом, немного широким в переносице, аккуратной полоской губ и невероятно синими как два сапфира глазами. В таких глазах я была готова тонуть каждую ночь и возрождаться каждое утро. Ради взгляда этих глаз я была готова забыть обо всем на свете.
Было не просто совладать с собой и отвести взгляд, чтобы найти на тротуаре свою папку и наклониться ее поднять. Молодой человек тоже пришел в себя и кинулся мне помогать, а так же поднять собственный ежедневник.
– Прошу меня извинить. – Он заговорил первым на чистом французском языке. – Я вас не заметил. Надеюсь, ваши документы не испортились?
От его голоса у меня мурашки побежали по коже. Он завораживал, а аромат его одеколона просто опьянял. Да что же это со мной?!
– Благодарю. Все в порядке. – Я быстро оглядела эскизы. Вроде бы целы.
Дождь усиливался, и молодой человек, подхватив меня одной рукой за локоть, а второй за талию, буквально затолкал под крышу расположенного в нескольких метрах от его машины бистро. Я опешила от такой наглости и вольности. Но как только мы оказались под крышей, в небе будто открыли кран с водой. Начался страшный ливень, но хорошо, что не было ветра.
– Что вы себе позволяете? – Я вырвалась из его рук. – Кто вам разрешил меня лапать?
– Простите мадмуазель, но вы бы насквозь промокли за секунду. А ваши рисунки так вообще были бы уничтожены. – Он улыбнулся уголками губ, и мое сердце предательски екнуло. Это невозможно! Я не могу влюбиться сейчас. В него!
– Это не ваше дело. Мало того, что вы не смотрите, когда выходите из машины, так еще позволяете себе распускать руки.
– У вас очень острый язычок девушка. – Он чуть наклонился ко мне. – Впрочем, мне это нравится. Я бы хотел его попробовать.