Я вернусь, мама!
Шрифт:
Мимо стойки к центральному забронированному столику прошла шумная компания молодых преуспевающих парней, «хозяев жизни», во главе с чеченцем Асланом, у которого, говорят, на местном рынке все было «схвачено». Оставив своих веселых приятелей за столиком, Аслан направился к стойке, где рядом с Димкой, в одиночестве потягивала коктейль молоденькая белокурая девица. Чеченец бесцеремонно положил руку ей на обнаженное колено. Блондинка презрительно сбросила с ноги руку незваного гостя.
– Ну же, детка, не ломайся! Пойдем, поболтаем, Аслан тебя не обидит. Не пожалеешь!
Девушка демонстративно отвернулась от назойливого бизнесмена.
– Ах ты, сучка! Будешь брыкаться и капризничать, мои ребята с тобой иначе поговорят!
– Эй! Носорог! Отвали! – подвыпивший Димка ненавидящими глазами уставился на кавказца, щека у него судорожно задергалась, кулаки сжались.
– Это еще, что за пугало? Твой парень, киска? Ну и красавца себе отхватила! Во сне такой приснится, не проснешься! Скажи ему, если будет вякать и рыпаться, ему в один миг рога обломают! Сейчас мы его отправим баиньки! – хлюст обернулся к своей компании, галдящей за столиком, чтобы дать своей «братве» распоряжение.
– Ну, ты, педрила! Чего развонялся? Что-то я не врублюсь! Раз вереву золотую на шею повесил, так все можно? – Димка, вырвав из рук опешившего бармена бутылку с виски, обрушил ее на голову чеченца. Осколки и брызги разлетелись во все стороны. Аслан, охнув, схватился за голову. Хлесткие удары Димкиных кулаков пришлись по лицу, разбив в миг губы и нос. Десантник ревел как раненый зверь, нанося мощные удары налево и направо, сбивая с ног дружков и телохранителей Аслана, бросившихся на выручку. Весь исцарапанный и окровавленный, он в ярости топтал поверженного врага.