Чтение онлайн

— Она подслушивает у замочных скважин! — сказала Фели. — Она вечно подслушивает под дверью!

— Или у решеток обогревателей, — добавила Даффи, на минуту оторвавшись от «Монаха».

— Ну и? — переспросил отец голосом, холодным, как сосулька.

— Я просто предположила, — сказала я, шевеля мозгами быстрее обычного, — что теперь, когда ей исполнилось восемнадцать…

Отец всегда говорил, что ни одна его дочь не выйдет замуж, пока ей не стукнет хотя бы восемнадцать, и даже тогда…

День рождения Фели был недавно, в январе.

Как я могла забыть?

Чтобы отпраздновать это событие, я спланировала небольшой фейерверк в доме: просто несколько шутих, честно, и парочка веселых разноцветных ракет. Я разослала всем в доме написанные от руки приглашения и с затаенной радостью наблюдала, обхватив себя руками, как каждый брал адресованное ему письмо с подноса для почты в вестибюле, открывал и затем откладывал в сторону, не говоря ни слова.

Потом я развесила серию сделанных вручную рекламных плакатов в стратегических местах по всему дому.

В тот самый день я расставила пять деревянных стульев в ряд: для отца, Фели, Даффи и рядышком для миссис Мюллет и Доггера.

Я приготовила свои химикалии. Назначенное время пришло и минуло.

«Они не придут, Доггер», — сказала я после двадцатиминутного ожидания.

«Позвать их, мисс Флавия?» — спросил Доггер. Он тихо сидел на стуле, держа наготове бутылку сельтерской минералки на случай небольших пожаров.

«Нет!» — сказала я слишком громко.

«Вероятно, они забыли», — предположил Доггер.

«Нет, не забыли. Им наплевать».

«Вы можете показать представление мне, — через некоторое время предложил Доггер. — Я всегда ценил славные фейерверки в гостиной».

«Нет! — закричала я. — Все отменяется!»

Как горько мне довелось пожалеть об этом со временем.

— И что? — повторил отец, возвращая меня к настоящему.

— Что ж, теперь, когда ей исполнилось восемнадцать, — продолжила я, — это естественно, что… что ее мысли должны были свернуть… в матримониальное русло! — торжественно договорила я.

Фели, прикрывшись книгой, хихикнула.

— Никто не должен был знать! — застонала Фели, театрально вцепившись себе в волосы. — Особенно ты! Черт бы тебя побрал! Теперь об этом узнает вся деревня!

— Офелия… — произнес отец без особого волнения.

— Ну да, это правда! Мы хотели объявить об этом на пасху. Единственный вариант, как ты могла об этом узнать, если ты не подслушивала, это от викария. Точно! Тебе сказал викарий! Я видела, как ты пробралась в вестибюль час назад, и только не говори, что нет! Ты была в церкви и выпытала все у викария, верно? Мне следовало бы догадаться. Мне следовало бы догадаться!

— Офелия…

Когда моя сестра заводится, можно брать стул и садиться. Я, конечно же, не хотела, чтобы вина пала на преподобного Ричардсона. Его жизнь и так трудна, Синтия и все такое.

— Ты маленькая тварь! — кричала Фели. — Ты грязная маленькая тварь!

Отец встал из-за стола и вышел из комнаты. Даффи, любившая старую добрую ссору, но ненавидевшая скандалы, последовала за ним.

Я осталась с Фели наедине.

С минуту я посидела, наслаждаясь ее раскрасневшимся лицом и выпученными глазами. Нечасто она позволяла себе так распуститься.

Хотя мне хотелось наказать ее, я не желала быть тем человеком, который вывалит на нее новость о несчастном мистере Колликуте.

Ладно, на самом деле я желала, но я не хотела, чтобы меня обвинили в том, что я разрушила ее мир.

— Ты права, — услышала я сама себя. — Я была в церкви этим утром. Я пришла рано, чтобы помолиться, и просто оказалась там в то время, когда обнаружили тело мистера Колликута.

Это проучит тебя за то, что обвиняешь меня в подслушивании у замочных скважин, — подумала я.

— Мистера Колликута? Тело?

Она вскочила на ноги, опрокинув чайник на пол.

— Боюсь, что да, — сказала я. — В склепе. С противогазом на голове. В высшей степени необычно.

С поистине ужасающим воплем Фели вылетела из комнаты.

Я последовала за ней вверх по лестнице.

— Прости, Фели, — мягко окликнула ее я, постучав в дверь. — Это само вырвалось.

Деревянные панели приглушали ее рыдания. Как долго она сможет сопротивляться желанию узнать кровавые подробности? Придется подождать.

— Я знаю, ты расстроена, но только подумай, как это воспримет Альберта Мун.

Долгие захлебывающиеся рыдания резко оборвались икотой.

Я услышала шаги туфель по ковру и поворот ключа. Дверь распахнулась, и появилась Фели, мокрая и опустошенная.

— Альберта Мун? — переспросила она, поднеся руку ко рту.

Я печально кивнула.

— Лучше впусти меня, — сказала я. — Это длинная история.

Фели бросилась на кровать лицом вниз.

— Расскажи мне все. С самого начала.

Довольно странно, она использовала почти те же слова, что инспектор Хьюитт, и я рассказала ей, так же, как и ему, свою захватывающую историю, опустив только те самые существенные моменты, которые я хотела приберечь для себя.

— Противогаз, — всхлипнула она, когда я закончила. — Почему, во имя неба, на нем был противогаз?

Я пожала плечами.

— Не знаю, — ответила я.

На самом деле я знала — или, по крайней мере, догадывалась.

За последние восемь-девять месяцев я провела изрядное количество часов, корпя над страницами «Принципов и практики медицинской юриспруденции» Тейлора, [12] проиллюстрированные фотографиями тома которой мне посчастливилось обнаружить на верхней полке бесплатной библиотеки Бишоп-Лейси, где они были спрятаны. Благодаря выдающемуся подарку удачи они были примерно такого же размера, как «Остров приключений», «Замок приключений» и «Море приключений» Энид Блайтон, [13] так что я, ловко поменяв суперобложки, смогла вволю изучить их в закутке читального зала.

— Боже мой, Флавия! — сказала мисс Пикери, главная библиотекарша. — Да ты книжный червь, верно?

Если бы она только знала.

— Может быть, произошла утечка газа, — приглушенным подушкой голосом сказала Фели. — Может, он пытался спастись от испарений.

— Может быть, — уклончиво сказала я.

Хотя утечка одноокиси углерода из подвального церковного монстра была вероятна, проблема заключалась вот в чем: поскольку этот газ без запаха, без цвета и без вкуса, как мистер Колликут мог его обнаружить?